Форум » Трое В Лодке » ТВЛ 2: «Последний завет» (R; драма/экшн; Интегра), миди » Ответить

ТВЛ 2: «Последний завет» (R; драма/экшн; Интегра), миди

Hellsing: Авторский фик 1, тема «Все превратилось в пепел» Название: «Последний завет» Автор: Rendomski Бета: Alasar Герои: Интегра, Алукард, Уолтер Категория: джен Рейтинг: R Предупреждения: жестокость, кровь, натурализм. Канон: в основном, манга Жанр: драма, экшн Размер: миди Саммари: когда-то казалось, что нет ничего проще, чем следовать этим десяти само собой разумеющимся заповедям. Дисклаймер: все персонажи принадлежат Хирано, мы же от всего отказываемся и ни на что не претендуем

Ответов - 55, стр: 1 2 All

Hellsing: New blood joins this earth And quickly he's subdued Through constant pained disgrace The young boy learns their rules With time the child draws in This whipping boy done wrong Deprived of all his thoughts The young man struggles on and on he's known A vow unto his own That never from this day His will they'll take away. Metallica "The Unforgiven" VI. Не убивай Это было просто. Слишком просто. Обхватить, но не стиснуть пальцами рукоять – надёжно и нежно, дать ей влиться в ладонь. Придержать, натянуть, как лук, тяжёлое оружие другой рукой. Позволить телу самому перетечь в отработанную стойку, согласовать с готовящимся выстрелом каждую мышцу, каждый сустав. Почти не целиться: мишень слишком близко, лишь чуть подкорректировать прицел. Выстрелить. Всё это за считанные секунды, пока в ушах звучит ещё имя чудовища из подземелья. «Алукард. Так называл меня твой отец». Никакого страха, жалости, сомнения. Никаких шекспировских мук совести. Она просто убила дядю Ричарда. Она или он – перед этим выбором дядя поставил её сам. Ричард преследовал её, загнал в это проклятое подземелье, пролил её кровь, пробудив чудовище. Оправдания, впрочем, Интегре не нужны, что её несколько пугает. Всё произошло слишком быстро и слишком неотвратимо. Но разве убийство – не самый тяжкий грех? Разве не должны её тяготить эти пять убийств, одно – совершённое собственными руками, другие – вампиром, признавшим её полную власть? Могла ведь она остановить его, так? Почему, в таком случае, гораздо сильнее её беспокоит, как присматривать за раненным плечом, как скрыть жуткие улики, что делать дальше с разбуженным вампиром по имени Алукард?.. Можно ли считать муками совести то, что у неё из головы не выходит мысль, что никаких мук совести она не испытывает? IX. Не лжесвидетельствуй В день похорон моросит, и вот уже который подряд соболезнующий, пожимая затянутую в чёрную перчатку маленькую руку Интегры, добавляет: – Англия оплакивает вашего почтенного батюшку. Интегра склоняет голову и первой отпускает рукопожатие. Раненное плечо словно бы распухло вдвое, каждый обмен любезностями стоит новой волны боли. Лихорадит. Временами Интегра едва сдерживает порыв шагнуть вперёд из-под зонта, который держит над ней Уолтер, и подставить пылающее лицо и губы под манящие капли дождя. Массивный гроб с резным гербом Хеллсингов на крышке. Дяде Ричарду не быть погребённым в таком гробу. А ей, Интегре? В бреду ночных кошмаров из гроба вставал и с урчанием тянул к ней руки дядя Ричард-упырь. Чушь, дядю убила она собственноручно. А его подручных, зашевелившихся вскоре после выстрела, – словно оглушительный, отдающийся эхом звук разбудил нежить – Интегра велела Алукарду упокоить. Никаких омерзительных упырей в её поместье. Потом Алукард отнёс её наверх. Интегра помнила только, как он опустил её, трясущуюся от запоздалого шока и боли, на пол в отцовском кабинете. Место, где положено быть хозяину, догадалась она. Алукарду она приказала не высовываться из спальни. Послушается ли её вампир? Скорее всего, да – с наступлением утра он выглядел сонным, вялым. Послушается ли он её с наступлением ночи? Из присутствующих на похоронах Интегра, наверное, меньше всех думает об отце. Вступление в права наследницы времени на скорбь не оставило. Англия может позволить себе спокойно оплакивать сэра Артура: неистовые ураганы заперты внутри поместья Хеллсингов. Впрочем, колыхание чёрных зонтов выдаёт тщательно скрываемое беспокойство и в рядах членов совета Круглого стола. Орден Королевских протестантских рыцарей – в руках двенадцатилетней девочки, брат покойного пропал накануне похорон. Сэр Пенвуд нервно переминается и озирается. Сэр Айлендс время от времени озабоченно хмурит лоб. Сэр Кенсингтон и сэр Чэпмен осторожно обмениваются замечаниями. Архиепископ слегка запинается и поднимает взгляд, произнося слово «близкие». Даже обманчиво спокойная неподвижность Уолтера за спиной излучает напряжённость. Тем не менее, похороны протекают как положено. Никому не придёт в голову её заподозрить, никому. Утрясётся, забудется, размоется неумолимым течением жизни. Таково её, Интегры, решение, и первый шаг на этом пути она уже сделала, когда утром на вопрос Уолтера о местонахождении мистера Ричарда ответила: «Понятия не имею». – Прах еси, и в прах обратишься, – разносится по кладбищу под мирный шорох дождя.

Hellsing: IV. Помни день субботний Преступника, говорят, тянет на место преступления. Интегру ни капли не тянет, век бы она не видала проклятого каземата. Собственно говоря, никакой она и не преступник. Стоит ей лишь приоткрыть тяжёлую дверь, как в нос ударяет вонь, сводящая желудок. Нечистоты. И что-то незнакомое. Разложение? Кровь? Застывший ужас пятерых мужчин, неожиданно оказавшихся в жуткой ловушке? Интегра шарахается назад и заставляет себя успокоиться. Это не хуже колонии для несовершеннолетних и лишения наследства. Наследства её отца и деда, Бога ради! Улики нужно убрать, пока поиски пропавших не расширили до подвала. Точка. Подсвечивая себе спичкой для камина, Интегра находит выключатель, и каземат заливает светом. Выворачивает её резко, Интегра едва успевает податься вперёд и не облевать себя. Вонь, кровь, искорёженные тела и их ошмётки вчера ночью не казались такими... натуралистичными? Стараясь дышать ртом (желудок снова спазмирует при мысли, что невидимые частички этого кровавого кошмара оседают на языке), Интегра вытаскивает из-за пазухи свёрнутые пакеты для мусора, взятые на кухне. Надо было прихватить ещё и перчатки. И фартук, что ли? Или лучше какую старую одежду? И... Боже, какая нелепость! Ей ни за что даже не приподнять трупа взрослого мужчины, не оттереть всей этой крови с камней, особенно с почти неподвижной правой рукой, этой дурманящей болью, с противной слабостью, порождённой температурой и потерей крови. Не исключено, что она ошиблась, ухаживая за своей раной, и лихорадит её не просто от ранения, а от заражения крови. Чушь, она вколола себе противостолбнячное. Или заражение крови бывает от другого? Больше всего ей сейчас хочется зажмуриться, крепко-крепко, и проснуться в собственной постели. Чтобы этот каземат (убийство? Смерть отца? Его болезнь?) оказался всего-навсего гриппозным бредом. Чтобы на лоб легла успокаивающе-прохладная рука и прозвучали слова: «Ну вот, самое страшное позади». Раза с десятого у Интегры получается оторвать от рулона отдельный мешок и развернуть его. Она замирает, вяло размышляя, с чего начать. И вдруг резко разворачивается от ощущения пристального взгляда в спину. Алукард стоит неподвижно, скалясь своей неестественной улыбкой без тени весёлости; длинные чёрно-седые пряди свисают на лицо и плечи. «Вампир не может не подчиняться хозяину, – подавив испуг, в который раз за последние сутки напоминает себе Интегра. – Для него это так же естественно, как для нас – дышать». Правда, в книгах и рассказах отца хозяином вампира всегда являлся другой вампир, а не человек. Они – Хеллсинги. Они – особенные. В этом Интегра убедилась нагляднее, чем хотела бы. – За работу, – собравшись с духом, отдаёт приказ она. – Нужно собрать... мусор. X. Не желай ничего, что есть у ближнего твоего – Трейси Уодсворт. Мадам Гвинн решила взять в команду вместо тебя Трейси Уодсворт. Помнишь Трейси? Это троюродная сестра Кейтлин Гордон-Леннокс, на год постарше нас. Помешана на мальчишках, а когда над ней смеются, эдак протягивает: «Ну-ну-ну, посмотрю я на вас через годик-другой». Понимаешь, год разница, а воображает... – Вот и Айвор, – перебивает Интегра, замечая приближающегося всадника, – давай подождём. – Лучше поехали навстречу, ветер, холодно стоять, – Бланш передёргивает плечами. – И Трейси, значит, возьмут боулером. Но, правда, может, всё-таки одумаешься до июля? Интегра, ведь ещё целых два месяца... Интегра качает головой. Её изводят бесчисленные варианты того, что может стрястись за неделю, что уж говорить о двух месяцах. Ясно одно (мысль веселит её на миг): крикетного матча среди этих вариантов нет. Интегра приняла приглашение сэра Чэпмена погостить у него на выходных вместе с Айвором и Бланш по многим причинам. Уолтер считает, что ей лучше развеяться – в таком случае, «развеяться» ей лучше на стороне, не вызывая подозрений. Плечо заживает медленно, удерживая её от любимых активных занятий. Да и развеяться ей действительно нужно: родной дом вдруг представляется гнетущим, сводящим с ума. Хотя бы на пару дней хочется забыть об Алукарде, зловещих мешках в подвале, подозрительных взглядах Уолтера. Интегра соскучилась по компании, по Айвору и Бланш, в конце концов. Ей хочется покататься верхом по пустоши, если не наперегонки, то хотя бы как позволит рука, а вечером забраться на сторожевую башню. Айвор принесёт свой телескоп, они раздобудут термос с горячим чаем и коробку печенья и будут разглядывать туманности, звёздные скопления, спутники Юпитера и лунные кратеры. Всё так и состоялось, за разговорами, астрономией и тайком от взрослых раздобытой кассетой «Металлики» пробежало полночи, пока их не хватились и не отправили в постель. Вот только мысли Интегры всё возвращались к Алукарду. У неё в подвале живёт вампир, которому нужна кровь, нужен простор, азарт охоты. Кровь она даёт ему свою: иногда, немного, избегая соприкосновения с тонким, по-змеиному юрким языком. Силы Алукарда растут день за днём, точнее, ночь за ночью, из волос исчезает седина, хищно блестят глаза, одежда – и та кажется будто бы менее истлевшей. А Интегру нет-нет да и пробивает страх, надолго ли хватит вампиру двенадцатилетней девочки. Интегра не смыкает глаз долго: ночные бодрствования успели войти в привычку. Мешки в подвале всё ещё ждут своего часа. Однажды ночью она и Алукард совершили вылазку в парк в поисках ыподходящего для захоронения места. Бок о бок с вампиром Интегра незаметно проскальзывала мимо патрулирующих солдат, кралась между деревьями и аккуратно подстриженными кустами как во сне, завороженная клубящейся тьмой, преображающей знакомые с детства уголки. Порой она не видела и не слышала Алукарда, но неведомое прежде ощущение его присутствия рядом не покидало её. Казалось, можно было блуждать по превратившемуся в волшебный лес парку до утра, позабыв о своей мрачной цели, прячась от патрулей за деревьями и бдительно следя за Алукардом, который жадно провожал солдат взглядом и спрашивал: – Можно? Интегра отвечала: «Нет», и чувство власти над этим смертоносным созданием растекалось где-то под ложечкой томительным тягучим теплом. Бланш с Айвором ахают и поражаются, когда Интегра жалуется на предстоящее бремя обязанностей, говорят пустые слова поддержки и снова уводят разговор на свои детские темы. Им не понять даже самого простого, явного: долга, ответственности, выбора, власти, – что уж говорить о том, что скрыто и запечатано: греха, боли, Алукарда, интриг? Интегра отчаянно завидует им: их детству, их беззаботности, живым родителям и любящим близким, завидует тому, что они могут позволить себе не понимать её трудностей. Иногда ей до исступления хочется наорать, напугать, отнять у них всё, у каждого благополучного мальчика и девочки, бросить их в подвал с чудовищами! Хотя бы лишить их невинности незнания... Дети. Они стали ей чужды. Дверь в страну детства заперта навечно, впереди ожидает другая дверь, в зал Круглого стола, где Интегра займёт место рядом с их отцами и дедами. Интегра почти рада вернуться домой, где одиночество не так остро, как в окружении друзей детства. Рада, пока не обнаруживает, что кто-то из слуг обнаружил и забрал блузку с испачканным кровью рукавом. А поздно вечером является из подвала Алукард, усаживается у неё в ногах и хрипло произносит: – Я голоден, хозяйка. Сколько, сколько ещё сможет она кормить его своей кровью? Что ей с ним делать: убить, усыпить? И остаться совсем одной? Позволить Алукарду кого-нибудь убить? Бомжа, туриста, случайно забредшего в окрестности? Как часто ей предстоит это делать? Уолтер подозревает. Уолтер задаёт слишком близко к цели бьющие вопросы, бесшумно, не хуже Алукарда, оказывается у неё за спиной, когда Интегра листает литературу по вампирам, оккультным ритуалам или огнестрельным ранениям. Он наверняка знает, что после похорон Интегра стала держать под подушкой пистолет. И порой он бросает на неё очень странные взгляды. Или ей мерещится, как леди Макбет? Нужно ли ей убить ещё и Уолтера? Сердце ёкает. Просто отдать Алукарду приказ... Нежданно-негаданно возникшая мысль проскальзывает в самое нутро, настаивает, развивается. Уолтер сам виноват. Его здесь не было. Если бы он не оставил её на попечение дяди, ничего бы не произошло. Ричард не посмел бы её и пальцем тронуть. Нет-нет, она не может. Ни за что. Нельзя. Всего лишь ещё одно необходимое убийство, последнее. Отец завещал ей продолжать семейное дело, она не может обмануть его надежд, отступив перед первыми же трудностями. Отец доверял Уолтеру безоговорочно. Как насчёт неё, Интегры? Может ли она ему доверять? Осознание захлёстывает тяжёлым бессилием: она больше не в силах никому не доверять. Ей не выстоять в одиночку, будь она хоть трижды Интегра Фейрбрук Уингейтс Хеллсинг. Ей нужен хоть кто-нибудь, кроме жутковатого вампира. Интегра пытается собраться с духом, превозмочь слабость и с липким ужасом понимает, что это не сиюминутная прихоть. Это конец пути. Дальше. Невозможно. Одной. На прощупывание почвы тонкими намёками или продолжительные речи Интегры не хватает. Постучав, она врывается к Уолтеру и с ходу выпаливает: – Я убила дядю Ричарда. Уолтер как встал, приветствуя её, так и застывает на месте. От волнения Интегра не следит за его реакцией. – Я... я не хотела. Нет, хотела, но только потому, что он хотел убить меня. – Он... – Он выстрелил! – вскрикивает Интегра. – Я не хотела верить, пока он не выстрелил. – Что вы с ним сделали, мисс? – бесцветным тоном спрашивает Уолтер. – Застрелила. – Хорошо, – как-то невпопад замечает он и тут же задаёт следующий вопрос. – Что с остальными? – Их убил вампир. Вампир. У нас в подвале. Вампир, служащий Хеллсингам, кто бы мог... Уолтер прерывает её, бесцеремонно ухватив за подбородок, пальцы оттягивают воротничок блузки в одну, в другую сторону. – Он укусил тебя?! – Нет! Он служит Хеллсингам, я же сказала. Он признал меня хозяйкой. – Алукард. – Да. Ты знаешь? Уолтер отпускает её – физически, но взгляд его удерживает словно бы цепче, чем пальцы. Он не отвечает, ответа и не требуется. Знает. И про убийства, если не знал, то догадывался. Выжидал. Пока она сделает следующий шаг? Или сдастся и придёт каяться сама. – Что ты собираешься делать? – Интегра поднимает голову и заставляет себя встретиться с ним взглядом. Хеллсинги должны смотреть опасности в лицо. Последний раз она смотрела так на человека, почти упирающего ей в лоб дуло пистолета. Напугана она не меньше. Выстрел тогда, возможно, был бы милосерднее, чем отторжение сейчас. Интегре требуется подсказка, чтобы расшифровать это выражение серых глаз, эту полуулыбку: – Всё, что пожелаете, разумеется. Преданность. Ей следовало бы обрадоваться, но сил хватает только на облегчение, распускающее путы, сдерживавшие боль, по-детски искреннюю обиду, вот-вот готовые хлынуть слёзы и еле различимое: – Тебя здесь не было. Интегра порывается шагнуть вперёд, уцепиться за эту единственную в её пошатнувшемся мире опору, обнять и выплакаться. Но Уолтер – нечаянно? предусмотрительно? – уходит с линии её ещё не состоявшегося движения. – Думаю, стоит приготовить вам чашку чая, сэр Интегра. Нам необходимо обсудить всё подробно. Едва за Уолтером закрывается дверь, Интегра бьёт кулаком по столу, больно, и заходится рыданиями. Уолтер предал её. Маленькую мисс с её страхами, слезами, потребностью в близости и утешении. Рыдает Интегра не стесняясь и не сдерживаясь, практически уверенная, что Уолтер не зайдёт, пока она не успокоится. Верность Уолтера безоговорочно принадлежит сэру Интегре Фейрбрук Уингейтс Хеллсинг.

Hellsing: II. Не сотвори себе кумира Ночь. Сигнал тревоги почти всегда поступает ночью, когда дети Тьмы выходят на охоту. Если на место происшествия вызывают днём, значит, «Хеллсинг» приедет слишком поздно. Сегодня – лучший случай. Сообщение об инциденте прошло быстро, а местная полиция успела эвакуировать жителей. Ночь, стрёкот вертолёта и рыщущие огни прожекторов, мельтешащие люди. Королевские протестантские рыцари окружают территорию, командир Партридж из сбивчивых рассказов полицейских с профессиональной цепкостью вычленяет детали. – Мэтьюз, Свифт! С четвёртым отрядом. – Судя по всему, – вполголоса за спиной Интегры комментирует ситуацию Уолтер, – вампиры развели упырей и удрали. Обычный случай. Разбираться придётся только с упырями, но для страховки посылают и пару «чистильщиков». Одновременно будем выяснять, куда могли направиться вампиры, необходимо действовать по горячим следам. Иначе найдём мы их только когда они опять нападут. Интегра кивает, одновременно прислушиваясь к разговору командира с сержантом полиции. Помощь полиции им как раз и необходима: нужна информация обо всех автомобилях, покинувших заражённую зону за время инцидента. В автомобилях могут быть не только сами вампиры, но и заражённые люди. – Всех, кто вступал в непосредственный контакт с нечистью, доставьте сюда, – распоряжается командир. – На медосмотр. Боевая группа на выезде компактно занимает расчищенную стоянку. Несколько армейских грузовиков, мобильный штаб, автофургон и микроавтобус медиков, машина директора организации. Сама директор старается держаться в центре событий, но не путаться под ногами солдат и техперсонала. Отдельные автоматные очереди за пару кварталов отсюда перерастают в непрерывный грохот, там же зависает вертолёт, покачиваясь, будто привязанный собственными лучами прожекторов. На ещё днём мирных улицах тихого пригорода рыцари столкнулись с упырями. – Хей, смотри, попёрли! Сюда, живо! Кое-какие упыри бездумно тянутся к лагерю «Хеллсинга»: на свет, на голоса, на запах человеческой плоти. Интегра достаёт пистолет и вслед за солдатами припускает к ограждению. Её ещё не особо уважают и в случае серьёзной опасности не преминут остановить. Половину прошлой операции директору не давали и шагнуть за пределы штаба, пока «чистильщики» не справились с вампиром. А ей надо тренироваться. Реально нужны один-два выстрела – в голову или в сердце. Однажды от точности выстрела может зависеть её жизнь. – Оба-на, через стоп-линию попёр. – Ну так стоп-линия – она для людей, а не для упырей. – Ага, прикинь, боевая противоупырья стоп-линия... – ...одиннадцатимиллиметровая, двойного действия. Обвязываешь территорию и в постельку, а с утречка под солнышком расстреливаешь спокойно себе нежить. – Посторонись-ка, Питер, уступи леди честь. Смешки, пусть даже и доброжелательные, мешают сосредоточиться, раздражают. Обхватить, но не стиснуть. Придержать. Принять стойку. Прицелиться. Выстрелить. Раз, два. Три, проклятие, четыре. – Ух ты, вот это крутизна! – Это совсем недавно были люди, – выплёскивает раздражение Интегра. – Мы должны с ними разделаться, и это не забавно. – Всё равно хороший выстрел, леди, – нисколько не смутившись, ухмыляется сосед Питера. Леди. Интегра возвращается к штабу. У полевого лазарета мигают огни подъехавших полицейских автомобилей. Командный состав уже перенял у дворецкого «сэр», но рядовые рыцари видят перед собой всего-навсего маленькую леди. – Интегра, хозяйка моя. Алукард с поклоном выступает из тени, обменивается молчаливым приветствием с неотвязно следующим за Интегрой Уолтером. – Ночь ещё глубока, а охота только началась. Позвольте мне присоединиться к охоте, сэр Интегра! Неощутимый ветер – а, может, не ветер – топорщит чёрные пряди; сверкают обнажённые клыки. – Я велела тебе оставаться дома, слуга. Возвращайся, я призову тебя, когда сочту нужным. Алукард с видимой неохотой шагает в тень и растворяется в ней. – Мы раньше привлекали его к операциям, – голос Уолтера вторит искушению дать вампиру волю, полюбоваться лучшим оружием «Хеллсинга» в действии. – Я читала об этом. Почему отец в итоге счёл необходимым усыпить его? Что произошло? – Ничего конкретного. Как раз долгое время ничего существенного не происходило, от бездействия Алукард скучал, а затем во время операций делался непредсказуем. – Но он не может ослушаться прямого приказа. – Разумеется, нет, сэр Интегра, но прямой приказ не даёт подробных указаний, как действовать в боевой ситуации. «Чистильщикам» с ним порой приходилось нелегко. Впрочем, сейчас он изменился. – Каким образом? – Он стал... словно менее разумной личностью. Думаю, сэр Артур повысил уровень контроля над ним. Надёжнее контроль – меньше проблем. Беда, что вместе с тем возможности Алукарда также ограничиваются. – Понимаю... Интегра читала отчёты со старых операций, которые проводились совсем по-другому. Алукард и кто-то из «чистильщиков» уничтожают основную цель, вампиров, а небольшой отряд рыцарей тем временем сдерживает упырей и оберегает гражданских. Эффективнее, меньше жертв. Риск? Риск, похоже, представляет могущественный и непредсказуемый вампир. Это ещё одна серьёзная тема для размышления... По ходу операции выясняются подробности происшествия. Две местные девушки пригласили на вечеринку пару незнакомых парней, оказавшихся вампирами. Из последовавшей кровавой оргии в живых остались только эти две. – Мать твою за ногу, неженка, вколите ему обезболивающее. В автофургоне медиков доктор Тревильян, отставной военный хирург, уже разбирается с пострадавшим рыцарем. – В жопу... Вечер, Уолтер, сэр Интегра. Зачем вы держите идиотов, которые во время простейшей операции умудряются заработать вывих с открытым переломом? Самому напороться на упыря... – Что свидетели, доктор? – Обе главные свидетельницы предположительно покусаны. Базовые тесты отрицательны, полный анализ крови – через час. У остальных – ушибы и царапины, могут идти на все четыре стороны. Главные свидетельницы, как же... Зачинщицы происшествия, закованные в наручники, сидят вместе в микроавтобусе. Им ещё предстоит разговор с командиром или кем-то из помощников: нужна любая информация, по которой можно было бы классифицировать вампиров. Самые обычные девчонки лет шестнадцати-семнадцати, глазеющие по сторонам, – и не скажешь, что только что прошли через ад. Впрочем, не исключено, что, одурманенные гламуром, они так и не осознали полностью происшедшего. – Извините, сэр, – высунувшись, спрашивает одна из них у охранника. – Можно нам идти? Мы уже всё рассказали полиции. Интегра мигом оказывается рядом, с неприязнью подмечая расплывшуюся косметику, вызывающий вырез платья, почти не прикрытый накинутой на плечи кофтой. Она готова ухватить дуру за грудки и наорать на неё как следует. Напомнить ей, что та виновата в творящемся кошмаре. Что говорили же ей не приглашать в дом незнакомцев. Наверняка она из тех, кто почитывает дрянные романы про вампиров и думает, как это шикарненько. Сказать ей прямо, что она виновата в гибели своих соседей, друзей, что из-за неё люди Интегры рискуют жизнью. Гнев гасится брезгливостью. Не чета леди терять достоинство перед швалью из предместья. – Я бы на твоём месте, прежде всего, дождалась результатов анализа. Сейчас для тебя это поважнее проверки на СПИД, – холодно говорит ей Интегра, прежде чем развернуться и уйти. Девица недоумённо смотрит вслед странной белобрысой девчонке в сопровождении высокого старика с моноклем, непонятно чему улыбающегося. Через громкоговорители проходит сигнал общего сбора. – Полиция нашла нужный нам автомобиль, – сообщает командир Партридж. – Серый «крайслер», брошен в ста милях на запад, возле Хэмпстона. Пока доберёмся, может, выяснится, пересели ли они в другой автомобиль или прячутся в окрестностях. – Вампиров пригласили, – размышляет вслух Интегра, сев в автомобиль. – Может, им было нужно приглашение, чтобы войти в дом. Подкласс D2? – Вполне вероятно, – отзывается Уолтер. – Если это подтвердится и по другим признакам. Один отряд остаётся добивать упырей, остальная группа колонной движется на запад. Интегра уже не представляет, что всего месяц назад она не имела понятия, как функционирует организация, как слаженно действуют люди в боевой ситуации: десятки людей, объединённые в один Орден, который подчиняется ей, и за который она отвечает перед Господом, её величеством и Британией. Её наследство, её жизнь. Ночь ещё глубока, а охота только началась. III. Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно Интегра успевает задремать, когда автомобиль резко останавливается. Вместе со всей колонной. – Что случилось? Минуту они оба прислушиваются, затем Уолтер, бросив: «Оставайтесь в машине», – уходит. Нападение? Интегра достаёт пистолет. Уолтер быстро возвращается, открывает ей дверь и без пояснений просит следовать за ним. У микроавтобуса в окружении рыцарей стоит, неловко переминаясь, одна из свидетельниц, не та, с которой разговаривала Интегра. – Снимите, пожалуйста, – просит она, протягивая вперёд закованные в наручники запястья. – Люди, ну мне больно же. Я не шучу, смотрите. Она не шутит. Даже в свете фар на руках заметны пятна ожогов. Реакция на серебро. – Мне больно, понимаете. Это, наверное, аллергия. – Доктор, анализы! – цедит сквозь зубы командир Партридж. – Этой уже не требуются, – зло бормочет доктор Тревильян. – Они горячие! Вы что, специально это делаете?! Изверги! Она кричит, затем снова принимается за мольбы: – Снимите, пожалуйста! Я рассказала всё, честное слово! Зачем вам это, прекратите, пожалуйста-а! Девушка падает на колени, пытается содрать наручники, затем, всхлипывая, принимается подсовывать под браслет рукав джинсовки. – С вашего позволения, сэр Интегра. Уолтер вынимает из руки Интегры забытый пистолет и вступает в круг. – Послушай. Несчастная поднимает голову, жалобно глядя вверх из-под сбившейся на глаза чёлки. – Я ничем не могу тебе помочь. Вампир тебя укусил, и теперь ты сама превращаешься в вампира. Ты умрёшь, прямо сейчас, иначе твоя душа распадётся и ты лишишься посмертия. Она замирает, забыв даже о жгучей боли. – Я умираю?.. – Помолись, – звучит голос Уолтера в наступившей тишине. – Так будет легче. – Я... – взгляд её падает на пистолет в руке Уолтера. – Нет! Вы не поняли! У меня просто аллергия! У меня было такое, на серьги, Шеннон, скажи им! – Они никогда не хотят понимать, – вздыхает доктор. – Вы больные! – девушка вскакивает на ноги. – Сектанты долбанные! – неожиданно она бросается в сторону, сбивая с ног одного из солдат, перемахивает через ограждение шоссе и исчезает в темноте. – Наша миссия – от Господа, – отчеканивает Уолтер, вскидывает руку и стреляет. Свет десятка фонариков нащупывает в траве тело. Кажущаяся чёрной кровь расползается по джинсовке. – Боже, упокой её душу грешную, – срывающимся голосом произносит Интегра. И слава Богу, что сегодня нашлось кому выстрелить за неё.

Hellsing: VIII. Не кради С подземной лабораторией Интегра ознакомилась ещё в первые проведённые в подвале дни. Здесь они обнаружили несказанно обрадовавший Алукарда гроб. Часть помещений явно отведена под склад устаревшей аппаратуры, часть пустует, но в зале, несмотря на пыль и скудное освещение, царит дух приостановленного лишь на время делания . В центре зала, закреплённый на мощной литой основе, поблёскивает потускневшими металлическими катушками дистортер пси-поля, с потолка свисает вписанная в пентаграмму тарелка дефлектора. Дальняя часть зала занята ламповой ЭВМ. Десятки других приборов, панели управления громоздятся на столах вдоль стен, под столами змеятся связанные в толстые пучки лозы кабелей. – Потрясающе, – прокашливается доктор Криспин Фрик. – Как же я успел отвыкнуть от этого антуража... – И это оборудование ещё действует? – его молодой коллега Ламберт Коул, один из ведущих сотрудников научного отдела «Хеллсинга», ошарашено озирается. – Теоретически – должно, практически – явно необходимо будет заменить часть деталей. Что-то заржавело, что-то могли погрызть мыши... или не мыши, – доктор Фрик тяжело опирается на край стола. – Если вы всё ещё уверены, что поступаете верно, мисс Хеллсинг. – Я пригласила вас из Калифорнии не по мимолётной прихоти, доктор Фрик. – Искренне надеюсь, что ваши намерения основаны на детальном многолетнем стратегическом плане функционирования организации «Хеллсинг». Доктор Криспин Фрик, лауреат Нобелевской премии и мировая знаменитость, невыносим в своём сарказме и высокомерии. И антиклерикализме вдобавок. Но он – лучший из оставшихся учеников Абрахама Хеллсинга и, возможно, единственная надежда Интегры. То, что её дед и отец терпели этого человека рядом, только подтверждает его незаменимость. Первые уровни контроля Алукарда, как выяснила Интегра из записей отца, подчиняются чистой воле хозяина. Уровни, начинающиеся с четвёртого, оперируют более грубыми энергиями, и воздействие на них, соответственно, должно быть более грубым. Для этого воздействия и была разработана размещённая в зале система. – Доктор Фрик, вам, разумеется, немногое известно об операциях Ордена, но не мне вам рассказывать о вампирах. Я хочу иметь главное оружие организации в полной боеготовности на случай чрезвычайной ситуации. – Я просто считаю нужным уточнить, мисс Хеллсинг. Мне беспокоиться не о чем – Калифорния далеко. Доктор Коул озабоченно переводит взгляд с директора организации на своего кумира и обратно. Интегра хмурится. Сомнения собственного подчинённого её волнуют больше язвительных замечаний старого учёного. Последний получит по окончанию условленное вознаграждение (данные некоторых проектов «Хеллсинга», на разглашение которых специалисты Ордена дали добро) и вернётся в солнечный Сан-Диего. С Ламбертом Коулом ей ещё придётся работать. Интегра вызовет его позже и напомнит, каких трудов и жертв порой стоит порой поимка самых примитивных вампиров класса D. Насколько больших усилий требует класс C. Она расскажет ему, как при единственном за двадцать лет столкновении с вампиром класса B пострадало больше половины Ордена. И что тридцать-сорок лет назад подобные операции обходились значительно меньшей кровью. Орден должен быть наготове: во имя Господа, её величества и Британии. А после встречи с восторженным молодым человеком Интегра поймает себя на мысли, не себя ли она пытается убедить в резонности снятия четвёртого уровня контроля. Не руководствуется ли она неуместным чувством долга в отношении – пусть даже спасшей ей жизнь и скрасившей её одиночество– нежити. Нет, решит она, боязнь своих чувств – не повод отвергать разумную причину, по которой Алукард нужен ей не скованным избыточными ограничениями. Лиха беда начало. – Оборудование, судя по всему, – докладывает Уолтер, – практически в порядке, ремонт нужен лишь по мелочам. Но нам не хватает мощности, чтобы запустить систему. – Как понять «мощности»? – Электроэнергии. Система в рабочем состоянии потребляет значительно больше энергии, нежели весь комплекс «Хеллсинга». Мощность, электроэнергия... Интегра пытается перевести эти абстрактные до сих пор понятия в категорию конкретных измеряемых вещей. – Ладно. Нам нужна дополнительная энергия. Откуда её взять? Как систему запускали раньше? И если ты знаешь, мысленно добавляет она, то почему не выдать мне окончательные выводы сразу? Только не говори, что я ещё и в электричестве разбираться должна. – Мы, – поясняет Уолтер, – получаем электроэнергию через подстанцию на окраине Вулсбери. Изначально подстанция обеспечивала энергией только Институт. Когда сэр Артур реорганизовал «Хеллсинг» и научные исследования перестали быть приоритетом организации, потребность в электроэнергии резко снизилась. Теперь подстанция обеспечивает электричеством также почти половину Вулсбери. Лишь однажды, двадцать лет назад, когда систему запускали последний раз, чтобы подавить Алукарда, вся мощность подстанции была выделена «Хеллсингу». Ради этого значительной части города электричество было временно отключено. – У меня в подвале стоит аппаратура, которая потребляет энергии столько, сколько половина небольшого пригорода. Это я поняла. Всё. Мы можем договориться с городскими властями об отключении энергии – нам не потребуется много времени, так? – По словам доктора Коула, минимум час. – На час. Можем? – Видите ли, для этого нужно постановление на уровне округа; и тут нам придётся иметь дело с сэром Кенсингтоном. Нет, Уолтер явно испытывает либо её способность ориентироваться в хитросплетениях бюрократии, либо её терпение. – Хорошо. Значит, я обращусь с просьбой к сэру Кенсингтону. В чём проблема? – В обосновании вашей просьбы, сэр. – Для научного эксперимента. Проверка оборудования. Всё в рамках компетенции организации. – Не так это просто. Совет знает об Алукарде, а кое-кому известно и то, как его двадцать лет назад усыпляли. Понять, зачем нам требуется такое количество энергии, – как дважды два. Дно кроличьей норы. – Наконец-то, – Интегра устало потирает переносицу под дужкой очков. – Ясно, совет не позволит мне снять часть ограничений с вампира, которого считал слишком опасным даже мой отец. Совет Круглого стола откровенно сомневается в её способности к руководству Орденом, за исключением разве что сэра Пенвуда, для которого решение его старого друга Артура Хеллсинга – святое, и на которого Интегра произвела неизгладимое впечатление. Старые законы не позволяют совету оспорить право Интегры на наследство, тем более после того, как был брошен вызов и право её было подтверждено кровью (дядя Ричард ненароком оказал ей услугу). Но чинить препоны членам совета вполне под силу. Своевольная девчонка с маленькой профессиональной армией – достаточный источник беспокойства даже без вампира невообразимой мощи. – Надо искать выход, – Интегра хмурится. – Снизить затраты, найти дополнительный источник энергии, ещё идеи? Никто не будет указывать мне, как поступать с собственным вампиром. Ламберт Коул просто светится от энтузиазма. – Прежде всего, избавимся от этого дедушки ЭНИАКа – он и его система охлаждения берут изрядную часть ресурсов. Для свеженького «макинтоша» программу управления системой и работой не назовёшь. Датчики тоже заменим современными аналогами, соответственно, следует сменить и всю инсталляцию... – И систему будет возможно запустить? – Интегра привыкла улавливать, когда стоит остановить учёного. – Главный камень преткновения – дистортер. Это... Вы не представляете! Да, это чистый стимпанк, выглядит как декорация из старых фильмов, но это гениально. Доктор Фрик, и тот не может разобраться, как достичь того же эффекта на основе современных технологий. Генератор искривляющих помех пси-поля – в старину для этой цели убивали дюжину девственниц... – Доктор, я в общих чертах знакома с работами моего деда и принципами действия системы. – Кстати, девственницы сошли бы, как альтернативный вариант, – отрывается от расчётов доктор Фрик. – Имейте ввиду, мисс Хеллсинг. Мой коллега загнул, полдюжины вполне хватило бы, хотя лучше – семь. Магическое число, к тому же. Интегру могут выводить из себя слова этого человека, но ей импонирует, что он, в отличие от совета Круглого стола, ведёт себя с ней не как с ребёнком (не считая одной дискуссии о вере, прерванной фразой: «Религия должна быть такой же запретной темой в обществе детей, как и секс»). Она требует взрослого отношения – он не делает ей поблажек. – В двух словах, доктор Коул, в чём состоит улучшение системы? – Пятнадцать минут. Теперь нам нужно всего пятнадцать минут дополнительной мощности. Обновление системы, планирование операции, подготовка к ритуалу растягиваются на три месяца. Терпение Интегры иссякает, она рявкает на подчинённых по малейшему поводу. Уолтеру, и тому достаётся, когда он открыто делает ей замечание о самоконтроле. Слово «контроль» для неё – как красная тряпка. Контроль. Эти солидные мужи из совета пытаются её контролировать. Контролировать внутренние дела Ордена. Интегра покажет им контроль. Их не волнует, что она уже участвовала в трёх операциях, последний раз они неделю прочёсывали Глен Мор (и до сих пор расхлёбывают последствия жалобы местного священника, дескать протестантские рыцари недобросовестно относятся к безопасности католической общины). Она могла бы провести брифинг для полиции не хуже Уолтера, если бы полицейские не видели в ней лишь двенадцатилетнюю – ладно, почти тринадцатилетнюю – девочку. Высокий рост, деловой костюм, если подобрать косметику и другие очки –сколько лет можно было бы ей дать? Пятнадцать? Всё равно недостаточно. Но люди, работающие вокруг неё и с ней этой ночью, её авторитет под вопрос не ставят. Учёные запускают систему. Доктор Фрик в последний момент заставляет техника досконально осмотреть дистортер. – Один-единственный винтик. Один-единственный – и эта масса пролетит через весь корпус насквозь. – И всё-таки вы не в Калифорнии, доктор, – замечает Интегра. – Представьте себе, – взгляд Криспина Фрика устремляется на пентаграмму на потолке. – Вот он, отпуск нобелевского лауреата. Уолтер во главе команды «чистильщиков» отправился на подстанцию. Людям, тренированным сражаться с вампирами, проскользнуть мимо простых смертных ничего не стоит. Ночью на подстанции дежурят два-три человека. Усыпляющий газ или снотворное в кофе – никто и не поймёт, что не просто задремал. Так же и город ночью не зафиксирует, что у него на пятнадцать минут украли электричество. – Сэр Хеллсинг, вашу кровь, пожалуйста. Пора подготовить матрицу дефлектора. Доктор Коул надрезает ей палец. Той же формулой Интегра пишет магическую формулу вокруг стола, на котором лаборанты фиксируют Алукарда ремнями, укреплёнными полосками благословленного серебра. Прямого приказа хозяйки вампир ослушаться не может, что не мешает ему недовольно щериться на нервничающий персонал. – Скверные воспоминания? – Доктор Фрик, – оскал становится шире. – И тебе добрый вечер, Алукард. Учёный с холодным интересом глядит на вампира. – Он вас узнаёт, – беспокойно подмечает доктор Коул. – Ещё бы. Я знаю его изнутри, буквально, и он не раз грозился выяснить то же обо мне. Страшные люди, ставит мысленно галочку Интегра. Поопаснее иного вампира будут. Она старается думать о чём угодно, только не о ритуале. Её очередь действовать ещё не пришла, а блузка уже мокрая от пота. Гудок интеркома. Щелчок кнопки. Голос Уолтера: – Сэр Хеллсинг, мы готовы. Как и во время боевой операции, Интегра чувствует упорядоченность и слаженность, с которой действует Орден. Все эти люди сегодня безоговорочно доверились ей, зависят от точности, с которой будет проведён ритуал и её способности удержать вампира – так же, как она зависит от них. Это «Хеллсинг», созданный её семьёй, сплочённый вокруг неё. – Джентльмены? – утвердительные кивки. – Время. Мы тоже готовы. В 2:23 дайте нам мощность. Яркий свет новых люменисцентных ламп пригасает: комплекс переходит на аварийный генератор. Всё подчиняется единому священнодействию: тусклый свет и резкие линии магических знаков, рёв дистортера, переходящий в утончающийся вой, переходящий в равномерное гудение, голос Интегры, декламирующий ритуальные формулы, статическое электричество, от которого топорщатся волосы и бьёт током прикосновение к любой поверхности, перехлёстывающиеся потоки магической силы. Затем падает тьма. Не темнота, не отсутствие света, а именно тьма, непроглядная, сковывающая непреодолимым ужасом, смотрящая на Интегру со всех сторон мириадом невидимых всевидящих глаз. Тьма густая, осязаемая, подобная вязкой смоле, и Интегра не решается даже вдохнуть. Она не уверена, что между ней и тьмой сохранился воздух, что она не захлебнётся и не растворится в этой проклятой Богом и людьми сущности. На дне её ужаса трепещет мысль, что «дети Тьмы» – вовсе не иносказание, что нежить является выродившимся потомством подобных тварей, древних, могущественных и безжалостных. Выталкивая остатки воздуха, словно выворачивая пылающие лёгкие наизнанку, Интегра провозглашает: – Предстань передо мной! Тьма всколыхивается, подаётся упругой дугой назад, высокий силуэт выгибается, будто придавленный пылающей на потолке пентаграммой, переламывается вперёд и припадает в поклоне на колено. Чувства возвращаются постепенно: острое покалывание по всему телу, крупная дрожь, понижающийся вой дистортера, приходящие в себя и бросающиеся к своим приборам люди в белых халатах. Свет вдруг кажется слишком ярким – нет, не кажется, снова нормально горят лампы. И коленопреклонённая фигура перед ней, печати Кромвеля ещё багровеют на перчатках. Отпущенный и порабощённый снова. – Алукард. – Жду ваших приказаний, хозяйка. – Следуй за мной. Зал, несмотря на высокий потолок, давит, выжимает последние силы. Интегра наваливается на тяжёлую дверь, не замечая, как поверх её головы Алукард протягивает руку, помогая ей отворить. В коридоре он впервые ослушивается её приказа, потому что у Интегры подкашиваются ноги, и он придерживает её, а затем подхватывает на руки и несёт наверх. Дежа вю. В этот раз, однако, Алукард выносит её не в кабинет, а наружу. От холодного ночного воздуха вначале спирает дыхание, затем проясняется в голове. Интегра приказывает отпустить её и садится на верхнюю ступеньку, Алукард пристраивается ниже, лица их оказываются примерно на одном уровне. Интегра ощущает его – уходящим остаточным эффектом глядевшей на неё тьмы, мириадом тонких иголочек, покалывающих кожу, но не пронзающих, оставляющих на ней некий узор, отпечаток. Обратная сторона его печатей, её конец связи между ними? – У тебя получилось, – довольно произносит Алукард. – Но как же близко ты подошла к краю... – Знаю, – выдыхает Интегра, прикрывая глаза. Вот он, день, с которого больше нельзя рассчитывать на легкомысленную отговорку, дескать её ещё не особо уважают и в случае серьёзной опасности не преминут остановить. Больше нельзя безответственно носиться по полю боя. Судьба «Хеллсинга» висела на волоске, а что ещё? Британия? Правила, контроль, ограничения были не прихотью седых закоснелых мужей, но границей между порядком и хаосом, где Интегра Фейрбрук Уингейтс Хеллсинг стояла одним из стражей. Тренировка, натаскивание щенка подходят к концу. На неё не надели поводок – его сняли, рассчитывая на то, что отныне у неё достанет сознательности не сунуть нос в огонь. VII. Не прелюбодействуй – Сэр Интегра, у меня для вас новости. Интегра в хорошем настроении. Мистер Харт, математик, последним из домашних учителей согласился изменить программу, чтобы уже весной она могла сдавать экзамены на общий сертификат среднего образования. К тому же, в памяти ещё свеж последний выезд Ордена. Тревога оказалась ложной: на месте обнаружились вполне живые юноши и девушки, игравшие в вампиров. В этот раз на выезд взяли Алукарда. Интегра сомневается, что недоумкам когда-либо снова захочется поиграть в вампиров. Первая половина дня – занятия, вторая – дела организации, за исключением боевых ситуаций или срочных поручений. Интегра ещё пребывает в относительно безмятежной первой половине дня. Скрестив руки поверх толстой рабочей тетради, она с улыбкой интересуется. – Хорошие или плохие? Уолтер закрывает дверь в кабинет и, помедлив, заявляет: – Члены совета Круглого стола собираются выдать вас замуж. Тетрадь шлёпается на пол. – Что?! – Бытует мнение, что это единственный способ обеспечить надёжное руководство Орденом. Интегре очень хочется ответить «да пошли они...» (четыре выезда с рыцарями не прошли даром), затем она понимает, что именно туда и планируют отправить её почтенные мужи. – Да причём тут они? Как они меня могут выдать замуж? – Круглый стол имеет право вмешиваться в личную жизнь членов совета, если продолжение кровной линии значимо для передачи наследства. Они не могут её сместить. Но они могут выдать её замуж. – Мне двенадцать лет. – Согласно Старым законам, невесте достаточно достичь зрелости. Щёки Интегры пылают. – Значит, можно хотя бы потянуть время лет до четырнадцати. – Боюсь, что они в курсе, – осторожно замечает Уолтер, отводя глаза. – В курсе чего? – напряжённо уточняет Интегра, догадываясь сама. – Что можно уже не ждать, пока вам исполнится четырнадцать. Уолтер по-прежнему избегает её взгляда. Интегру трясёт от стыда и бешенства. – И кто ещё в курсе?! – она с трудом берёт себя в руки. – Хорошо, мне нужно всё обдумать. Одной! Оставшись одна, она поднимает руку, собираясь стукнуть по многострадальному столу. Затем рука безвольно падает, Интегру разбирает нервный смех. Это смешно. Абсурдно. В «Хеллсинге» знают, что у неё начались месячные. Возможно даже, что вся сотня – преимущественно мужского состава. Круглый стол обсуждает её месячные, наверняка с облегчением («Наконец мы знаем, как взяться за вздорную девчонку»), не исключены и тосты по этому поводу. Вопрос национальной безопасности, чёрт возьми! Интегру передёргивает. Неужто так воплощается наказание за чтение скабрезных сцен из вампирских романов и рукоблудство? В библиотеке была целая полка этих дрянных книжонок. Интегра сунула нос туда уже давно и, прочитав пару, поинтересовалась у отца, зачем им этот хлам. Тот, смеясь, объяснил, что надо быть в курсе, как обычные люди представляют себе вампиров. С книг всё и началось. Интегра могла десять раз повторить себе, что можно потратить время продуктивнее, но её нет-нет да и тянуло на чтиво. Она пробегала глазами страницы, добираясь до самого интересного, притягивающего. Не отпускающего потом по ночам, томящего жаром там, внизу, и призраком лёгких пальцев на коже, пока она не сбегала в сон. К греху рукоблудства Интегра серьёзно не относилась. Тоже мне грех, грехов они не видели. Никто в результате даже не страдает. Предрассудок. Воздерживалась она скорее от брезгливости. Той ночью, однако, томление не отпускало до утра. Складки скомканной простыни врезались в кожу, волосы щекотались, ставшие вдруг нескладными руки и ноги не находили удобного положения, затекали. И по кругу ходили, не отпуская, скабрезные видения, пока Интегра не сдалась, уговаривая себя, что это не глупее, нежели подняться с утра, не сомкнув глаз. Она гладила груди, живот, бёдра, затем инстинктом неумолимо потянуло поласкать промежность. Она не умела и не получала особого удовольствия, ногти царапали чувствительную обнажённую плоть. Но от самой мысли о том, что она делала, стучало в висках и слегка спазмировало внизу живота, принеся в итоге долгожданное расслабление. Утром Интегра, потрясённая, заметила на простыни кровь, и полдня ходила как в тумане, терзаясь позорной мыслью «лишила себя девства посредством рукоблудства». Только когда стало ясно, что кровотечение не останавливается, она поняла, что происходит, и почувствовала себя ещё глупее. Ей-Богу, будто какая викторианская барышня, которая не знала на «отлично» анатомию и физиологию. За гигиеническими средствами пришлось обратиться к доктору Тревильяну, который поначалу смутился едва ли не сильнее неё, затем нашёл в аптеке прокладки и велел воздерживаться от физической активности. Вопреки логике, настаивающей, что ничего постыдного и противоестественного не происходит, категорически не хотелось объясняться ни с инструктором по боевым искусствам, ни с Уолтером, с которым они два раза в неделю занимались фехтованием. Женственность принесла сплошные неприятности. Теперь ещё и замужеством грозятся. Абсурдно, но реально. Либо она согласится допустить до руководства организацией назначенных советом людей добровольно, либо совет выдаст её замуж, со всеми последствиями. Чужой человек придёт жить в этот дом, будет управлять делами Ордена. Надругается над ней. По телу разливается жар, возбуждение – не похоти, а предвкушения противостояния, схватки. Ни за что. Интегра подставляет стул, достаёт с полки увесистый том Старых законов и садится за изучение, делая пометки прямо в подвернувшейся под руку тетради, пониже задач по тригонометрии. – Я же сказала, что хочу побыть одна. У Алукарда своеобразный, мягко говоря, кодекс вежливости. Он может проникнуть в комнату через стену, вызвав вопль недовольства хозяйки, но если он заходит через дверь, то обязательно постучит. Заходит он вне зависимости от ответа. Можно, конечно, ему просто запретить, но с Алукарда станется обратить этот запрет против неё в случае опасности. Запретила Интегра ему являться только в спальню. Пусть даже на отца в спальне раз и покушались. – Беспокоиться, на деле-то, не о чем. Никто не войдёт в этот дом без вашего разрешения. – Подслушивал? – Слышал. Я не позволю им портить моё угощение. – Ты, животное! Ты на десять лет вперёд из меня крови высосал, пока я не выяснила, что одной капли тебе больше чем достаточно! Десять лет на донорской диете сидеть будешь! Интегра успокаивается, заканчивает с законами о браке и перелистывает на описание прав совета Круглого стола. – Подумав хорошенько, я их понимаю. Я бы тоже боялась предоставить такую организацию как «Хеллсинг» ребёнку. – Но на уступки ты не пойдёшь. – Я не знаю. Не могу же я, правда, ослушаться решения совета. – Я бы посмотрел, что они могут нам противопоставить. Интегра отрывается от книги, грозно сведя брови: – Конфликт с Круглым столом – конфликт с Британией. Этот вариант мы не рассматриваем, понятно? Алукард отвечает поклоном и больше не отвлекает её, погружённую в чтение. – Там не полке не видно «Комментариев к законам»? – «Комментарии» в библиотеке. Верхней. Интегра отделяет пометки от задач жирной чертой и отправляется в компании вампира в библиотеку. «Комментарии» обнаруживаются в библиотеке. На столе. Перед Уолтером. Интегра присаживается напротив, глядя в повёрнутый вверх тормашками текст. – Они правда могут выдать меня замуж, если три четверти совета будут «за». Нельзя выдать меня замуж только если я не достигла нужного возраста или я уже замужем. Нашлось что-нибудь ещё? – Увы, нет. – Ладно. Ты женишься на мне? – Полагаю, ситуация ещё не настолько безнадёжна, сэр Интегра. Алукард хохочет. – Вообще-то, это становится семейной традицией. Сэра Артура тоже раз пытались заставить жениться. – Что?! – Это правда, – подтверждает Уолтер. – Но не набралось нужного числа голосов. Сэр Пенвуд голосовал против, и сэр Элфинстоун. И леди Норт воздержалась. Интегра приободряется. – Я – пока что действительный член совета. Нам нужно ещё три голоса. Сэр Пенвуд, думаю, согласится. Как насчёт сэра Элфинстоуна? – Сэра Элфинстоуна сменил его сын, он скорее поддержит большинство. – Да и старый лорд голосовал против только потому, что невестой должна была стать его внучка, – добавляет Алукард. – Ясно. Как насчёт сэра Айлендса? Он часто гостил здесь. Уолтер хмурится. – Сложный вопрос. Он всегда стоит на своём, они с сэром Артуром, несмотря на дружбу, нередко конфликтовали по разным вопросам. Интегра размышляет, теребя ногтём переплёт тома. – Значит, меня ждёт битва. Дипломатическая. Пора мне встретиться и переговорить с каждым членом совета. Если я не смогу убедить хоть нескольких из них, значит я правда недостойна «Хеллсинга».

Hellsing: V. Почитай отца твоего и мать твою – Я не враг ни вам, Интегра, ни, упаси Боже, Артуру. У нас общая цель: благо «Хеллсинга» на благо Британии. Почему вы считаете, что справитесь с возложенными на вас обязанностями лучше всех? От внимания сэра Хью Айлендса не ускользает посуровевшее на миг выражение сидящей напротив девочки. – Сэр Айлендс, нет нужды объяснять вам, что к должности главы организации «Хеллсинг» меня готовили с детства. Мне, возможно, не хватает практических навыков, но это – вопрос времени. Совет настаивает на том, чтобы назначить директором «Хеллсинга» человека со стороны. Сколько времени тому потребуется, чтобы освоиться со спецификой работы Ордена? Полгода? Год? Я уже знаю организацию как свои пять пальцев, и рядом со мной работают опытные люди, готовые помочь советом в критических ситуациях. Тяжёлый разговор, но главное – с ней разговаривают, ей задают вопросы и выслушивают ответы. – У вас есть и другие обязанности, Интегра. Получение образования, к примеру. Человек без определённого уровня знаний не может возглавлять организацию, планировать стратегию её развития и сотрудничества с другими структурами. – Отец подобрал мне хороших учителей. Обучение не мешает мне заниматься делами «Хеллсинга». Моё знание организации на данный момент имеет большее значение, чем высшее образование. Что касается сотрудничества и опыта, то я буду благодарна за помощь и руководство совета Круглого стола. Но управление «Хеллсингом» мой отец счёл нужным доверить мне. – С поддержкой Ричарда Хеллсинга, насколько мне известно. Меткий удар. Артур Хеллсинг совершал ошибки – это раз. Не планировал поручать организацию ей одной – два. И удар по эмоциям, по живому. – Только потому, что Ричард Хеллсинг был моим родственником. К его опыту участия в делах организации это назначение не имело большого отношения. – На чей же опыт вы полагаетесь теперь? – Мистера Уолтера Дорнеза, прежде всего. – Конечно. Пауза. Интегра подмечает, что невольно копирует собеседника, поставив на стол локти, переплетя пальцы, и меняет позу, складывая руки перед собой. – Скажите, насколько вы доверяете мистеру Дорнезу? – Как самой себе. Больше, чем самой себе, на самом деле, но сэру Айлендсу этого знать не обязательно. – Вам известно, что представляет собой этот человек? – Я знакома с его полным досье. – Ответьте мне на один вопрос, – в голосе сэра Айлендса появляется странная нотка, в которой Интегре чувствуется подозрение и опасность, – где был мистер Дорнез в те дни до похорон Артура, когда на вашу жизнь было совершено покушение? Так вот почему он попросил Уолтера оставить их наедине. Снова пытается бить по эмоциям, на сей раз мимо. Неужели он думает, что Интегра сама не задавалась этим вопросом? – Это внутренняя информация Ордена. Сэр Айлендс, вы ставите под сомнение верность моих людей? – Я всегда всё ставлю под сомнение, Интегра. – Даже Бога? Сухой смешок. – Что ж... Скажем так, в моих глазах Бог – единственный, кто обладает привилегией веры в него. Всё остальное требует доказательств. Интегра вспоминает, что подтолкнуло её обратиться к Уолтеру. Необходимость хоть кому-то доверять. Доказательства – она получила их впоследствии, сполна, однако в основе всегда лежало доверие. Но сэру Айлендсу она должна сказать то, что тот хочет услышать: – Моё доверие небезосновательно. – Пусть будет так, – он слегка откидывается в кресле, расслабляясь (или имитируя расслабление). – Интегра, вам нужно жить. Помимо учёбы и дел. Мы не собираемся лишать вас законного права, мы предоставляем вам временную отсрочку от бремени. Чем дальше, тем больше вы будете ценить эту возможность – и тем меньше таких возможностей вам предоставится. – «Хеллсинг», – говорит Интегра, искренне и с чувством на сей раз, – и есть моя жизнь. – Не торопитесь. Вы молоды, вы меняетесь, вы не узнаете себя через пару лет – не отказывайтесь от возможности выбора. – Это дело моей семьи, мой наследие, сэр Айлендс. Я выросла среди этих людей, на их рассказах, наблюдая, как они живут, тренируются. Видя, как работает мой отец. Изучая труды моего деда. Готовясь продолжать их дело. Невозможно изменить меня настолько, чтобы я оставила Орден. – В большинстве наших семей детей воспитывают так. Тем не менее, многие, выросши, выбирают свой путь, а не семейную традицию. Интегра тщательно обдумывает ответ. – Сэр Айлендс, допустим, я могу измениться, значительно измениться, но на произвол судьбы я Орден оставить не смогу никогда. Знаете, что отличает вампиров от людей? Да, большинство – это низведённые жаждой крови бывшие смертные, озлобленные и безнаказанные в своей силе. Высшие вампиры же могут быть разумнее любого из нас, прожив не одну сотню лет, наблюдая, анализируя, размышляя. Тем не менее, все они, каждый, от жалкого кровососа до могущественного носферату, подчинены инстинкту, страстям, голоду. Они не могут ограничить свою хаотичность моралью, чувством долга, совестью. В отличие от людей. Умение превознестить над своей природой и страстями – вот что делает нас людьми. Зайти в подвал к Алукарду и остаться незамеченной – некаждодневное достижение. Впрочем, особой заслуги Интегры в этом нет: Алукард и Уолтер склонились над разложенными на гробу чертежами. Мужчины и их игрушки. – Ты всегда не уважал автоматику, Ангел. – Та автоматика и не заслуживала уважения. Двадцать лет прошло, Алукард. – Я люблю свой «Смит-Вессон». Добрый вечер, сэр Интегра. Что привело вас в мою скромную обитель? Скромную настолько, что Алукард даже не держит стула для гостей. Высокомерная скромность. Интегра иногда присаживается на гроб, но чувствует, что гробу это не нравится. – Крысы, – произносит она рассеянно. После разговора с сэром Айлендсом она чувствует себя как выжатый лимон, не может ни за что взяться и бродит по дому неприкаянная. – ? – Миссис Мэлоуни, кухарка, рассказала, что в доме опять завелись крысы, которые было исчезли «после смерти хозяина». Полагаю, это имело отношение к твоему пробуждению. – Какие, – голос Алукарда искрится иронией. Уолтер явно сдерживает улыбку, – будут приказания, моя госпожа? – Ты можешь их... не знаю, опять отпугнуть? – Нет. – Нет? – Это крысы, – задумчиво поясняет Алукард. – Им всё нипочём. Они привыкают к яду, привыкают к радиации. Привыкают и к вампирам. «Пахнет табачным дымом», – подмечает Интегра, плетясь к выходу. – «Никогда не видела, чтобы Уолтер курил. И не представляю курящего Алукарда». – Здравствуй, отец. Портрет в кабинете повесили недавно. На стене осталось место ещё для одного портрета. Взрослой белокурой женщины с упрямо сжатыми губами отца и холодными голубыми глазами Абрахама Хеллсинга. Только для одного. Что будет дальше? – Ты любил меня? Как дочь, а не как наследницу? Ты бы любил меня, если бы я была бестолкова, легкомысленна и не желала оставаться в «Хеллсинге»? Портрет не отвечает. Уолтер в ближайшее время не постучится. Алукард не забредёт. Можно выговориться. – Почему ты тянул до шестидесяти лет с семьёй? Да, я наслышана о той твоей жизни: женщины, алкоголь... Но я знаю, что дело не в этом. Почему не торопился повторно жениться дед? «Хеллсинг». Наше творение, наша гордость и наше проклятие. Наша зависимость. Наша жизнь. Ревнивый собственник, вытесняющий друзей, женщин. Наверное, и мужчин. Недосягаемость «Хеллсинга» свела с ума дядю Ричарда. Твой друг так и не понял за эти десятилетия, что Хеллсинги неотделимы от «Хеллсинга». Это наша печать. Долг, патриотизм, вера. Умение превознестить над своей природой и страстями делает нас людьми. И лишает нас человечности. I. Я Господь, Бог твой; да не будет у тебя других богов пред лицом Моим Одежды Интегры белы, нимб солнечных лучей – волосы её, голос, когда она свидетельствует свою веру в Господа Иисуса Христа, исполнен радости, но пламенный гнев звучит под сводами собора, когда отрекается она от Сатаны и зла его. – И почиет на Ней Дух Господен, дух премудрости и разума, дух совета и крепости, дух ведения и благочестия. Сегодняшняя конфирмация – подтверждение не только нового члена церкви. Сосредоточенно следящие за церемонией члены совета Круглого стола признают наконец-то новую главу Ордена королевских протестантских рыцарей. – Интергал Фейрбрук Уингейтс Хеллсинг, Господь призвал тебя по имени и принял тебя в лоно Своё. Тяжёлые руки архиепископа, возложенные на её голову, будто пригибают к земле. Господи, я нарушала твои заветы, и стезя не молитвы и милосердия, но огня и меча лежит передо мной – во имя Твоё. – Подтверди, Господи, рабу Твою Интеграл Святым Твоим Духом. – Аминь. Ангел у меня за правым плечом, но не Господен; дьявол – за левым, но во благо да обратятся деяния лукавого. – Защити, Господи, сию рабу Твою Твоей небесной благодатью, дабы она пребыла Твоей вовеки. С каждым днем все больше исполняй ее Святого Твоего Духа, доколе она придет в вечное Твое Царство. Аминь. Ибо мне не на что больше уповать. Owari

Mery French: Потрясающе! Написано невероятно красиво и в рамках стиля. Сама идея очень интересна, и раскрыта превосходно! ставлю: 10 10

Levian: вроде бы всё хорошо написано, но меня не отпускает чувство, что эта Интегра не имеет никакого отношения к канонной. диссонирует, если можно так сказать, причём, казалось бы, на первый взгляд в мелочах, но из этих мелочей складывается картина, которая с _той_, _оригинальной_ Интегрой (признаю, инфы о том периоде в манге немного, но тем не менее) имеет мало общего. возможно, это новый женский персонаж, если позволите так выразиться, который попал во вселенную Хеллсинга и в рамках своей роли ведёт себя логично и достойно. но не в рамках роли Интегры. и я глубоко сомневаюсь в авторской трактовке подчиняющей роли хозяйки чудовища. имхо, есс-но. 7 6

Dita: Понравилось, хотя картина крайне мрачная. Впрочем, ирония немного снимает напряжение. Hellsing пишет: – Доктор Фрик, – оскал становится шире. – И тебе добрый вечер, Алукард. Учёный с холодным интересом глядит на вампира. – Он вас узнаёт, – беспокойно подмечает доктор Коул. – Ещё бы. Я знаю его изнутри, буквально, и он не раз грозился выяснить то же обо мне. Hellsing пишет: – Ладно. Ты женишься на мне? – Полагаю, ситуация ещё не настолько безнадёжна, сэр Интегра. Алукард хохочет. – Вообще-то, это становится семейной традицией. Сэра Артура тоже раз пытались заставить жениться. Перевод несколько "условной" манги в реалистическую плоскость с реальными же кошмарами впечатлил. Никакого критического диссонанса между канонной Интеграй и фиковой не обнаружила: вполне внятная эволюция образа с упором на то, что сила духа легко не дается. А власть над уж тем более обязывает. Довольно изящно раскрыта тема, не "в лоб", что приятно. Правда довольно тяжелый язык местами. 10. 8.

Hellsing: Mery French Автор безмерно рад, что вам понравилось Levian Забавно, автор как раз был уверен, что это та самая Интегра, которая через десять лет орёт «Найти и уничтожить!», а потом осторожно переспрашивает: «Ой, а я правильно поступила?». И т.д., и т.п. Только, разумеется, с поправкой на стресс, переходный возраст, подростковый бунт, взросление... Но манга-анимешный канон, как правило, оставляет широкое поле для интерпретации. Levian пишет: и я глубоко сомневаюсь в авторской трактовке подчиняющей роли хозяйки чудовища. А вот это, ИМХО, как раз канон Спасибо за оценки, автор не сомневается, что возможно поставить и ниже Dita Спасибо, автор очень старался разбавлять ужастики, и даже чуть не развёл натуральный водевиль. Роман-воспитание удался. Dita пишет: Правда довольно тяжелый язык местами. Внутренний фан-клуб Марселя Пруста никак не поддаётся удушению. Сейчас пробуем святую воду и распятие...

TABUretka: Hellsing пишет: Нашлось что-нибудь ещё? – Увы, нет. – Ладно. Ты женишься на мне? Я особого ООСа у Интегры не наблюдаю, по данным канона она в 12 лет представляется мне именно таким замкнутым внешне самоуверенным ребенком с некоторыми признаками мерисьюизма в характере. Имхо, опять же. Фик понравился, определенно понравился язык, легко читается, спасибо А темы я не увидела. 1. 6 2. 9

Levian: Hellsing Забавно, автор как раз был уверен, что это та самая Интегра, которая через десять лет орёт «Найти и уничтожить!», а потом осторожно переспрашивает: «Ой, а я правильно поступила?». И т.д., и т.п. я скорее имела в виду её внутреннее состояние. впрочем, ясен перец, что у каждого личное восприятие) моё с вашим диссонирует, ничего страшного, бывает. А вот это, ИМХО, как раз канон я имею в виду технические стороны. не вижу такого в каноне, хоть убейте, опять же впрочем - он оставляет простор для интерпретаций. автор не сомневается, что возможно поставить и ниже можно, нивапрос

Rendomski: Тяжеловесно и перебор технических деталей, но задумка интересная. Отсылки к событиям манги порадовали. Жаль, что не хватило терпения выдержать точку зрения пресловутой двенадцатилетней девочки – местами вылезают неподходяще авторские мысли. Тему другие команды раскрывали старательнее. С оценками зайду позже .

Hellsing: TABUretka пишет: цитата: Нашлось что-нибудь ещё? – Увы, нет. – Ладно. Ты женишься на мне? Автору тоже дорог этот момент, приятно что не прошёл незамеченным . Радует, что фик понравился, а Интегра получилась убедительной. Тема здесь метафорична, боюсь, что правда чересчур. Levian пишет: я имею в виду технические стороны. Насчёт технической стороны автор полностью согласен, стимпанк был полным авторским произволом. Levian пишет: можно, нивапрос Изюминка в том, что нивапрос взаимен Rendomski Спасибо на приятном слове. Rendomski пишет: местами вылезают неподходяще авторские мысли. Издержки литературы. Аутентичным слогом двенадцатилетней девочки писать, пожалуй, не стоило. Rendomski пишет: Тему другие команды раскрывали старательнее. Как выражаются католики: Mea culpa.

Melissa: 3 7 Совершенно не раскрыта тема, вернее она раскрыта настолько неявно, что я лично до сих пор не уверена, что поняла правильно. Цели оскорбить автора я не ставлю, но, возможно, стоило хотя бы парой предложений более близко подвести содержание к теме. У самого фика мне очень понравилась идея, композиция, да и выбранный промежуток времени. Однако взгляд постоянно цеплялся за ляпы, в основном фактические и логические: Интегра не глава Ордена Двенадцати и никогда ею не была (она вообще отчитывается и просит); оперативников нельзя называть рыцарями; давить на тринадцатилетнего ребенка, у которого на поводке сидит Чудовище, требованиями женитьбы мне вообще видится полным абсурдом; Уолтера никогда не называли "Ангелом" и пр. Не очень понравилась прописанная у леди Хеллсинг логика мышления и поведения, которая порой выдает такие "финты ушами", что даже теряешься в догадках, та ли это Интегра, какая нам дана в каноне. Увы, в выписанный образ я практически не поверила. Отдельно хочу отметить две, по сути, мелочи, которые очень царапнули: 1. отсутствие перевода у длинного эпиграфа, лишенного хоть каких-то знаков. Возможно, стоит не забывать, что часть читателей не знает языка в достаточной мере, чтобы найти в себе желание порыться в словарях или в инете, чтобы получить образный перевод и в полной мере оценить замысел автора. 2. разговор Интегры с портретом. Может, я слишком строга, но эти обращения и вопросы к умершему отцу настолько дискредитированы неудачным фикшеном, что даже в добротном фике вызывают лишь раздражение.

Fairbrook: 7 9 Тема угадывается, но, имхо, раскрыта недостаточно) ООС, да, но из серии "так тоже могло быть", поэтому тут претензий никаких в общем-то. А написано - замечательно, сильно и где-то пронзительно)

sqrt: 10 10 Один из самых сильных фиков, какие я вообще когда-либо читала. Язык несколько тяжеловат, но это же заставляет читать внимательнее - и позволяет распробовать массу приятнейших деталей. Очень-очень. И тема раскрыта так... не в лоб. Метафорически.) Никого не сожгли, не испепелили и даже просто не зажарили живьем. Это более чем приятно.

Nefer-Ra: 8 9 Раскрытие темы неявное, но оно есть, редкие всплески иронии очень в тему, но вот на повествование от лица двенадцатилетней девочки не похоже (по характеру тянет лет на 16), плюс есть некоторые логические нестыковки. Но в целом очень неплохо вышло :)

Урсула: Неплохо. Мне понравилось. Идея отличная, хоть и увязывается с темой весьма тонко. Но как-то Интегра меня смутила. Есть у нее какие-то заскоки, непонятные и неканонные. 8 8

Hellsing: Melissa Melissa пишет: Совершенно не раскрыта тема, вернее она раскрыта настолько неявно, что я лично до сих пор не уверена, что поняла правильно. Цели оскорбить автора я не ставлю, но, возможно, стоило хотя бы парой предложений более близко подвести содержание к теме. Автор никоим образом не оскорблён и с удовольствием отвечает на возникшие вопросы. Да, раскрытию темы определённо следовало уделить больше внимания, но не могу сказать, что повествование совершенно оторвано от оной. Вся прежняя жизнь Интегры: семья, детство, христианские устои – превращается в пепел, в переносном смысле. Не в ничто, а в пепел. Пепел, зола неплохо годятся для мытья. Или для удобрения. Melissa пишет: взгляд постоянно цеплялся за ляпы, в основном фактические и логические: Интегра не глава Ордена Двенадцати и никогда ею не была (она вообще отчитывается и просит); оперативников нельзя называть рыцарями Автора терзает смутное сомнение, что имеет место недоразумение или неточности перевода. Есть две организации: Орден Королевских протестантских рыцарей и совет Круглого стола. Интегра является главой Ордена Королевских протестантских рыцарей, именуемого иногда в данном тексте Орденом. Совет Круглого стола в оригинале нигде не поименован Орденом, а его члены (несмотря на то, что Гугл на запрос round table* одним из первых предложений выкидывает knights**) не называются рыцарями. Во всяком случае, в качестве должности, прилагаемой к Круглому столу. Melissa пишет: давить на тринадцатилетнего ребенка, у которого на поводке сидит Чудовище, требованиями женитьбы мне вообще видится полным абсурдом Тут я прежде всего попрошу обратить внимание на источник информации и форму её подачи. Уолтер, бабушка всия фэндома, надвое сказал. Далее по тексту подчёркивается, что сиё предложение является, скорее, формой давления, чтобы вынудить Интегру согласиться на альтернативу, более приемлемую здравому смыслу. Какой серьёзности были матримониальные планы, и что подумал Уолтер, так никто и не узнал, а вот заняться не только внутренними делами, но и внешней политикой сэра Интегру заставил. Касательно разумности подобных планов со стороны совета: если девица точно стала бы упрямиться, то это, как понимает сама Интегра, война. А как понимает совет – если она в 13 лет начнёт воевать, то таких точно надо убирать, пока они маленькие. И не стоит переживать за Круглый стол. Да, с Миллениумом они дали маху, но в принципе в подобных структурах всё бывает схвачено. Внутренние дела – прежде всего. Не позволят рядовому, как вы сами изволили подчеркнуть, члену совета обладать неограниченной мощью. Вот, к примеру, никто не проверял, что будет с пятисотлетним модифицированным носферату, если рядом попадёт в цель ядерная боеголовка***? Melissa пишет: Уолтера никогда не называли "Ангелом" и пр. Алукард называет Уолтера Ангелом смерти в присутствии Виктории. Автор сделал допущение, что в частной обстановке обращение может быть более неформальным. Melissa пишет: Не очень понравилась прописанная у леди Хеллсинг логика мышления и поведения, которая порой выдает такие "финты ушами", что даже теряешься в догадках, та ли это Интегра, какая нам дана в каноне. Увы, в выписанный образ я практически не поверила. Как автор писал выше, он уверен, что это та самая Интегра десятью годами раньше и готов обосновать по пунктам. Автору представляется более невероятным, что Интегра в 12 лет ничем не отличалась от 22-летней. Или, напротив, после подвала оставалась наивным ребёнком в среде, попахивающей архаичным патриархальным порядком. Вера, как говорил, сэр Айлендс, привилегия Бога, и автор не думает, что раскроет свою личность, если признается, что не является Всевышним. Melissa пишет: Отдельно хочу отметить две, по сути, мелочи, которые очень царапнули: 1. отсутствие перевода у длинного эпиграфа, лишенного хоть каких-то знаков. Возможно, стоит не забывать, что часть читателей не знает языка в достаточной мере, чтобы найти в себе желание порыться в словарях или в инете, чтобы получить образный перевод и в полной мере оценить замысел автора. Да, тут вы правы. К сожалению, тенденция отсутствия перевода последнее время свойственна даже не самым низкопробным печатным изданиям. Отсутствие знаков (препинания, полагает автор) свойственны тексту оригинала и скорее прискорбное правило, нежели исключение, для текстов песен в наши дни. Автор непременно учтёт ваше замечание, если придётся выкладывать фик на другие ресурсы. Melissa пишет: 2. разговор Интегры с портретом. Может, я слишком строга, но эти обращения и вопросы к умершему отцу настолько дискредитированы неудачным фикшеном, что даже в добротном фике вызывают лишь раздражение. Как же вы правы! Только кто в основном пишет неудачный фанфикшен? Подростки. Дуться на родителей – это одно из основных их занятий. Правда, в случае умерших родителей, те чаще обожествляются и закрываются глаза на все их недостатки, но Интегру как раз несколько часов назад в непогрешимость отца ткнули носом. Ума хватает не отрицать, значит, будет дуться. Использование заезженных приёмов и штампов представляет для автора особый интерес. И автору приятно, что вам понравилось хотьто немногое, что понравилось: композиция, идея и период. *Круглый стол **рыцари *** К сожалению, консультации доктора Криспина Фрика по этому вопросу получить не удалось, по причине нахождения доктора Фрика в местах более отдалённых, нежели Калифорния.

Hellsing: Fairbrook пишет: ООС, да, но из серии "так тоже могло быть", поэтому тут претензий никаких в общем-то. Автор этой свободой интерпретации бесстыдно и воспользовался. Приятно, что результат всё таки больше порадовал, нежели огорчил. sqrt Вы - бальзам на исстрадавшуюся душу автора Nefer-Ra Благодарю за высокую оценку. Да, сам автор в 12 лет сильно уступал данной леди, но с другой стороны, дети в семьях, подобных Хеллсингам, получают иногда впечатляющее воспитание... Урсула Как упоминалось выше, автор не стесняется эксплуатировать возможности интерпретации канона. Радует, что идея и текст в целом порадовали.

Levian: Hellsing пишет: Изюминка в том, что нивапрос взаимен сначала поймайте

Dafna536: Hellsing пишет: Есть две организации: Орден Королевских протестантских рыцарей и совет Круглого стола. Интегра является главой Ордена Королевских протестантских рыцарей, Одна организация. Вот ссылка http://ru.wikipedia.org/wiki/Орден_Святого_Иоанна_Иерусалимского_(Великобритания) Здесь примерно описана структура и функции Ордена, похожего на манговский. Монарх Соединенного Королевства является Сувереном Ордена. Следующий за ним по старшинству член ордена - Великий Приор. Великий Совет ордена состоит из 5 Великих Офицеров и представителей 8 ключевых Приоратов. Суверен Ордена производит все назначения и принимает новых членов в орден абсолютно по своей воле. Рекомендации предоставляет Великий Совет. Хеллсинг вряд ли когда-то была даже главным приором , если уж на то пошло. Это было бы нелогично, ибо занимается она "грязной" и исполнительной работой. Простите, оценки буду выставлять позже. Еще не один фик не дочитан, кроме Миллениумовского и то, потому что он короткий.

Melissa: Hellsing пишет: Автора терзает смутное сомнение, что имеет место недоразумение или неточности перевода. Есть две организации: Орден Королевских протестантских рыцарей и совет Круглого стола. Интегра является главой Ордена Королевских протестантских рыцарей, именуемого иногда в данном тексте Орденом. Совет Круглого стола в оригинале нигде не поименован Орденом, а его члены (несмотря на то, что Гугл на запрос round table одним из первых предложений выкидывает knights) не называются рыцарями. Во всяком случае, в качестве должности, прилагаемой к Круглому столу. Вы правы, многое зависит от конкретного перевода. Меня же покоробило в первую очередь называние рядовых сотрудников "Хеллсинга" рыцарями, что перепутало их и сэров-рыцарей, принадлежащих к Совету Круглого стола или, как их еще называют, Ордену Двенадцати. Особенно эти "рыцари" царапнули на фоне спеси леди Интегры по отношению к "швали из предместья". Тут я прежде всего попрошу обратить внимание на источник информации и форму её подачи. Уолтер, бабушка всия фэндома, надвое сказал. Далее по тексту подчёркивается, что сиё предложение является, скорее, формой давления, чтобы вынудить Интегру согласиться на альтернативу, более приемлемую здравому смыслу. Какой серьёзности были матримониальные планы, и что подумал Уолтер, так никто и не узнал, а вот заняться не только внутренними делами, но и внешней политикой сэра Интегру заставил. Не согласна. Уолтер Уолтером, а потом вы на полном серьезе начинаете расписывать структуру голосования и то, как оно уже проходило. Я, наивный читатель, принимаю это за чистую монету и начинаю озадачиваться и недоуменно хлопать глазками: кто вообще распишет 13-летнюю соплячку? Конечно, поначалу может быть просто сговор невесты и жениха, но ни один сговор не даст потенциальному супругу право на командование вампиром. К тому же меня очень смутило это давление на нервного, недавно пережившего смерть отца и дяди ребенка. Хотели ли они "доломать" ее - мне неизвестно. Но явная конфронтация с хозяйкой Чудовища, которая к тому же может среагировать очень эмоционально и неадекватно, как и любой другой подросток, со стороны сэров-рыцарей мне видится стратегической глупостью. А как понимает совет – если она в 13 лет начнёт воевать, то таких точно надо убирать, пока они маленькие. Извините, глупо. Рыцари, на мой взгляд, отлично понимают силу вампира, на которого нужно обращать внимание в первую очередь, и потому провоцировать не повзрослевшую, не способную полностью контролировать свои порывы и эмоции хозяйку - да это самоубийство. У меня возникает вопрос: чего они ждали? Местного апокалипсиса, когда она отдаст ему приказ пообедать старыми хрычами, которые ее лишают завещанного отцом дела и личной свободы? Тогда бы они с чистым сердцем сказали: да, действительно, она не умеет себя контролировать? На мой взгляд, рыцарям вообще повезло, что ее противодействие Круглому столу вылилось лишь в захват электроподстанции. Алукард называет Уолтера Ангелом смерти в присутствии Виктории. Автор сделал допущение, что в частной обстановке обращение может быть более неформальным. Вот здесь моё читательское имхо: "Ангел" и "Ангел Смерти" совершенно по-разному воспринимаются, и мне сомнительно, что Алукард стал бы настолько искажать в чем-то даже почетное прозвище Уолтера. Я понимаю, что это могло быть нужно вам для заключительного отрезка текста, да и в диалоге легче звучит, но, на мой взгляд, сокращение недопустимое. Как автор писал выше, он уверен, что это та самая Интегра десятью годами раньше и готов обосновать по пунктам. Автору представляется более невероятным, что Интегра в 12 лет ничем не отличалась от 22-летней. Или, напротив, после подвала оставалась наивным ребёнком в среде, попахивающей архаичным патриархальным порядком. Я согласна, что она и должна отличаться. Но меня смутило именно то, что некоторые ее детские мысли настолько выбиваются за пределы нормы, что мне слабо верится в то, что за десять лет что-то ее изменит настолько, что она станет той самой Интегрой, какую дал нам канон. Ее рассуждения об убийстве Уолтера - для меня это что-то запредельное. Если девочка способна убить более-менее близкого ей и хорошо знакомого человека из-за мелочей (я про Уолтера), если она идет против закона по своей прихоти (да, эта несчастная электростанция мне покоя не даёт), то будущей "честью и достоинством" леди Хеллсинг для меня здесь и не пахнет. Как из этого, не побоюсь этого слова, бессердечного, воспринимающего всех в штыки, озлобленного ребенка вырастет та леди Интегра, гордость Протестантских Рыцарей, которая даже в экстренных условиях не сразу решится спустить Чудовище с поводка, которая будет успокаивать Викторию и со слезами на глазах станет расстреливать своих солдат и которая, ведомая собственным пониманием чести, устроит поединок с Майором - мне совершенно непонятно. Конечно, часть можно списать на то, что в таймлайне фика она еще не отошла от смерти отца и последовавшего за ним инцидента с Ричардом, но не поверила я, просто не поверила. Для Дарк Интегры зачин идеальный, для Рыцаря Веры, увы, как-то не очень. И спасибо вам за адекватный ответ. Ваша позиция и восприятие Интегры мне стали более понятными.

wolverrain: Повторюсь.) Держало в напряжении, хотя многие вещи коробили, но я не настолько внимательно вчитываюсь в детали, чтобы мне это мешало. Про портрет нервным фендомцам говорить нельзя - они с того звереют. Мне кажется, если бы Интегра просто думала об этом, не обращаясь ни к кому, было бы логичнее) Язык тяжелым не показался, но это дело вкуса. И сама манера подачи очень приятная. Спасибо за фик.) 6 9

Annatary: Скажу сразу, очень трудно оценивать фик и образ персонажа, который так сильно расходится с моим фанонным представлением о нем. Не стану кривить душой - мой фанон Интегры и мое восприятие ее образа очень сильно отличаются от позиции автора фика. Извините. В целом фик вызвал смешанное и неоднозначное впечатление и - если так можно сказать - "послевкусие". Возможно отчасти как раз из-за различия "моего" и "авторского" восприятия Интегры. Отчасти из-за некоторых моментов, которые мне показались недочетами и о которых я чуть подробнее напишу ниже. Как и у команды "Искариота", у вас получилась довольно интересная пре-канонная история, хотя ваша гораздо теснее пересекается с событиями самого канона. Это плюс, это для меня лично было неожиданно. Честно говоря, я ожидала чего-то наоборот "пост-Лондонского", этакого постапокалипсиса, который для меня один из любимых жанров в фикшене по Хеллсингу, благо почва тут для этого сильно благодатная. Но вы меня удивили, и за это спасибо! Приятно порадовала "структура" рассказа, его разбиение на фраменты по заповедям. В целом получился интересный фик, действительно "держал в напряжении" своим сюжетом. То, что вы не сохранили канонический порядок заповедей, тоже делало прочтение интересным - не знаешь, какая сцена-завет выпадет следующей, куда повернет сюжет. Язык мне не показался "тяжеловатым". "Звучат" фразы достаточно "гладко". НО! Есть и недочеты, которые повлияли на мою оценку фика. Заранее прошу прощения, возможно они продиктованы моим субъективным восприятием и разницей в позициях с автором. Прошу не обижаться, это моя имха. По поводу раскрытия темы. Скажем так... лично мне в фике увиделось не столько "сгорание" каких-то идеалов и убеждений Интегры-подростка, сколько скорее "ломка" психологии ребенка, поневоле вынужденного раньше времени выйти во "взрослый мир". То есть - с моей точки зрения - получилось что-то вроде "переходный возраст в ускоренной перемотке" или "как стать взрослой за 10 дней". Уж простите за такие ассоциации. Я не смогла увидеть, как Интегра "сгорает", она именно "ломается", как и любой подросток в ее возрасте. По поводу самой Интегры. Хм, как правильно подметила Мелисса, в данном пре-каноне есть хороший "задел" под дальнейшее развитие образа "дарк-Интегры", то есть... ммм... как бы почетче и поправильнее сформулировать мысль... человека, для которого "цель оправдывает средства". Мне в каноне взрослая Интегра видится несколько иначе. Леди Хеллсинг - Рыцарь не только сообразно приставке "сэр" перед фамилией, но и по духу. Мне она всегда виделась человеком чести и слова. Гордой, местами упрямой, но адекватной и задумывающейся о последствиях своих поступков. Она и Алукарда "не спускала с цепи" до тех пор, пока ситуация не становилась критической. Вспомните, например, Рио: она не разрешила ему убивать людей, пока уже непосредственно на него не напали, провоцируя бойню. И в Лондоне Интегра сняла печать только когда уже началась резня и стало ясно, что иначе ее просто не прекратить. Как-то мне не видится в этом образе девушка-подросток, которая "обесточивает" городок только чтобы "усилить" своего вампира. А то, что за эти 15 минут в больнице у кого-то может быть выключится аппарат искусственного дыхания или реанимационная аппаратура? Я не вижу даже тринадцатилетнюю Интегру, которая об этом не задумывается, а просто приказывает захватить подстанцию и переключить на "Хеллсинг" все электричество. Жизнями людей в каноне она не разбрасывалась. Также очень смутило выражение про "шваль из предместья". Понимаю, что она дворянка, но тут уж какое-то просто зашкаливающее количество спеси. Возможно просто неудачно выбранное выражение, но глаз оно коробит, добавляя отрицательную черту показываемому характеру героини. И это та Интегра, которая спокойно общается со своими солдатами в манге (и с теми, что были в начале, и с наемниками), инструктирует их, которая успокаивает Викторию при нападении Валентайнов, которая ту же Викторию потом убеждает в необходимости пить кровь и даже "делится" с ней своей? Понимаю, что "повзрослела", но все же. По сюжету. Понятно, что во многом это обусловлено выбором с качестве "скелета" библейских заповедей и необходимостью их "раскрытия", но очень разочаровали несколько моментов. Во-первых, история с "замужеством". Если я правильно помню хотя бы в общих чертах британские законы, то Интегра еще не достигла не только совершеннолетия (кажется, 21 год), но и "возраста согласия" (вроде бы 16 лет). А значит ни о каком браке речи быть не может. Если апеллировать к древним традициям дворянских семей, то ее могут в 12-13 лет только "сговорить" с кем-то. То есть договориться о последующем браке с определенным человеком. Никто ее не сможет "расписать" в 13 лет с кем-то, официально зарегистрировав брак и соответствующие "имущественные" отношения. Даже указом Королевы. Со стороны Совета Рыцарей гораздо проще было бы официально назначить опекуна для несовершеннолетней девушки. Вот тогда можно было бы говорить и о руководстве организации взрослым человеком. Скажем так, с моей точки зрения эта "история с замужеством" выглядит логическим ляпом. Во-вторых. Фрагмент про рукоблудство и месячные Интегры. Мне он кажется лишним. К тому же позиция "все знают" вообще вызывает ступор. Ну ладно, Интегра посоветовалась с доктором (хотя буквально парой строк выше упоминается, что она "на отлично" знает анатомию - и что, знает анатомию и не знает, что происходит с женским организмом во время взросления?), но доктор-то - что, "растрепал" всем, кого увидел, об этом? А как же "врачебная тайна"? Ну хорошо, пропустила занятия с инструктором или Уолтером, они люди взрослые, догадались по каким причинам. Но что, они тоже побежали, как кумушки, судачить об этом в казармы, чтобы все солдаты... как там у вас сказано... "тосты произносили" за этот факт? Не слишком логично, имхо. Ну и тут же "предложение" Уолтеру жениться на ней. А куда же тогда делась спесь по отношению к простолюдинам? Уолтер-то явно не "дворяского роду-племени". Это главные недостатки, которые мне не понравились в рассказе. Про более мелкие (увы, они тоже были) говорить не буду, многие уже упомянуты до меня и на оценку они не повлияли. Надеюсь, что я смогла объяснить, почему фик мной воспринимается неоднозначно. И в любом случае, спасибо команде "Хеллсинг" за этот рассказ! Он побудил меня еще раз задуматься о моем восприятии персонажей и что-то "взять себе на заметку". Оценка: 1) 5 2) 7 З.Ы. А на "портрет" действительно уже "кидаться" хочется. Слишком заезженный штамп "Интегра "общается" с портретом отца". И, к сожалению, заезжен он был именно в плохом фикшене. Так что теперь даже в уместной ситуации действует на читателя, как красная тряпка на быка.

Hellsing: Dafna536 пишет: Одна организация. Вот ссылка http://ru.wikipedia.org/wiki/Орден_Святого_Иоанна_Иерусалимского_(Великобритания) Спасибо за ссылку, автор считает это весьма занимательным и потенциально полезным. Но, тем не менее, это всего лишь возможная экстраполяция канона, которая имеет полное право на существование, также как и любая другая авторская экстраполяция, не противоречащая духу и букве канона. Не исключено, что подобная информация циркулирует и во вселенной "Хеллсинга", дабы сбить с толку даже самых завзятых конспирологов и не позволить им докопаться до правды, как на самом деле функционирует Совет. wolverrain Автор рад, что фик оставил хоть и неоднозначное, но приятное впечатление. Melissa, Annatary Прошу прощения, но автора ждёт ряд обязательств по отношению к команде. Автор непременно вернётся к интересной и познавательной дискуссии позже

Kifa: Размышляя над творением, что могу я сказать? Раскрытие темы - присутствует ли? Сразу замечую. Для меня эта тема, этот пепел - это прежде всего пепел всего, чем человек жил, всех его идеалов и устремлений. Необязательно внешних условий существования - дома, работы, занятий. Итак. Прежде всего под "обращением в пепел" я понимаю крушение внутреннего стержня человека и его поведение в этой ситуации или описание того, как он дощёл до жизни такой. Теперь – амбула. По раскрытию темы – я не могу сказать ничего. Есть намёк на подход, скажем так в паре заповедей-глав, а именно. В главе 1 (заповеди VI), где Интегру терзают муки совести за то, что она не испытывает мук совести. При некоторой доле воображение можно расценить это намёком на тему. В главе 4 (заповеди Х) есть сожаления об ушёдшем детстве, которое зачёркнуто убийством и тяжким бременем. Уже близко, почти в яблочко, но нет того самого «уничтожения внутреннего стержня», отказа от своей внутренней сущности или её серьёзного изменения. Интегра до и Интегра после – это одна и та же Интегра, которая реализует в новой жизни всё то, что было в неё заложено и что в ней развилось в течение её жизни. Всё. Больше тема на затрагивается, а должна пронзать весь рассказ насквозь или быть его закономерным итогом. И очень жаль, что придётся поставить низкую оценку за этот пункт. Потому что рассказ мне очень понравился. И здесь мы переходим к пункту Общее впечатление. Общее впечатление – замечательно! Хороший крепкий язык. Рассказ представляет собой интереснейший приквел, многое поясняющий и раскрывающий.Кому как, а мне эта Интегра показалась вполне соответствующей. Да – она слишком взросла для своего возраста, но тут уж претензии к Хирано – будем считать её вундеркиндом из числа тех, что в 12 лет в бауманку поступают. Невооружённым взглядом видно суровое пуританское воспитание, фактически лишившее девочку детства и понятно – как она смогла возглавить Организацию в столь раннем возрасте и добиться неплохих результатов к двадцатитрёхлетию. Интересна тема, на которую выходит Автор в последней строке предпоследней главы, тема, которая ставится в виде парадокса, когда становится понятным, к чему была такая композиция рассказа – по заповедям. Несомненным достоинством рассказа является сюжет и наличие динамичного действия – это его выгодное отличие перед, например, миллениумовским рассказом. И потому я с прискорбием ставлю за раскрытие темы 3 (балл – за «муки совести» и два балла – за «сожаления о детстве»; и это я откровенно натягиваю!). И, с удовольствием, за общее впечатление 10.

kaiman: Annatary пишет: Во-первых, история с "замужеством". Если я правильно помню хотя бы в общих чертах британские законы, то Интегра еще не достигла не только совершеннолетия (кажется, 21 год), но и "возраста согласия" (вроде бы 16 лет). А значит ни о каком браке речи быть не может. Если апеллировать к древним традициям дворянских семей, то ее могут в 12-13 лет только "сговорить" с кем-то. А меня этот момент нисколько не удивил. Если в мире есть "Королевский Орден Протестантских Рыцарей", фашисты-вампиры, 13-тый отдел специальных сил Ватикана, ребёнок с кошачьими ушами и прочая, почему бы там не существовать и особым брачным законам? Средневековье знает такие примеры, так почему бы их не унаследовать в данном случае? Фрагмент про рукоблудство и месячные Интегры. Мне он кажется лишним. Вот тут согласен. Мне это глаз резануло. С женой проконсультировался, говорит, что в 12 лет - это очень рано. З.Ы. А на "портрет" действительно уже "кидаться" хочется. Слишком заезженный штамп "Интегра "общается" с портретом отца". Я в фандоме новичок. Но по опыту другого фандома и литературы вообще замечу, что т.н. "штамп" по-разному смотрится в работах разного уровня. В данном случае этот элемент на месте. В целом, вот что хочу заметить. Композиция интересная и не заезженная. У меня сложилось впечатление, что в фике далеко не всегда речь о 12-ти летней девочке. Часто она старше - лет 16-ти, 17-ти. Мне мешало то, что возраст приходится угадывать. Часть слов и мыслей Интегры слишком "взрослые", так что в моём случае целостность восприятия несколько нарушилась. По поводу языка Dita уже сказала. Есть предложения, смысл которых кажется мне туманным: «Придержать, натянуть, как лук, тяжёлое оружие другой рукой». «Впрочем, не исключено, что, одурманенные гламуром, они так и не осознали полностью происшедшего». «Да, большинство – это низведённые жаждой крови бывшие смертные, озлобленные и безнаказанные в своей силе». 10 8 http://www.diary.ru/~anton-kaiman/

Preston: 7 7 На мой взгляд, тема не раскрыта полностью, она лишь затрагивается. Здесь я согласен с Kifa, тема "должна пронзать весь рассказ насквозь или быть его закономерным итогом" (с). В фанфике я этого не вижу, к сожалению. Складывается впечатление, будто автор слишком увлёкся "привязкой" частей рассказа к десяти заповедям, в результате чего основная тема как-то ушла на второй план. Хотя сама идея с заповедями, безусловно, хороша. Странным показалось начало фанфика, душевные метания Интегры на почве убийства дяди и её попытки скрыть ото всех следы преступления. В манге Интегра совершенно спокойно сообщает Пенвуду о том, что это именно она убила Ричарда. Мне слабо верится, что та Интегра ещё совсем недавно так боялась "колонии для несовершеннолетних и лишения наследства" (с) В фанфике также немало моментов, которые кажутся по меньшей мере странными и несколько нелогичными. О них уже упомянули Melissa и Annatary, так что повторяться и заново перечислять всё не вижу смысла. Отдельно хочется остановиться лишь на эпизоде с электростанцией.город ночью не зафиксирует, что у него на пятнадцать минут украли электричество.Город не может этого не зафиксировать. Даже если подстанция совсем небольшая и на ней дежурят всего два-три человека, как указано в фанфике, их усыпление никак не поможет скрыть факт отключения половины города от электропитания. Про больницы и медицинское оборудование уже говорилось, но есть и множество других объектов, работающих круглосуточно и нуждающихся в непрерывной подаче тока. Конечно, у большинства таких объектов должны быть аварийные генераторы на случай ЧС. Но момент, когда отключается энергия и включается аварийное питание, всё равно фиксируется. И об этом всё равно сообщается, куда следует. Пятнадцать минут - это, может, и незначительный временной промежуток для 12-летней девочки, но в строгой системе учёта и слежения это достаточно много, чтобы не остаться незамеченным. А система эта должна работать особенно хорошо, учитывая, что ответственным лицам хорошо известно, что в прошлом эта подстанция обеспечивала нужды Хеллсинга. К сожалению, вся ситуация выглядит слишком нереальной. Да, это в голливудских фильмах возможно пробраться на станцию, усыпить там пару-тройку человек, и "позаимствовать" электроэнергию так, чтобы никто ничего не узнал. Но в реальности этот фокус не пройдёт. Украсть энергию описанным в фанфике способом при удачном стечении обстоятельств, может, и реально, но вот скрыть факт кражи - увы, нет. Также хочется заметить, что местами в тексте присутствуют повторы, которые портят общее впечатление. Подробным выискиванием я не занимался, но вот несколько примеров, которые бросились в глаза по ходу чтения:обнаруживает, что кто-то из слуг обнаружилпорой стоит поройТой же формулой Интегра пишет магическую формулуПомимо этих моментов в тексте попадаются и отдельные опечатки, что тоже слегка подпортило впечатление от фанфика. Как мне кажется, опечатки и вот такие не очень красивые повторы следовало бы отловить на стадии бетирования. Ни в коем случае не хочу никого обидеть, я не сомневаюсь, что команда Хеллсинга старалась не меньше других. Ощущение такое, что фанфикерам просто не хватило времени, чтобы "почистить" текст.

Annatary: kaiman, А меня этот момент нисколько не удивил. Если в мире есть "Королевский Орден Протестантских Рыцарей", фашисты-вампиры, 13-тый отдел специальных сил Ватикана, ребёнок с кошачьими ушами и прочая, почему бы там не существовать и особым брачным законам? Средневековье знает такие примеры, так почему бы их не унаследовать в данном случае? Хм... давайте расуждать так. Либо мы полностью отрицаем "реалии" 1989 года, когда - согласно тайм-лайну манги - происходит действие. Либо мы все же их учитываем, при условии того, что Хеллсинг - это не Средиземье и не Нарния)))) Нам все же автором канона даются реальные места и отсылки к "настоящему времени", т.е. тому, что для меня или вас не "преданья старины глубокой", а вот оно тут "на памяти". Конечно же "допущений" в виде вампиров, оборотней, инквизиторов и нацистов - вагон и маленькая тележка. Но - согласитесь - это "сюжетообразующие", ключевые моменты. Не было бы их - и не было бы манги "Хеллсинг" как таковой. И говорить нам тут было бы не о чем. А вот в "бытовых" мелочах... лично я придерживаюсь той точки зрения (да-да, я задрот от лженауки "фактологии"), что они максимально должны соответствовать реальности. Опять же, мы не о "далекой-далекой галактике" говорим, а о Британии образца 1989 года в данном случае. И какая бы консервативная она ни была, но все же не "средневековая". И какие бы ни были отсылки к "традициям", серьезно обсуждать идею замужества 12-13-тилетней девочки никто бы не стал. Опекуна бы ей назначили и все. По закону. А то, что - как вы говорите - "средневековье знает такие примеры", так, извините, оно знает и другие примеры. С рождения могли детей "сговорить". А могли и сжечь за одну мысль об общении с нечистью. И в настоящие крестовые походы ходили. И еще много всего и разного было. Давайте тогда определимся, о XII-ом веке мы говорим или о ХХ-ом. И уже от этого "тайм-лайна" будем "плясать". kaiman пишет: Но по опыту другого фандома и литературы вообще замечу, что т.н. "штамп" по-разному смотрится в работах разного уровня. В данном случае этот элемент на месте. Хм, простите, но суть понятия "штамп" в данном случае и состоит в том, что для "не-новичка" оно себя уже во многом дискредитировало. Потому-то и идут замечания от тех людей, кто уже давно в фэндоме, что этот "портрет" лишний в фике и портит впечатление. Опять же, если вы приводите цитату из моего отзыва, то могли заметить, что я сознательно написала про этот момент "З.Ы."-шкой. На оценку мою он не повлиял. Просто подметила. И даже с "улыбочкой". Как - если так можно сказать - "совет" или "предостережение" избегать в дальнейшем подобных "штампов".

Гиппократ: 4... пепла не увидел. Есть взросление, но равнять его с настоящим сожжением и пеплом не могу. Впрочем, не исключено, что, одурманенные гламуром, они так и не осознали полностью происшедшего. Максимализм пубертата так и прёт, обоснуй ликует. За эту фразу зачёт. 6... язык хороший, стилистика выверена, читалось бы ровно и легко, если глаза постоянно не зацеплялись... сэр Интегра Она Интеграл… мелочь, а не приятно. Когда идёт официальное наименование используют полное имя. Интегра вытаскивает из-за пазухи свёрнутые пакеты для мусора, взятые на кухне. Надо было прихватить ещё и перчатки. И фартук, что ли? Или лучше какую старую одежду? 13-летняя девочка сама лезет убирать трупы? Когда есть Алукард, способный всё сделать быстро и чисто... Не исключено, что она ошиблась, ухаживая за своей раной, и лихорадит её не просто от ранения, а от заражения крови. Чушь, она вколола себе противостолбнячное. Или заражение крови бывает от другого? Колоть препарат, не будучи уверенным в заболевании? Я был о Интегре лучшего мнения... У неё в подвале живёт вампир, которому нужна кровь, нужен простор, азарт охоты. Кровь она даёт ему свою: иногда, немного, избегая соприкосновения с тонким, по-змеиному юрким языком. Силы Алукарда растут день за днём, точнее, ночь за ночью, из волос исчезает седина, хищно блестят глаза, одежда – и та кажется будто бы менее истлевшей. А Интегру нет-нет да и пробивает страх, надолго ли хватит вампиру двенадцатилетней девочки. Интегра прячущая Алукарда в спальне, не решающая показать его публике в лице Уолтера и остальных... девочка девочкой... но мне смешно. А поздно вечером является из подвала Алукард, усаживается у неё в ногах и хрипло произносит: – Я голоден, хозяйка. Сколько, сколько ещё сможет она кормить его своей кровью? Что ей с ним делать: убить, усыпить? И остаться совсем одной? Позволить Алукарду кого-нибудь убить? Бомжа, туриста, случайно забредшего в окрестности? Как часто ей предстоит это делать? См. выше. Уолтер как встал, приветствуя её, так и застывает на месте. От волнения Интегра не следит за его реакцией. Ангел Смерти, который подозревает... срыв шаблона, не иначе... Гнев гасится брезгливостью. Не чета леди терять достоинство перед швалью из предместья. Опять же… 13-ти летняя девочка… только я что-то не заметил обоснуя, чтобы Интегра вела себя аки принцесса... Уолтер вынимает из руки Интегры забытый пистолет и вступает в круг. – Послушай. Несчастная поднимает голову, жалобно глядя вверх из-под сбившейся на глаза чёлки. – Я ничем не могу тебе помочь. Вампир тебя укусил, и теперь ты сама превращаешься в вампира. Ты умрёшь, прямо сейчас, иначе твоя душа распадётся и ты лишишься посмертия. Уолтера потянуло на сентиментальность по отношению к жертве? Не верю(с – Наша миссия – от Господа, – отчеканивает Уолтер, вскидывает руку и стреляет. Имхо, пахнет другим ведомством… и до сих пор расхлёбывают последствия жалобы местного священника, дескать протестантские рыцари недобросовестно относятся к безопасности католической общины Хм... мой имхо, но католики бы жалобу спустили бы по другим каналам, в прочем, не настаиваю. Интегре очень хочется ответить «да пошли они...» (четыре выезда с рыцарями не прошли даром) А мне казалось, что она постоянно катается... Это смешно. Абсурдно. В «Хеллсинге» знают, что у неё начались месячные. Возможно даже, что вся сотня – преимущественно мужского состава. Круглый стол обсуждает её месячные, наверняка с облегчением («Наконец мы знаем, как взяться за вздорную девчонку»), не исключены и тосты по этому поводу. Вопрос национальной безопасности, чёрт возьми! Откуда это общеизвестно? Врач разболтал? Не смешите мои тапочки, старый работник Организации бы врачебную тайну бы не спускал. С натягом мог бы признать, что инфа была слита Уотеру, но представить, что он побежал трезвонить по казармам не могу. Тосты... детский сад штаны на лямках, извините. Это подходит юморному фику, коим сабж не является. доктору Тревильяну, который поначалу смутился едва ли не сильнее неё, затем нашёл в аптеке прокладки и велел воздерживаться от физической активности. Опытный врач смутился по поводу обращения девушки по вполне естественному поводу. Извините, мне за державу обидно. – Ты всегда не уважал автоматику, Ангел. По этому поводу комментаторы выше сказали... Доброе и вечное -- это не про Шинигами.

Hellsing: Небольшое вступление, прежде чем перейти к объяснениям: Уважаемые читатели! Автор полностью согласен с оценками, основанными на субъективных несогласиях в интерпретации канона. Автор не может не понимать, что его трактовка канона способна показаться вызывающей, а также оскорбляющей эстетические и моральные принципы других. Целью дальнейшей дискуссии является разъяснение различной интерпретации канона, основанной на объективных фактах, заданных каноном, и обоснование этой интерпретации. Автор не считает свою интерпретацию канона единственно верной, просто одной из возможных, а сравнение различных интерпретаций через написание фанфиков – одной из основных целей фанфикшена. Также, сам автор считает, что фик должен быть самодостаточным произведением, и если для того, чтобы разобраться в происходящем, требуются комментарии автора, то это чаще всего – недостаток фика. Но если кто-то из читателей при оценке фика учитывал свои замечания, впоследствии оказавшиеся малообоснованными, то коррекцию такой оценки автор посчитал бы честным. Впрочем, последнее – всецело дело воли и совести читателя .

Hellsing: Melissa, Annatary Начнём с зацепившего многих вопроса про замужество в 12-13 лет. По отсутствию соответствующих комментариев автор делает предположение, что руководство Организацией в 12-13 лет протеста у читателей не вызывает. Также, как и факт из канона, что Интегра открыто заявляет сэру Пенвуду, что убила дядю и стала главой семьи. И никто в обморок не падает. Вдобавок, нам известно о существовании совета Круглого стола, который управляет Британией изнутри. Все эти факты, насколько осведомлён автор, никак не совместимы с официальной правовой системой Британии 1989 г. НО! Эти факты прекрасно дополняют друг друга! Во вселенной «Хеллсинга» налицо теория заговора в действии. За управлением страной стоит секретная организация. И официальные законы для такой организации неписаны. Они руководствуются своим правом, которое допускает убийства, не позволяет оспорить передачу руководства явно некомпетентным лицам по наследству: наследие по кровным линиям (возможно, чтобы не допустить в свой круг чужаков). По пропорции мужчин и женщин в совете напрашивается дополнение «партриархальное». То есть, суровое, архаичное право, и свои особые законы. Ну, а законы, по которым возраст согласия для девушек составлял 12, а для юношей – 14 в старой доброй Англии в некоторый период имели место быть. При том, известны прецеденты замужества и в более раннем возрасте. Вспомним, наконец «Ромео и Джульетту», где мать говорит 14-летней Джульетте: «Я тебя и раньше родила». То есть, в 13 лет. Справедливости ради стоит добавить, что в случае ранних союзов консуммация брака могла быть отложена. Подытоживая: теоретически возможность замужества вполне существовала. Практически, в тексте не говорится, что совет официально принимал какое-либо решение по этому поводу.

Hellsing: Melissa Не согласна. Уолтер Уолтером, а потом вы на полном серьезе начинаете расписывать структуру голосования и то, как оно уже проходило. Нельзя ли цитату? Если вы о голосовании по поводу женитьбы сэра Артура – это совсем другое дело, согласитесь. Я, наивный читатель, принимаю это за чистую монету Тут, простите, автор ничем помочь не может. Подтекст, ПОВ и субъективная подача материала используются в литературе едва ли не с «Повести временных лет». кто вообще распишет 13-летнюю соплячку? Конечно, поначалу может быть просто сговор невесты и жениха, но ни один сговор не даст потенциальному супругу право на командование вампиром. Про брак автор писал выше. Про вампира речи не идёт. Вампир – это серьёзно, но вампир – не вся организация. К тому же меня очень смутило это давление на нервного, недавно пережившего смерть отца и дяди ребенка. Хотели ли они "доломать" ее - мне неизвестно. Но явная конфронтация с хозяйкой Чудовища, которая к тому же может среагировать очень эмоционально и неадекватно, как и любой другой подросток, со стороны сэров-рыцарей мне видится стратегической глупостью. Автору подобная тактика видится тактическим ходом. Нервным, эмоциональным, неадекватным подросткам за Круглым столом не место. Либо ты нервный подросток, которого от греха подальше следует заменить, либо ты адекватный член совета, готорый отстоять свою позицию законными средствами. Извините, глупо. Рыцари, на мой взгляд, отлично понимают силу вампира, на которого нужно обращать внимание в первую очередь, и потому провоцировать не повзрослевшую, не способную полностью контролировать свои порывы и эмоции хозяйку - да это самоубийство. У меня возникает вопрос: чего они ждали? Местного апокалипсиса, когда она отдаст ему приказ пообедать старыми хрычами, которые ее лишают завещанного отцом дела и личной свободы? Тогда бы они с чистым сердцем сказали: да, действительно, она не умеет себя контролировать? На мой взгляд, рыцарям вообще повезло, что ее противодействие Круглому столу вылилось лишь в захват электроподстанции. Глупо? Дать подростку волю и возможность накапливать силу, в случае, если тот враждебно настроен, запустить ситуацию – на взгляд автора куда глупее. Члены совета не ждали, а искали выход. Основу любой системы управления, как учили автора, составляет контроль. Организация, члены которой в любой момент могут оказаться в зависимости от одного, при том не самого выдающегося, члена нежизнеспособна и нелогична. Из канона нам известно, что совет просуществовал больше 55 лет, два поколения, это уже внушает веру в стабильность системы. Потенциальные технические средства ведения войны с чудовищем вообразимы. Риск в таком деле есть всегда, но люди, поколениями управляющие страной, умеют свести риск к минимуму. Вдобавок, Интегра не на 100% тёмная лошадка. Совет знал сэра Хеллсинга, имеет представление о том, как тот мог воспитать дочь, кое-кто мог хоть немного знать её лично. Вот здесь моё читательское имхо: "Ангел" и "Ангел Смерти" совершенно по-разному воспринимаются, и мне сомнительно, что Алукард стал бы настолько искажать в чем-то даже почетное прозвище Уолтера. Автор благодарит за вашу настойчивость, она помогает ему совершенствовать знание канона. Dawn, страница 88, английское издание, реплика Алукарда: „Don‘t be too cocky, little Angel, he is...“ («Не задирай нос, малыш Ангел, он...»). Японского издания автор, к сожалению, не нашёл, но если там написано 死神, то простите, что автор не оказался правильнее официального переводчика. меня смутило именно то, что некоторые ее детские мысли настолько выбиваются за пределы нормы, что мне слабо верится в то, что за десять лет что-то ее изменит настолько, что она станет той самой Интегрой, какую дал нам канон. Ее рассуждения об убийстве Уолтера - для меня это что-то запредельное. Если девочка способна убить более-менее близкого ей и хорошо знакомого человека из-за мелочей (я про Уолтера) Способна? В данном фике – как раз нет, что и демонстрируется. Несколько дней назад ей и в кошмарном сне не приснилось бы, что она вообще способна на убийство. После одного собственноручного и пяти в целом убийств Интегра совершенно дезориентирована. Она цепляется за то, что может, за последнюю волю отца, и пытается защитить её всеми средствами. В некотором роде, это классическая психология грехопадения. Нарушение одного запрета ведёт в нарушению следующих, чтобы скрыть или исправить первое нарушение. Интегре хватает воли остановиться, не пойти путём злоупотребления лёгкой власть. Суть не в том, что ей приходит такая мысль – суть в том, что она от неё отказывается. Этот отказ – как раз один из поворотных пунктов отказа от «тёмной стороны». если она идет против закона по своей прихоти (да, эта несчастная электростанция мне покоя не даёт), то будущей "честью и достоинством" леди Хеллсинг для меня здесь и не пахнет. Как из этого, не побоюсь этого слова, бессердечного, воспринимающего всех в штыки, озлобленного ребенка вырастет та леди Интегра, гордость Протестантских Рыцарей, которая даже в экстренных условиях не сразу решится спустить Чудовище с поводка, которая будет успокаивать Викторию и со слезами на глазах станет расстреливать своих солдат и которая, ведомая собственным пониманием чести, устроит поединок с Майором - мне совершенно непонятно. Вот как раз «прихоть» Интегры автору и представляется одним из проявлением сердечности и благодарности к спасшему ей жизнь Алукарду, даже если самой себе она почти не решается в этом признаться. Ранее вас покоробило определение «шваль из предместья» - но, по мнению автора, Интегра лишь использовала известное ей крепкое ругательство, переживая за своих людей, рискующих жизнью по причине глупого и безнравственного (в представлении приличной пуританской девочки) поступка особы которую она перед собой видела. Не Интегра ли перед тем напоминала солдатам, что упыри ещё недавно были людьми, и не след им веселиться? И вынужденная казнь превратившейся в вампира девушки светлых эмоций у неё никак не вызывает. Естество ей велит быть нервным озлобленным подростком, пережившим то, что и многих взрослых сведёт с ума, а обязательства ей этого никак не позволяют. И она подчиняется обязательствам. Срывы её приобретают всё более «платонический» характер, не выливаясь в действия (пресловутый портрет). Но подростковость пройдёт, а следование своему долгу и вере останется.

Hellsing: Annatary Повторюсь, но автор прекрасно понимает неприятие и расхождение своего фика с фанонами многих людей. Автор высоко ценит лично ваше мнение о языке, структуре и сюжете фика, а на возникшие вопросы и замечания готов ответить. О теме, раскрытии и нераскрытии, было сказано многое. Автор отчасти согласен с утверждением о «ломке» характера Интегры, но с её личной точки зренияю, да ещё и учитывая экстремальные обстоятельства, происходит именно сгорание идеалов и ценностей. По поводу самой Интегры. Хм, как правильно подметила Мелисса, в данном пре-каноне есть хороший "задел" под дальнейшее развитие образа "дарк-Интегры", то есть... ммм... как бы почетче и поправильнее сформулировать мысль... человека, для которого "цель оправдывает средства". Такое впечатление вполне может сложиться. Но в представлении автора «цель оправдывает средства» кончается на эпизоде с подстанцией. В следующей раз Интегра быстро справляется с эмоциями и действует рационально. И прошу обратить внимание на «Если я не смогу убедить хоть нескольких из них, значит я правда недостойна «Хеллсинга».» Это ли не цель - и это ли не показатель отказа от "цель оправдывает средства"? Мне в каноне взрослая Интегра видится несколько иначе. Леди Хеллсинг - Рыцарь не только сообразно приставке "сэр" перед фамилией, но и по духу. Мне она всегда виделась человеком чести и слова. Гордой, местами упрямой, но адекватной и задумывающейся о последствиях своих поступков. Взаимно. Другое дело, что адекватность и чувство ответственности за свои поступки, по мнению автора, обычно не являются врождёнными свойствами, а воспитываются – что автор в данном фике и пытался показать. Также очень смутило выражение про "шваль из предместья". Понимаю, что она дворянка, но тут уж какое-то просто зашкаливающее количество спеси. Автор может только повторить свой ответ Мелиссе. Ранее вас покоробило определение «шваль из предместья» - но, по мнению автора, Интегра лишь использовала известное ей крепкое ругательство, переживая за своих людей, рискующих жизнью по причине глупого и безнравственного (в представлении приличной пуританской девочки) поступка особы которую она перед собой видела. И люди, превратившиеся в результате инцидента в упырей, Интегре тоже не безразличны. история с "замужеством" Отдельным комментарием выше . Во-вторых. Фрагмент про рукоблудство и месячные Интегры. Мне он кажется лишним. К тому же позиция "все знают" вообще вызывает ступор. Ну ладно, Интегра посоветовалась с доктором (хотя буквально парой строк выше упоминается, что она "на отлично" знает анатомию - и что, знает анатомию и не знает, что происходит с женским организмом во время взросления?) Автор был озадачен проблемой, где героиня могла бы достать гигиенические прокладки, и врач показался более логичным вариантом, нежели служанка. но доктор-то - что, "растрепал" всем, кого увидел, об этом? А как же "врачебная тайна"? Автор не утверждал, что доктор растрепал. Ну хорошо, пропустила занятия с инструктором или Уолтером, они люди взрослые, догадались по каким причинам. Но что, они тоже побежали, как кумушки, судачить об этом в казармы, чтобы все солдаты... как там у вас сказано... "тосты произносили" за этот факт? Автор не утверждал, что так оно происходило. Источник данных фраз – девочка-подросток, которую задели за больное место. Единственное, что определённо ясно из этого эпизода – что пошли слухи. Аптекарь, случайный посетитель, инструктор – неважно. По опыту автора, в подобных полузакрытых, если не закрытых сообществах секретом не остаётся ничто, на чём нет грифа «совершенно секретно». И многие мужчины по болтливости дадут сто очков вперёд кумушкам. Ну и тут же "предложение" Уолтеру жениться на ней. А куда же тогда делась спесь по отношению к простолюдинам? Уолтер-то явно не "дворяского роду-племени". http://ru.wikipedia.org/wiki/Ирония Хотя кто их знает? Про спесь, заметьте, автор ничего не писал . Надеюсь, что я смогла объяснить, почему фик мной воспринимается неоднозначно. И в любом случае, спасибо команде "Хеллсинг" за этот рассказ! Он побудил меня еще раз задуматься о моем восприятии персонажей и что-то "взять себе на заметку". Объяснение более чем исчерпывающее. Автор надеется, что понимание взаимно, и благодарит за дискуссию и тоже за повод лишний раз обобщить своё видение канона .

Hellsing: Пардон, пропущен ещё один ключевой момент Annatary пишет: Как-то мне не видится в этом образе девушка-подросток, которая "обесточивает" городок только чтобы "усилить" своего вампира. А то, что за эти 15 минут в больнице у кого-то может быть выключится аппарат искусственного дыхания или реанимационная аппаратура? Я не вижу даже тринадцатилетнюю Интегру, которая об этом не задумывается, а просто приказывает захватить подстанцию и переключить на "Хеллсинг" все электричество. Жизнями людей в каноне она не разбрасывалась. У автора был разработан подробный план саботажа Бритиш Грид, однако был сочтён излишним в без того перегруженном техническими деталями эпизоде и сокращён до фразы «планирование операции […] растягиваются на три месяца». В каком бы ключе не рассматривалась Интегра, она не могла позволить себе допустить, чтобы операцию заметили. Никаких отключений в больнице. Вот как раз «прихоть» Интегры автору и представляется одним из проявлением сердечности и благодарности к спасшему ей жизнь Алукарду, даже если самой себе она почти не решается в этом признаться.

Hellsing: Kifa Автор не вполне согласен с вашим мнением о нераскрытой теме, но какие претензии могут быть к читателю, если нераскрытие тему мотивируется сильным характером любимой героини? Да простит команда, но автор глубоко тронут . Автор разделяет ваше мнение о том, что Интегра по канону должна казаться старше своего возраста. И финальный парадокс не остался незамеченным! Автор вам признателен по гроб жизни, как бы неоднозначно ни звучала эта фраза в контексте фэндома. kaiman С женой проконсультировался, говорит, что в 12 лет - это очень рано. http://ru.wikipedia.org/wiki/Менархе Вдобавок, стресс способен спровоцировать раннюю менархе. Я в фандоме новичок. Но по опыту другого фандома и литературы вообще замечу, что т.н. "штамп" по-разному смотрится в работах разного уровня. В данном случае этот элемент на месте. Автор разделяет ваше мнение . В целом, вот что хочу заметить. Композиция интересная и не заезженная. У меня сложилось впечатление, что в фике далеко не всегда речь о 12-ти летней девочке. Часто она старше - лет 16-ти, 17-ти. Мне мешало то, что возраст приходится угадывать. Часть слов и мыслей Интегры слишком "взрослые", так что в моём случае целостность восприятия несколько нарушилась. Во-первых, сам канон, как упоминала уважаемая Kifa, уже ставит нам условие, что Интегра мыслит более зрело, чем её сверстники. В противном случае невозможно, чтобы девочка встала во главе Ордена. Во-вторых, автор повторится, но дети в семьях, подобных Хеллсингам, получают иногда впечатляющее воспитание. И в третьих, имеют место издержки литературные, автор не настолько талантлив, чтобы стилизировать историю под рассказ 12-летней и одновременно выдержать литературный уровень. Со своим тяжёлым языком автор уже смирился и даже полагает его стилем . kaiman, автор благодарит вас за интересный – впрочем, как всегда – отзыв!

Hellsing: Preston Складывается впечатление, будто автор слишком увлёкся "привязкой" частей рассказа к десяти заповедям, в результате чего основная тема как-то ушла на второй план. Хотя сама идея с заповедями, безусловно, хороша. Это совершенно правильное впечатление, есть грех . Странным показалось начало фанфика, душевные метания Интегры на почве убийства дяди и её попытки скрыть ото всех следы преступления. В манге Интегра совершенно спокойно сообщает Пенвуду о том, что это именно она убила Ричарда. Мне слабо верится, что та Интегра ещё совсем недавно так боялась "колонии для несовершеннолетних и лишения наследства" (с) Та же сцена с Пенвудом имеет место и за кадром данного фика. Поскольку в манге ничего не сказано о времени, прошедшем с момента преступления, автор счёл допустимым растянуть этот срок. Зато автор как раз не представляет себе, что известная по манге сэр Интегра, адекватность, человечность и ответственность которой обсуждалась выше, могла вырасти из ребёнка, которого бы с детства приучали к тому, что убийство – это пустяк. Украсть энергию описанным в фанфике способом при удачном стечении обстоятельств, может, и реально, но вот скрыть факт кражи - увы, нет. Вдобавок к вышесказанным подробностям, неурочный скачок напряжения в сети непременно будет замечен на электростанции . У автора был разработан подробный план саботажа Бритиш Грид, однако был сочтён излишним в без того перегруженном техническими деталями эпизоде и сокращён до фразы «планирование операции […] растягиваются на три месяца». Литературные издержки. Точно также, как, к примеру, не описывается, сколько часов прошло, на чём Интегра доехала до резиденции сэра Айлендса и проч. подробности между главами «Не прелюбодействуй» и «Почитай отца твоего и мать твою» - и так понятно, что не в библиотеке достопочтимый сэр вдруг появился. По поводу опечаток и ляпов вы совершенно правы, время поджимало. Но поскольку фактор времени – это то, что обязано учитываться при сочинении истории на конкурс, наравне с темой и прочими условиями, автор посыпает голову пеплом и не оправдывается. Автор благодарит за ценные замечания и оценки.

Hellsing: Гиппократ Максимализм пубертата так и прёт, обоснуй ликует. За эту фразу зачёт. http://answers.yahoo.com/question/index?qid=20090804202127AAHRO2T Нет, это не намёк, что уважаемый читатель не знаком с первоначальным значением слова «гламур». Она Интеграл… мелочь, а не приятно. Автор согласен с вами, мелочь; пришедшая из английского перевода, а не из оригинала, к тому же. Хотя за автором тоже водится употреблять эту форму имени героини, право же, не стоит уделять ей большого внимания. 13-летняя девочка сама лезет убирать трупы? Когда есть Алукард, способный всё сделать быстро и чисто... Они знакомы около 24 часов. Автор полагает, что быстро сориентироваться в ситуации и приказать кому-то, кого ты знаешь менее 24 часов, убирать трупы, по крайней мере, неприлично с точки зрения английского этикета. Колоть препарат, не будучи уверенным в заболевании? Я был о Интегре лучшего мнения... Автор и не догадывался, что противостолбнячную сыворотку следует делать лишь в случае заболевания, а не в порядке первой помощи при огнестрельном ранении. Впрочем, мнение Гиппократа... Интегра прячущая Алукарда в спальне, не решающая показать его публике в лице Уолтера и остальных... девочка девочкой... но мне смешно. Возможно десять лет спустя Интегра тоже оценила бы шутку. Но автор не уверен. Ангел Смерти, который подозревает... срыв шаблона, не иначе... Да, не иначе всё это время он подозревал, что признание состоится именно в форме едва ли не вбегающей в комнату с воплями: «Я убила дядю!» маленькой мисс. Опять же… 13-ти летняя девочка… только я что-то не заметил обоснуя, чтобы Интегра вела себя аки принцесса.. Автор просит прощения за б/у ответ: Ранее вас покоробило определение «шваль из предместья» - но, по мнению автора, Интегра лишь использовала известное ей крепкое ругательство, переживая за своих людей, рискующих жизнью по причине глупого и безнравственного (в представлении приличной пуританской девочки) поступка особы которую она перед собой видела. Уолтера потянуло на сентиментальность по отношению к жертве? Боже упаси от такой сентиментальности! – Наша миссия – от Господа, – отчеканивает Уолтер, вскидывает руку и стреляет. Имхо, пахнет другим ведомством… Когда автор последний раз проверял, эта фраза была одним из вариантов перевода девиза «Хеллсинга» А мне казалось, что она постоянно катается... Когда кажется, цитаты приводить надо Откуда это общеизвестно? Врач разболтал? Не смешите мои тапочки, старый работник Организации бы врачебную тайну бы не спускал. С натягом мог бы признать, что инфа была слита Уотеру, но представить, что он побежал трезвонить по казармам не могу. Тосты... детский сад штаны на лямках, извините. Это подходит юморному фику, коим сабж не является. Б/у: Единственное, что определённо ясно из этого эпизода – что пошли слухи. Аптекарь, случайный посетитель, инструктор – неважно. По опыту автора, в подобных полузакрытых, если не закрытых сообществах секретом не остаётся ничто, на чём нет грифа «совершенно секретно». И многие мужчины по болтливости дадут сто очков вперёд кумушкам. Фраза про тосты - эмоциональная реакция задетого за живое подростка. Опытный врач смутился по поводу обращения девушки по вполне естественному поводу. Автора терзают смутные сомнения, что по мнению читателя не существует военных хирургов, которые после не одного десятка лет общения исключительно с боевыми ранениями и бытовыми травмами солдат, оказались бы немного обескуражены специфической женской проблемой двенадцатилетней девочки. – Ты всегда не уважал автоматику, Ангел. По этому поводу комментаторы выше сказали... Доброе и вечное -- это не про Шинигами. Да-да, автор уже выяснил, что читатель совершенно прав! Он не Ангел. Он - Ангелочек! (Dawn, страница 88, английское издание, реплика Алукарда: „Don‘t be too cocky, little Angel, he is...“ («Не задирай нос, малыш Ангел, он...»)) Издержки перевода, разумеется, не исключены. За кадр из японского оригинала автор был бы благодарен.

Melissa: Hellsing Небольшое вступление, прежде чем перейти к дискуссии о фике: Думаю, что я, как один из трёх организаторов и попутно модератор форума, имею право сказать: оценки не исправляются и не будут исправляться. Подобный пункт не оговорен в Правилах, как и то, что текст должен быть на русском языке, напечатан черным, а не красным цветом, выложен не в виде бегущей строки и прочие очевидные, на наш взгляд, вещи. Само собой, что вас за ваш осторожный намёк-предложение мы ни в чём не упрекаем А теперь о ваших пояснениях. Для начала мне хочется сказать вам спасибо за то, что вы столь подробно ответили не только мне, но и другим читателям. Однако многие доводы, которые вы привели о столь неоднозначных вещах, как политика Круглого Стола по отношению к Интегре или характер самой леди Хеллсинг, не изменили моего мнения. Я прочитала ваш фик и во что-то поверила, во что-то не поверила. Потому мне не хотелось бы играть в "глупо" - "не глупо" - "а я говорю, глупо". Вы видите ситуацию с одной стороны, я вижу ее с другой. Я как не верила в то, что Интегру могли поженить в 13 лет, так и не верю. Мне кажется, что вы сильно передергиваете факты, ссылаясь на Италию 15-16 веков, потому я считаю ваше объяснение ничего не объясняющим. (А давайте еще сошлемся на первобытные племена, где вообще считалось нормальным до полусмерти драться за женщину как за самку? ) Как не считала возможным так спланировать операцию на электростанции, чтобы вторжение не было замечено, так и не считаю. Ни одно планирование операции без внедрения шпионов на саму станцию не уберет записывающие ленты, видеозаписи и прочие доказательства. На мой взгляд, Хеллсинг все-таки совсем другого профиля организация. Как не принимала я сокращение прозвища Уолтера до Ангела, которое английские переводчики, на мой взгляд, вставили сами, так и не принимаю. Уточню: всё-таки вряд ли японцы сократили "Шинигами" до "Гами", а я готова принять только это доказательство, коль уж вы так рьяно вступаетесь за столь незначительный факт, который покоробил меня мельком и только потому, что был уже n-ным среди привлекших внимание. Я не согласна с вашими словами и об этих фактах, и о некоторых других, когда вы то ссылаетесь на текст, то говорите, что читатель сам неправильно додумал. На мой взгляд, несколько некорректно обвинять читателя в придирках, если для него текст представляет собой набор сомнительной вероятности сцен. Я, не побоюсь этого слова, старый фандомщик, любитель "Хеллсинга", довольно придирчивый к обосную и имеющий некоторое своё понимание характера Интегры, да и Алукарда, хоть он у вас прошел мельком. В вашем фике, как бы достойно он ни был написан, я не поверила в характеры, увидела, на мой взгляд, логические ляпы (и не один ляп) и не могла не обратить внимание на то, что уже не понравилось мне как читателю (тот же портрет). Стоит заметить, что почему-то критикующие говорят практически об одних и тех же сценах. (Настолько часто повторяются, что вы, извиняюсь за напоминание, даже вынуждены копировать свои ответы.) Может, это вовсе и не придирки, а действительно непонятные и сомнительные моменты? Факт остается фактом: моё впечатление о фике выразилось в 3-7. "Три" за тему, которую я при чтении не увидела, и "семь" за впечатление. То, что вы потрудились и расписали мне то, что, по вашему мнению, я недопоняла, мне, несомненно, приятно. Однако я, читатель, ставлю оценку за фик, а не за дилогию: "Фик" и "Поясняющие комментарии автора". Потому, честно сказать, если бы я сейчас имела возможность исправить оценку, то поставила бы примерно 3-6 или 4-6, не выше. Мнение о теме у меня чуть-чуть улучшилось, а вот мнение о фике только ухудшилось, потому что я увидела "простыни" пояснений, которые, как оказалось, мне нужны были, чтобы понять текст.

Kifa: Hellsing пишет: Kifa Автор не вполне согласен с вашим мнением о нераскрытой теме, но какие претензии могут быть к читателю, если нераскрытие тему мотивируется сильным характером любимой героини? Да простит команда, но автор глубоко тронут Всегда пожалуйста. Hellsing пишет: Автор вам признателен по гроб жизни, как бы неоднозначно ни звучала эта фраза в контексте фэндома. Я вот пытаюсь понять - это благодарность, или пожелание.

Гиппократ: Автор, благодарю за столь полный ответ. Hellsing пишет: Автор и не догадывался, что противостолбнячную сыворотку следует делать лишь в случае заболевания, а не в порядке первой помощи при огнестрельном ранении. Оффтоп: Впрочем, мнение Гиппократа Вы меня не совсем поняли. Интегра не уверена о том, что из-за ранения может развиться заболевание и колет себе препарат. Опуская вопрос, как малявка его достала(что не есть сложно), всегда считал, что у неё хватит разума этот вопрос выяснить. Hellsing пишет: Нет, это не намёк, что уважаемый читатель не знаком с первоначальным значением слова «гламур». Я исхожу из современной трактовки данного слова, а ссылок на оригинал я не увидел. Особенно, касательно вампирского гламура. И я почему-то этот термин ни разу не встречал, в прочем, может просто не попадался... Hellsing пишет: Автор полагает, что быстро сориентироваться в ситуации и приказать кому-то, кого ты знаешь менее 24 часов, убирать трупы, по крайней мере, неприлично с точки зрения английского этикета. На то, чтобы сориентироваться и решить их убрать у неё времени хватило... Hellsing пишет: Боже упаси от такой сентиментальности! А тогда что это? В характере Уолтера пустить пулю в лоб без разговоров. Hellsing пишет: фраза была одним из вариантов перевода девиза «Хеллсинга» Когда читатель последний раз проверял, эта фраза была частью Печати. Hellsing пишет: Единственное, что определённо ясно из этого эпизода – что пошли слухи. Аптекарь, случайный посетитель, инструктор – неважно. По опыту автора, в подобных полузакрытых, если не закрытых сообществах секретом не остаётся ничто, на чём нет грифа «совершенно секретно». И многие мужчины по болтливости дадут сто очков вперёд кумушкам. Автор служил в отряде наёмников? Максимальная реакция, которую можно ожидать "ментруации... взрослеет". Всё. Тема закрыта. По поводу болтливых мужиков... как-то не встречал. Hellsing пишет: Автора терзают смутные сомнения, что по мнению читателя не существует военных хирургов, которые после не одного десятка лет общения исключительно с боевыми ранениями и бытовыми травмами солдат, оказались бы немного обескуражены специфической женской проблемой двенадцатилетней девочки. Некая реакция на вопрос возможна, смущение -- не верю (с Описан не студент-первогодок, а опытный профессионал. И да, на военных хирургов валится всё, ибо отдельно женские кабинеты в поле не предусмотрены. А "проблемой" я бы это не назвал вообще. Это для Интегры сие событие мирового масштаба.

Hellsing: Kifa пишет: Я вот пытаюсь понять - это благодарность, или пожелание. выбирайте тот вариант, который вам больше по вкусу. Опять же, в этом фэндоме не угадаешь... Melissa Как автор писал ранее, он полностью согласен с оценками, основанными на субъективных несогласиях в интерпретации канона. В вашем объяснении вы исчерпывающе пояснили, какие моменты из вышесказанного являются вашим личным мнением, которое по общепринятым стандартам демократии автор уважает. Автору только хотелось бы поправить, что «Ромео и Джульетта» – пьеса английского писателя XVI-XVII века, который хоть и использовал сюжеты из источников разных стран и народов, бытовые детали реконструировал, ориентируясь большей частью на соотечественников; к тому же, ссылка на «Ромео и Джульетту» была скорее дополнением к основному ответу. Также подстанция – не настолько строго охраняемое место, как электростанция. Опыт с непонятными сценами, общими для нескольких читателей одновременно, автор в будущем несомненно учтёт, однако количество таковых недостаточно, чтобы говорить о достоверных статистических результатах.

Hellsing: Гиппократ Интегра не уверена о том, что из-за ранения может развиться заболевание и колет себе препарат. Опуская вопрос, как малявка его достала(что не есть сложно), всегда считал, что у неё хватит разума этот вопрос выяснить. Как учили на курсах первой помощи автора, инъекция противостолбнячной сыворотки желательна в качестве профилактической меры, когда рана загрязнена. Выросши на фактически военном объекте, Интегра явно знакома с курсом первой помощи, а в аптечке могут иметься нужные средства. В характере Уолтера пустить пулю в лоб без разговоров. В характере Уолтера вообще не опускаться до таких примитивных средств, как огнестрельное оружие . Но это не боевая ситуация. Это - показательная казнь, мера, к выполнению которой обязан быть готов каждый из присутствующих. Максимальная реакция, которую можно ожидать "ментруации... взрослеет". Этого вполне достаточно, чтобы информация прошла. Мысли о тостах и иже с ним - эмоциональная реакция Интегры. Некая реакция на вопрос возможна, смущение -- не верю (с Описан не студент-первогодок, а опытный профессионал. И да, на военных хирургов валится всё, ибо отдельно женские кабинеты в поле не предусмотрены. Но «Хеллсинг» - не поле; женщин помимо Интегры и Серас там не замечено, следовательно, автор волен полагать, что женщины там не служат - разве что работают где-то доме - и за всю службу в «Хеллсинге» врач мог с чисто женскими «проблемами» не сталкиваться. К тому же, возвращаясь от обоснуя к литературе, данным эпизодом подчёркивается, что «Хеллсинг» - «мужская» структура. Детям здесь не место. Женщинам здесь не место. Девочкам здесь тем более не место. Женственность Интегре придётся загнать подальше, чтоб не мешалась. Когда читатель последний раз проверял, эта фраза была частью Печати. А вот по этому пункту автор честно признаётся, что ориентировался скорее на ресурсы о «Хеллсинге», и конкретной цитаты навскидку привести не может .

Urusai-sama : 6. 6 Скажу честно - читать было интересно, но трудно. Ощущение того, что читаешь Большую Оксфордскую Энциклопедию не покидает вплоть до середины, где сюжет становится более динамичным. Мне понравилась сама идея деления фика на заповеди, но лично мне обоснование некоторых показалось, мягко говоря, сомнительным. Интегра - не Интегра, а какая-то совершенно чужая девочка. Я просто не поверил ни ей, ни в нее.

Hellsing: Urusai-sama пишет: Скажу честно - читать было интересно, но трудно. Ощущение того, что читаешь Большую Оксфордскую Энциклопедию не покидает вплоть до середины, где сюжет становится более динамичным. Для автора это комплимент, благодарю . Мне понравилась сама идея деления фика на заповеди, но лично мне обоснование некоторых показалось, мягко говоря, сомнительным. Нарушение, разумеется, в некоторых случаях условно, и, если строго придираться, имеет место лишь в воображении требовательной Интегры. Заповеди, скорее, задают тон каждому эпизоду. Автор прекрасно понимает неприятие его позиции и благодарит за оценки и комментарий .

Гиппократ: Hellsing пишет: Как учили на курсах первой помощи автора, инъекция противостолбнячной сыворотки желательна в качестве профилактической меры, когда рана загрязнена. Выросши на фактически военном объекте, Интегра явно знакома с курсом первой помощи, а в аптечке могут иметься нужные средства. Хеллсинг не выросла на военном объекте. Иначе бы ей тренировка с стрельбе не требовалась. К тому же автор удтверждает, что она получила пуританское воспитание. И, если честно, сомневаюсь, что 13-тилетним дают курс первой помощи выше "позвать взрослых" и как различать кровотечения... хотя курс ОБЖ я уже забыл... а противостолбнячная сыворотка в обычной аптечке не валяется, другое дело, что достать её просто. А попытка вытащить подобное из склада неизбежно вызовет вопросы. Hellsing пишет: Это - показательная казнь, мера, к выполнению которой обязан быть готов каждый из присутствующих. Казнь -- это кара. Здесь ликвидация объекта. Почему Уолтер не использовал для зачистки нити оставляю на откуп автору. Hellsing пишет: Но «Хеллсинг» - не поле; женщин помимо Интегры и Серас там не замечено, следовательно, автор волен полагать, что женщины там не служат - разве что работают где-то доме - и за всю службу в «Хеллсинге» врач мог с чисто женскими «проблемами» не сталкиваться. И что? Врач мог и не сталкиваться, что не отменяет того, что он прекрасно знает, как в таких случаях поступают. А ожидать смущения от полевого хирурга, который латает жертв и бойцов на выезде... смешно. Этот из разряда тех, кто на секции будет бутерброд жевать и причмокивать. Hellsing пишет: Этого вполне достаточно, чтобы информация прошла. Информация пройдёт(если пройдёт -- об этом знает только врач. А Уолтер не опекун и под юрисдикцию разглашения врачебной тайны не попадает), болтологии не будет.

Dafna536: 6 6 Простите меня, я очень привередливый читатель. Идея о заповедях великолепна. Но логика персонажей и рассказа в целом очень сомнительна (Интегра, таскающая трупы, прячущая Алукарда в спальне, убила сразу и наповал). Текст читается тяжело. Об остальном уже писали до меня.

Hellsing: Гиппократ пишет: Хеллсинг не выросла на военном объекте. Иначе бы ей тренировка с стрельбе не требовалась. К тому же автор удтверждает, что она получила пуританское воспитание. Стрелять Интегра умела - это канон. Во всяком случае, у автора создалось впечатление, что пистолет она слишком уверенно для первого раза держит. Насчёт тренировки - в тире палить и дядюшек в упор расстреливать это одно, а боевая ситуация - другое. И мальчиков пуритане тоже воспитывали, причём нередко с военным уклоном. ОБЖ в школе проходили не позже седьмого класса, то есть как раз лет в 12-13. Бинтовать раны учили в том числе. Содержимое аптечки пусть останется на совести автора . Гиппократ пишет: Здесь ликвидация объекта. Хорошо. Пусть будет ликвидация. В отношении врача уже пошёл спор ИМХО на ИМХО. Если бы автор ставил целью описать как можно реалистичнее быт военного ордена, он был бы с вами на 100 % согласен. Но в данном случае цель преследовалась несколько другая, и автор не считает, что совершил недопустимое отклонение от нормы. В отношении болтологии автор давно с вами согласен Dafna536 Спасибо за оценки ! Dafna536 пишет: Интегра, таскающая трупы, прячущая Алукарда в спальне, убила сразу и наповал Что поделаешь, не по «Кэнди-Кэнди» автор писал

Гиппократ: Hellsing пишет: в тире палить и дядюшек в упор расстреливать это одно Ставим знак равенства?

Hellsing: Гиппократ пишет: Ставим знак равенства? Заметьте, не автор это предложил

Мамочка_Алекс: 8 8 Фик в целом хороший, но поведение персонажей в некоторых сценах все-таки кажется мне странным, как и некоторые "технические" подробности, вроде серебряных наручников и все тех же "рыцарей"-солдат, о которых уже много говорилось выше. Раскрытие темы есть, но кажется слишком завуалированным и теряется за бытовыми подробностями. Однако, понравилась мрачная атмосфера, очень соответствующая вселенной Хеллсинга. www.diary.ru/~malexx дата регистрации 06.01.2009

Rendomski: С учётом вышесказанного: 8 8

Tomo: 8 8 Не буду оригинальна. Выше уже всё сказано. Из-за кое-каких недочётов две десятки поставить не могу, но вещь сильная, атмосферная. дайри-юзер, зарегистрирован 4 ноября 2009 года. Личные данные и IP-адрес сообщены администрации.

Rendomski: Лично благодарю всех отзывавшихся и дискутировавших ! Мамочка_Алекс, Tomo Мне очень приятно, что понравилась атмосфера фика. Я старалась!



полная версия страницы