Форум » Жизнь - это боль » Марионетка (R; angst, action; Уолтер, Артур Хеллсинг, Алукард) » Ответить

Марионетка (R; angst, action; Уолтер, Артур Хеллсинг, Алукард)

Walterka: Автор: Walterka Название: Марионетка Жанр: ангст, экшн Рейтинг: R Статус: Закончено Персонажи: Уолтер, Артур Хеллсинг, Сэр Айлендс, Алукард и другие. Марионетка Глава 1. Леденящий ветер. Грязь под ногами словно пытается затянуть в свою болотную трясину… Он разучился думать. Разучился чувствовать. Почти… Поэтому холодные капли дождя, ударявшие по лицу, не вызывали у него никакой реакции… Он слизывал с губ влагу, и было плевать на то, что волосы намокли и прилипли к щекам, ко лбу, закрывали глаза. Так даже лучше – смотреть на этот серый мир не было никакого желания… Тусклый свет. Небо, затянутое волокном мрачных туч, нависших так низко, что клаустрофоб бы закричал от ужаса, если бы поднял голову вверх. Но беспризорник привык к нависшим над головой тучам, к бесконечному лондонскому туману. Его звали Уолтер Кум Долнез. Но кому нужно было имя тринадцатилетнего оборванца с улицы? Самые ласковые слова, которые подросток когда-либо слышал в свой адрес, были: «Эй, пацан!» - Эй, парень! – раздался громкий окрик за спиной. Уолтер замер на месте. «Если это тот торгаш, у которого я вчера стащил колбасу – мне конец!» - пронеслось в голове у мальчишки. Он чувствовал, что на этот раз не сможет удрать. Ноги не слушались, все тело объяла непривычная слабость. Было холодно. И хотелось есть… «Угораздило же меня простыть!» - с досадой подумал Долнез. - Парень! – кто-то снова его позвал. На этот раз Уолтер решил обернуться. «Если что, буду врать и отпираться!» - решил подросток и повернул голову. Перед ним стоял совершенно незнакомый молодой мужчина. Высокий, эффектный блондин. Он был аккуратно причесан и опрятно одет. Похоже, костюм незнакомца стоил недешево. Да и чувствовалось, что окликнувший мальчишку человек был одним из тех дорогих пижонов, которых величают лордами. Дворян Уолтер не любил по определению. Потому что они родились в роскоши, никогда не испытывали нужды, в их домах всю работу выполняли слуги. «И чего ему от меня надо?» - с неприязнью подумал мальчик, но, вместо вопроса, выдал заученное: - Сэр, дайте шиллинг! - Меня зовут Артур, а вас, джентльмен? – вместо подаяния мужчина протянул Долнезу руку и улыбнулся. Мальчишке ужасно захотелось плюнуть на эту чистую, пахнущую дорогим парфюмом ладонь. Но он набрал в грудь побольше воздуха, чтобы успокоить нервы, и хриплым голосом предельно вежливо ответил: - Уолтер, сэр… - подросток закашлялся и попросил сигарету. - Очень приятно, Уолтер. Будет тебе сигарета. Ты мне вот что скажи, - снова переходя на «ты», обратился к нему пижон, пожав руку мальчика. – Есть хочешь? «Издевается он, что ли?» - с недоумением подумал Долнез, раздражаясь все больше и больше. Такие вопросы казались ему совершенно идиотскими. - Ну? – мальчишка с угрюмым видом пнул ногой камешек. - Ты где живешь-то? – продолжал расспрашивать сэр Артур. - У меня нет дома, сэр, - процедил сквозь зубы подросток, нервно теребя воротник выцветшей рубашки, которая была велика ему на три-четыре размера. - А ты хочешь, чтобы у тебя был дом, еда, работа? Сигареты, в конце концов? Постоянно… - Кто же этого не хочет, сэр? – устало вздохнул мальчик. Раздражаться уже не было сил. В носу что-то хлюпало, глаза щипало. Почему? Уолтер не знал. Он хотел, чтобы этот тип поскорее дал ему злосчастную сигарету и убрался восвояси, к светским дамам и дорогим ресторанам. Артур странно ухмыльнулся: - У меня есть к тебе предложение. Нам просто необходим дворецкий. Не хочешь ли ты работать и жить у нас? - Я? Дворецкий? Да вы издеваетесь, сэр! – гневно воскликнул подросток. – Кто же берет детей на такую ответственную должность?! Мужик, рехнулся ты, что ли?! – Уолтер так разозлился, что не смог бороться со своей невежественностью. Артур похлопал его по плечу. - Понимаю, что это предложение звучит странно. Но нашей семье нужен именно такой дворецкий: молодой, бойкий, без семьи, чтобы он мог постоянно находиться на рабочем месте. Жить там… Мальчишка опешил. Он знал, знал, что все, до единого, слова незнакомца – гнусная ложь. Но как же хотелось верить! Уолтер вспомнил о своем подвале, сыром, темном, с шуршащими по углам крысами. Летом там душно, в остальные времена года – не то, чтобы холодно, но не настолько тепло, чтобы можно было отогреться. Подросток уже привык к ощущению постоянной влаги и прохлады, но теперь вдруг четко представил себе разницу между домом сера Артура и своим жилищем, этой норой голодного забитого звереныша. Порыв ветра заставил Долнеза ощутить, что одежда его насквозь промокла. Он поднял взгляд на Хеллсинга: - Если вы не шутите… Я согласен! - Вот и замечательно! Великолепно! Я знал, что мы сумеем договориться! – самодовольно улыбнулся лорд и деланно рассмеялся, скаля свои безупречно белые зубы. Обычно именно так поступают взрослые, когда не знают, что сказать детям. – Ну, пойдем! За углом меня ждет шофер! – Артур хотел было потрепать мальчика по голове, но вид давно нестриженных и нечесаных грязных волос не внушал ему доверия, потому он сделала вид, что не протягивал руку к мальчику, а просто решил помахать ею в воздухе. Уолтер посмотрел на сера Хеллсинга, как на ненормального. – Идем, - сказал джентльмен и широкими шагами направился к стоящему за углом бронированному роллс-ройсу. - Когда приедем, ты примешь душ, Люси приготовит одежду и займется твоей прической. - Люси? – переспросил мальчик, поспешив за лордом. - О, да! – Артур обернулся и подмигнул будущему дворецкому. – Наша служанка! Очаровательная девочка! – он подошел к автомобилю и открыл заднюю дверцу. – Кстати, сколько тебе лет? - Тринадцать, сэр… - ответил Долнез и прошмыгнул на заднее сиденье, боясь, что в последний момент его снова вышвырнут на улицу. Хеллсинг хлопнул дверцей, и роллс-ройс мягко тронулся с места. Уолтер отвернулся к окну. Машина плавно покачивалась на кочках. Было тепло и уютно, если не обращать внимания на мокрую одежду. Капли дождя косыми линиями перечеркивали пейзаж за окном, размывая его… Незаметно для себя, Долнез задремал… Бум! – автомобиль резко затормозил, и Уолтер врезался лбом в спинку водительского сидения. Мальчишка мотнул головой, отгоняя остатки сна и выглянул в окно. Имение Хеллсинга превзошло все ожидания подростка: это был огромный, трехэтажный дом с большим двором и красивым садом. Вероятно, у сэра Артура был и собственный бассейн, только за особняком… Ворота открыли два шустрых охранника, и машина въехала во двор. - Ну что ж, добро пожаловать на новое место работы, Уолтер! – поздравил его Хеллсинг и перевел взгляд на дверь собственного дома. Как будто только и ожидая этого условного сигнала, она открылась, и на улицу выбежала девушка лет 15 на вид, в униформе горничной. – А вот и Люси! – обрадовано воскликнул мужчина и цокнул языком, в очередной раз оценивая достоинства фигуры служанки. * * * Он стоял в душе, прислонившись лбом к гладкой плитке. По телу стекали теплые струйки воды. Натертая жесткой мочалкой кожа горела, и Уолтер мысленно уже проклинал себя за эту глупую затею. Для него все гигиенические процедуры казались просто каторгой. А ведь сейчас ещё придется идти на кухню, где ждет Люси с ножницами. При мысли о стрижке мальчик поморщился и почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Ну зачем на него в один день свалилось столько всего? Эта ужасная слабость, от которой он готов был рухнуть на пол, этот лихорадочный пульс в висках… «Только стричься мне сейчас не хватало, - с недовольством подумал подросток. Ему очень хотелось забыть обо всем и просто заснуть… Но память упорно воскрешала детство. Когда пьяная мать, в кои-то веки обратившая внимание на свое чадо, хваталась за ножницы, больно дергала за волосы и неровно кромсала вихры сына. А Уолтер не смел пошевелиться, боясь, что родительница ненароком отрежет ему ухо или выколет глаз… Его размышления прервал осторожный стук в дверь. - Уолтер?.. – позвал мягкий женский голос. – Ты уже час в душе. С тобой все в порядке? – это была Люси. Долнез вздрогнул от неожиданности и, заикаясь, выкрикнул: - Д-да! Я уже иду! – мальчишка снял с крючка чистое белье и, забыв вытереться, торопливо натянул на себя трусы и брюки. Затем взял полотенце, для приличия промокнул волосы и лицо и выскочил из ванной. Горничная, увидев, как он шлепает босыми мокрыми ногами по полу, рассмеялась: - Глупый, ну кто же так делает? Обуйся, - она кивнула на серые тапки, стоявшие за дверью. Долнез покрылся красными пятнами и мысленно обругал себя, а заодно и эту заносчивую девчонку всеми грязными словами, которые знал. «Чего она о себе возомнила? Ведет себя, как будто сама светская дама, а не служанка!» Они прошли на кухню, где уже стоял стул с накинутой на него простыней. На столе были разложены нехитрые парикмахерские инструменты: расческа, ножницы и… бритва… Мальчик нервно сглотнул. - Садись, - девушка указала Уолтеру на стул и, когда тот повиновался, обернула его простыней. Он зажмурился и услышал, как она прыснула. - Чего ты? – недовольно буркнул подросток. – Че такого смешного? Люси мягко наклонила ему голову и начала прочесывать длинные космы: - Необычный у нас хозяин, правда? – спросила она. - Чем же он необычный? – то, что Артур с присвистом, Уолтеру показалось с самого начала, но он был не настолько глуп, чтобы высказывать свое мнение вслух. А вот послушать, что сплетничают служанки про лорда, Долнез был не прочь. - Такой молодой и такой… ах… - Люси томно вздохнула. – Умный… Он занимается очень серьезными исследованиями… Ты сам узнаешь. Позже… Повернись чуть-чуть, - попросила она и защелкала ножницами. На пол посыпались черные пряди волос. Подросток мысленно скривился: «Молодой, умный, ути-пути! Тьфу! Дура!» Обычно такие мысли Уолтер высказывал вслух, ибо тактом никогда не отличался, но на этот раз решил культурно промолчать. - Но у сэра Артура, конечно, есть свои странности, - снова хихикнула горничная. – Вот, например, вчера к нам приходил наниматься в дворецкие мистер Таттенберг, а наш хозяин запротивился и погнал его прочь! А тебя почему-то взял! Ты хоть знаешь-то, как работать? - Нет. Может, объяснишь, если такая умная? – прошипел мальчишка, начиная злиться. - Объясню, - таким же веселым тоном, будто не слыша гневных ноток в его голосе, ответила она. – Во-первых, нужно следить за своим внешним видом. Перед хозяином и гостями в неопрятном виде не появляться. Во-вторых, запомни, что ровно в восемь утра ты должен принести сэру Артуру чай и сигары в кабинет. Если он, конечно, не спит или… - Люси вдруг запнулась. Даже ножницы, подобравшиеся к макушке, щелкали как-то неуверенно. – Или если он не занят. В твои обязанности входит следить за порядком в особняке и за работой прислуги. – Тут она не выдержала и заливисто рассмеялась. Догадаться, по какой причине, было нетрудно. Мальчик уже заметил, что абсолютно всех обитателей особняка, которых он видел сегодня, удивило, что дворецким назначили сопляка с улицы. Не удивлялся, по-видимому, только сам сэр Хеллсинг. Уолтер хотел было выматериться, но вдруг Люси обняла его за плечи и мягко сказала: - Ну не обижайся, просто это очень-очень смешно! – девушка чмокнула его в щеку, и все грязные ругательства застряли у него в горле. Долнез покраснел от смущения и залепетал. - Да… Я… Нет… Я и сам… В шоке… - Ну что ж… тогда я помогу тебе освоиться! Все! – девушка развязала простыню. Он и не заметил, как стрижка закончилась. Ему-то это представлялось длинной и мучительной процедурой. Мальчишка потрогал руками голову. Волосы были непривычно легкие и гладкие. И немного колючие. Уолтер подошел к небольшому зеркалу и ему показалось, что он видит не отражение, а чужой портрет. Оттуда на Долнеза смотрел аккуратно подстриженный мальчишка с большущими голубыми глазами, худой, но красивый. Слегка оттопыренные уши прикрывали оставленные для этой цели баки. Горничная улыбнулась и потрепала его по голове. - Ну вот, совсем другое дело! Какой симпатичный стал!.. …Засыпал он уже в своей собственной комнате на втором этаже. Уолтер утонул в простынях и погрузился в дрему почти мгновенно. В комнате стало темно. Очень темно. И из угла повеяло холодом. Долнез услышал раскатистый смех и увидел красную вспышку. - А-а-а! – мальчишка проснулся в холодном поту от собственного вскрика. Но все было спокойно… Глава 2. Уличный закон сродни закону джунглей: выживает тот, кто лучше приспособился. Чтобы добыть больше пропитания, бездомные вставали рано. Уолтер открыл глаза, когда на часах пробило шесть утра. Небо за окном только начинало светлеть и покрываться румянцем. Мальчик сел на кровати и шмыгнул носом. Вчера он думал, что избавился от всего лишнего: от грязи, старой одежды, лохм; от прошлого, в конце концов... Но вот простудные бациллы не желали покидать своего хозяина, только-только обосновавшись в его организме. Долнез чихнул три раза подряд и решил, наконец, повнимательнее осмотреть свою комнату. Она была не очень большой но весьма уютной: однотонные, светло-бежевые обои, свежий паркет на полу. Мебели было немного: собственно кровать, на которой сидел юный дворецкий, шкаф, столик с парой табуреток, тумбочка и зеркало. Но Уолтер посчитал, что этого вполне достаточно. Мальчишка потянулся и хотел было выйти, но тут вспомнил предупреждение горничной о том, что дворецкий должен выглядеть опрятно. А он стоял в одних трусах, с заспанными глазами и ужасно взъерошенный. Так он узнал об ещё одном страшном минусе гигиены: чистые короткие волосы имеют свойство за ночь превращаться в прическу «я-упало-с-самосвала-тормозило-головой». Впрочем, эта проблема решилась очень легко – с помощью расчески. А вот галстук завязать Уолтер так и не смог. Как только не крутил мальчишка красную «ленту», во что он его только не превращал: и в бантик, и в морской узел, и в нечто совершенно непонятное! – а вот добиться желаемого результата так и не смог: терпение его лопнуло, Долнез в сердцах сплюнул и, швырнув «это идиотское изобретение светских пижонов» на кровать, отправился в кухню – заваривать хозяину чай. Благо, с этим под чутким руководством толстой кухарки он справился быстро и с подносом направился к кабинету сэра Артура. Мальчик поднимался по лестнице и озирался по сторонам, разглядывая дорогие картины на стенах. Да… Если их продать, то можно получить столько денег, что на всю жизнь хватит! - Это и есть ваше новое оружие, хозяин? – послышался насмешливый мужской бас откуда-то сверху. Уолтер поднял голову и увидел, что на лестничной клетке, этажом выше, стоят двое. – А вы уверены, что эксперимент удастся? Что если, мне придется убирать за вами? – говорящий позволил себе лишь легкий смешок, но по тону было заметно, что он готов сорваться на гомерический хохот. - Не лезь не в свое дело, Алукард, - пресек его Артур Хеллсинг (а вторым человеком, стоящим на лестнице был именно он). Уолтер остановился и замер. Ему вдруг показалось, что эти двое разговаривают о чем-то, что ему знать не следовало. О чем-то очень важном. И, если они заметят дворецкого, то уж точно прервут беседу. - Слушаюсь, Мастер, - ответил тот, кого звали Алукард. - В любом случае, я с удовольствием посмотрю на результаты. - Я это делаю не для твоего удовольствия, кретин! А на благо Англии! – оборвал его сэр Артур. – А сейчас – иди, отдыхай. И не бери оружие! Пока все спокойно! Никаких поручений у меня к тебе нет! - Вы совсем не похожи на своего отца, хозяин. Вы легкомысленны. Но какая воля! Какое стремление! Браво! Я чувствую, что в Вас течет та же кровь! Великолепно! «Что ещё за Алукард? Охранник, что ли?» – Уолтер решил, что разговор наверху окончился и, немного досадуя на то, что ничего толком не понял, побежал наверх. То ли мальчишка слишком быстро бежал, то ли не смотрел под ноги, однако, внезапно он споткнулся обо что-то и, полетел на ступени, устланные ковровой дорожкой. Поднос выскользнул из рук. Фарфоровая чашка по инерции пролетела ещё некоторое расстояние и с легким хлопком разбилась о лестницу. Чай темным пятном расплылся по красному ковру. Ругаясь, Уолтер принялся собирать злосчастные осколки, не глядя вокруг. Внезапно его обдало холодом. - И это все, на что ты способен? – спросил мальчика тот же насмешливый голос, который он минуту назад слышал наверху. Уолтер скосил взгляд вбок и увидел черные сапоги огромного размера. И полы красного плаща. Подросток поднял взгляд. Рядом с ним стоял невероятно высокий, двухметровый тип неопределенного возраста (явно не моложе 20, но и не старше 30 лет). Выглядел этот мужчина более, чем подозрительно: он был одет в плащ, каких не носили даже старые дворяние – подобная одежда вышла из моды лет сто назад; на шее у него болтался красный шелковый бант (вместо галстука, видимо), глаза были прикрыты темными очками, а на бледном аристократическом лице красовалась широченная маньячная улыбка, как у мясника Зайласа, когда этот патриот своего дела разделывал свиные туши. Долнеза пробрала дрожь. От этого человека исходила какая-то страшная энергетика. Как будто перед ним стоял убийца. Или мертвец. Но показать свой страх перед каким-то охранником было бы несусветной глупостью, поэтому он демонстративно фыркнул и снова начал молча складывать осколки чашки на поднос, спиной чувствуя на себе взгляд Алукарда. Нечеловеческий взгляд. - Что, разбитых кружек никогда не видел, мужик? Что ты на меня так смотришь? – не выдержав, раздраженно спросил дворецкий, оборачиваясь, чтобы посмотреть этому высокомерному типу в глаза. Но… рядом уже никого не было. - Бей посуду, я плачу! – перегнувшись через перила, засмеялся Артур. Левое веко у мальчишки дернулось. – Что, разбил чашку из моего любимого сервиза? – спросил лорд как-то слишком доброжелательно. Обычно господа говорят о погубленной посуде в совершенно ином тоне. - Э-э… простите, сэр. Виноват… Я споткнулся, и… - Ладно, оставь и поднимайся ко мне в кабинет, - небрежно махнул рукой хозяин. - Прямо на полу? А как же ваш чай? - Мне уже Люси принесла, - на лице Хеллсинга появилась какая-то плотоядная улыбка. – Оставь прямо тут. Прислуга уберет. У меня к тебе серьезный разговор, Уолтер… «Похоже, что я попал в сумасшедший дом», - мысленно констатировал Долнез и поспешил за Артуром. [more]Глава 3. - Ты был прав, - сказал Хеллсинг, вставляя в зубы сигару и выжидательно глядя на мальчишку. - В чем? – видя, что Артур до сих пор не прикурил, дворецкий смекнул, что от него ждут огня животворящего и, чиркнув кремниевой зажигалкой, поднес огонь к сигаре. - Спасибо, Уолтер, ты начинаешь осваиваться, молодец, - поблагодарил его хозяин и продолжил. – Ты был прав, что просто так я бы не стал брать беспризорника на должность дворецкого. Мальчишку бросило в жар. А сэр Хеллсинг, тем временем, пустился в объяснения: - Дело в том, что нашей организации подойдет не всякий человек. Дворецкий – это не просто прислуга. Это прислуга, наиболее приближенная к хозяевам. Понимаешь, к чему я клоню? - Н-нет, - замотал головой мальчишка, мысленно прикидывая, будет ли у него шанс смыться отсюда. - Дело в том, Уолтер, что наша организация занимается обеспечением безопасности Англии… - И что? - Мы истребляем… Только отнесись к моим словам серьезно. Это не бред. Мы истребляем вампиров, мальчик. - Да вы совсем, что ли, с ума тут посходили все?! – Долнез перестал придерживаться норм приличия. Богатого хозяина-психа ему ещё не хватало! - Нет, - спокойно сказал Артур. Уолтера вновь обдало холодом. Прямо из стены вышел Алукард и оскалил клыки в крокодильей улыбке от уха до уха. На этот раз очков на нем не было. Красные глаза светились в полумраке комнаты. Мальчишка с криком, исполненным ужаса, отскочил к двери. - Поздравляю. Неплохая реакция. Я недооценил тебя, Уолтер, - хмыкнул вампир. Долнез схватился за ручку двери и, что было силы, рванул её на себя. Ужас заставлял подростка действовать быстро и вполне разумно. Ждать, пока кровопийца выскажется, а потом вопьется ему в горло, мальчик не собирался. Но только дверь не поддавалась. На мгновение в комнате воцарилась тишина, а затем раздался грозный окрик сэра Хеллсинга: - АЛУКАРД!!! - Да, хозяин? – взгляд алых насмешливых глаз столкнулся со взглядом ледянисто-голубых. Вампир был убийственно спокоен, в то время как Артур буквально кипел от гнева. Этот проклятый носферату путал ему все карты. Молодой лорд материл отца, на чем свет стоит за такое наследство! Нет, чтобы заниматься делом, так этот тупой кровосос каждый день приходит и начинает язвить по поводу и без! А все потому что в организации попросту не было равных ему. Артур не мог заменить Алукарда кем-то ещё, потому и сносил нахальное поведение слуги. Но он поклялся, что когда-нибудь создаст другое оружие, способное расправляться с нежитью не хуже великого носферату. Каким бы могучим ни был главный мусорщик Хеллсинга, каким бы ценным охотником он ни являлся, он оставался вампиром! Не-человеком… - Разве я тебя звал?! – спросил лорд, с размаху втыкая сигару в пепельницу. - Да, господин, только что, - вампир достал из-за пазухи прозрачный пакет с трубкой, наполненный бордовой жидкостью и сделал пару глотков. Его забавила реакция молодого хозяина. – И, кстати… - Пошел ВОН!!! – рявкнул Артур, не дав Алукарду договорить. Уолтер к своему удивлению увидел, как носферату растворился в воздухе. - Прости, - сэр Хеллсинг достал новую сигару. – Я не хотел пугать тебя сразу… - заметив, что зрачки дворецкого расширены от страха, хозяин поспешил его успокоить. – Ты, наверное, подумал, что я собираюсь скормить тебя этому шуту? Нет, что ты. Алукард работает на нас. Он – наше самое главное… - при этих словах он поморщился. – И самое сильное оружие. Носферату, который беспрекословно подчиняется приказам Хеллсингов. Он никого не убивает просто так. Только по заданию. Но, дело в том, что не каждый сможет работать у нас. Сам понимаешь… Очень опасно, если все это будет предано огласке. Если об организации Хеллсинг узнают все, то наша работа пойдет псу под хвост! Поэтому нам и прислуга нужна такая, на которую можно положиться. Мы даем тебе все. Из грязи – в князи, как говорится. А ты – честно выполняешь приказы и хранишь наши секреты. Согласен? Уолтер перевел дыхание. Не верилось, что правда окажется настолько простой. Да и снова оказаться выброшенным на улицу не очень-то хотелось. - Х-хорошо… - выдохнул он, нервно крутя колесико зажигалки, которую, как оказалось, мальчишка все это время судорожно сжимал в правой руке. – Только теперь вы расскажете мне все! - Ну, все тебе знать ещё рано, а общую информацию о нашей организации – безусловно, - улыбнулся Артур. – Я вижу, ты хочешь курить? Да, курить ему действительно хотелось. Очень сильно. Так, что легкие сводило сладкой судорогой при мысли о сигарете. Он научился курить в шесть лет. Назло всем и себе в том числе. А теперь это стало неотъемлемой частью жизни, почти первичной потребностью. Как еда и сон. Не дожидаясь очевидного ответа, сэр Хеллсинг выдвинул ящик стола, достал оттуда пачку дорогих сигарет и протянул её Уолтеру. - Когда закончатся, сообщишь, - сказал лорд. Мальчишка взял пачку и дрожащими руками распечатал её. Глаза его восторженно светились. - Можно… прямо здесь? – осведомился дворецкий, доставая сигарету. - Конечно, - кивнул хозяин. - Садись, - он кивнул мальчишке на стул и вдруг сказал. – Только учти, если о нашей организации станет известно широкой общественности… Я буду знать, кто это сделал. И Алукард выполнит любой мой приказ. Уолтера передернуло. Он понял без лишних слов. - Я не буду трепаться, - ответил мальчишка, закуривая….[/more]

Ответов - 9

Walterka: Глава 4. Пауки. Вот уже четвертый день он лежал в лихорадке. Перед глазами все плыло. Дыхание было неровным и хриплым. Голову как будто сдавили стальные тиски, желающие расколоть её, как грецкий орех. Мальчик слабо застонал. - Уолтер… - мягко позвал его женский голос, и подросток почувствовал на раскаленном лбу прохладу. Стало немного легче. Он попытался сфокусировать взгляд. Бледное испуганно лицо Люси то дергалось, то плыло перед глазами. На это невозможно было смотреть, и Долнез сомкнул веки. Тяжкий вздох. Дворецкий был слаб. Очень слаб. Он не мог ничего сделать. Оставалось ждать помощи извне… «Хорошо… что я сейчас все же… не на улице», - даже эта мысль далась мальчику с трудом. Жар… Как будто к лицу поднесли паяльную лампу. Это было невыносимо. Он хотел закричать, но вместо этого из горла вырвался лишь слабый стон. И снова прохлада.... Уолтер открыл глаза и понял, что это горничная кладет ему на лоб холодный компресс. И снова дикое ощущение, как будто он лежит на карусели, которая вращается с бешеной скоростью. Долнез зажмурился и почувствовал, что проваливается в темноту. Мягкую, обволакивающую, спасительную, но в то же время жуткую… «Опять», - обреченно успел подумать он, теряя сознание. Он слышал звук. Назойливый стук. Стук чьих-то шагов. И голоса. Знакомые и чужие… Но сейчас он не мог даже вспомнить, кому они принадлежат. - Доктор, что вы об этом думаете? - Пора. - Выйди. - Солнышко. - Слушаюсь, сэр. - Я давно наблюдал… - Все должно пройти… - Пройти… пройти… - бред был похож на кисель, в который добавили желатина. С каждой секундой он становился все гуще и гуще. Голоса отдавались в голове гулким эхом и вскоре превратились в монотонный гул, сводящий с ума. Он падал в пропасть. Он чувствовал, что не может больше дышать. Но смерть придет не от этого. Она отыщет его на дне тартара. А сейчас эта потеря кислорода вызывала ощущение эйфории от полета. И страх. Вдох. Судорожный. Дрожь по телу. Вздрогнув, веки так же судорожно разомкнулись. Вокруг все было ослепительно-белое. Уолтер сощурился, а когда открыл глаза, увидел над собой человека в белой шапочке и марлевой повязке. Кто это? Врач? - Успокойся… Сейчас мы сделаем тебе укольчик, и все будет хорошо, - марлевая повязка на лице человека зашевелилась. Уолтер почувствовал, как чьи-то руки в резиновых перчатках прикасаются к его запястью. Боль. Слабая. От укола. - Доктор? – хрипло спросил мальчик. – Это что? Операция?.. – на глаза навернулись слезы. – Меня же никто не преду… - Тише, тише… засыпай… - человек погладил его по голове. Стальные обручи защелкнулись на запястьях и ногах. В помещении было много… очень много людей в повязках. Боль… оказывается, шприц ещё не вытащили? Уолтер в который раз почувствовал сгущающуюся вокруг него тьму… Свет погас. Вдруг мальчишка понял, что стоит. Стоит в кромешной темноте абсолютно голый. Стук сердца отдается в ушах громоподобными ударами. Он вытянул руки вперед и сделал несколько шагов. Ладонь почувствовала что-то легкое, мягкое и густое. Тьма сменилась серым туманом. Мягким и сухим на ощупь. «Странно, - подумал Долнез. – Разве туман такой?» И вдруг его осенило, что это. Паутина. Она окружала его со всех сторон. Шуршание. Должно быть, это… Сердце замерло от шока. Тысячи пауков впились в его кожу и почему-то стали заполнять тело паутиной. Особенно пострадали кисти рук. Их не просто кусали. Их словно резали… Он услышал шум, давящий, непонятный и только через некоторое время понял, что это его собственный крик. Вспышка света. Страшная боль в пальцах. Но пауки осыпались вниз. Каждый из них был разрезан пополам. Снова боль. И снова вспышка. Кокон паутины лопнул изнутри, впуская свет. Свет и жизнь… - Уолтер! – его кто-то обнимал и целовал. Часто-часто. В щеки, в губы, в нос. – Хватит, умоляю! Неужели это был бред? Его лоб был мокрым от пота. Все тело ныло. Особенно руки… Люси погладила его по щеке. «Люси?! Она меня целовала?!» - от изумления подросток открыл глаза и сразу попытался привстать. Но конечности плохо слушались. Он только дернулся. - Очнулся! – обрадовано воскликнула горничная. Веки у неё были подозрительно опухшие. - Ты что, ревела, что ли? – осведомился дворецкий. - Я? – она даже фыркнула, но вдруг призналась. – Господи! Да ты же чуть не умер! - А кто я тебе? – спросил Уолтер чужим голосом. Его сознание прояснилось. Болезнь отпустила. Кризис прошел. Хотелось тепла рядом. Снова. И не просто тепла. Хотелось чего-то ещё… Он обхватил Люси за руку чуть выше локтя и, чувствуя, что не может даже сомкнуть пальцы, все же потянул её на себя. Но она легко подалась вперед. И он впился в её губы, жадно выпивая этот поцелуй. Горничная отстранилась. Она выглядела более, чем смущенной. Ей было стыдно. Ему – нет. Эта девчонка была действительно красива. И он признался себе, что ему хотелось сделать это в первый же день, как только её увидел… - Что со мной было? – дворецкий смотрел ей прямо в глаза. - Тебе делали операцию, - глухим голосом ответила Люси. - Зачем? – вопрос был нейтральным, но он скользнул пальцами по её ладони и вздрогнул. Боль. - Не знаю. У господ спроси, им виднее, как лечить. Прости, - девушка вскочила со стула и выбежала из комнаты. Уолтер поднес ладонь к лицу и увидел свежие шрамы… Глава 5. Сквозь прозрачный тюль в комнату просачивался дневной свет. Долнез смотрел на свои руки. Кисти изуродованы. Жилы на них вздулись, а кожа между пальцами была заклеена пластырем и горела. Подросток ничего не понимал. Он не знал, что с ним сделали, и совершенно не разбирался в медицине. Но точно понимал, что обычно при даже самых тяжких простудных заболеваниях операции не делают. Во всяком случае, на руках… Дверь в комнату открылась, и вошел Артур. - Люси сказала, ты пришел в себя. Как самочувствие? – осведомился Артур. Взгляд его казался немного рассеянным. - Не знаю… Лучше, чем бред. Уж точно… - Уолтер поднял глаза на хозяина. – Что со мной было? Мне операцию? Кто? Зачем?.. - Да, делали… Болезнь дала осложнение, нам пришлось это сделать. Оперировали тебя наши доктора. Члены организации. Я лично принимал участие… - сэр Хеллсинг говорил четко и твердо, как будто заученную фразу. Уолтер вспомнил человека в повязке. Да, лица его он не видел, но голос, тот голос действительно принадлежал Артуру… - А что с моими руками? – уже почти успокоившись, спросил Долнез. Он был уверен, что услышит сейчас разумное объяснение. Но Артур вдруг побледнел. - Мы ставили тебе систему во время операции… и электроды между пальцев. Остались небольшие раны… Объяснять долго! – отмахнулся лорд, и в глазах его мелькнуло нечто, похожее на чувство вины. Уолтер хотел было спросить что-то ещё, но сэр Хеллсинг взял с тумбочки две таблетки – желтую и белую. – Тебе надо это выпить. - Что это? - Антибиотик и снотворное. Кризис прошел, но отдых все ещё необходим. Пей, - он приподнял мальчику голову, и, дав таблетки, поднес к его губам стакан с водой. Подросток сделал два глотка и отстранился. Его мучила масса вопросов. Он все ещё был беззащитным. Не убежать. Не скрыться. Оставалось надеяться на честную помощь… Но эти проблемы отходили куда-то на задний план. Их замещал здоровый, приятный сон… - Набирайся сил, мальчик. Они тебе пригодятся, - сказал Артур, выйдя за дверь. – В борьбе с врагом… У сэра Хеллсинга на душе скребли кошки. Одолевало такое чувство, что он совершил непростительную подлость. Обманул ребенка. «Но ведь так я и поступил! Обманул! – он то винил себя, то пытался найти оправдания. – Хотя нет… Это мой долг. И ребенок мне потом ещё спасибо скажет!» - Хозяин, к вам пришли, - услышал он сзади голос Люси. – Сэр Айлендс… - Понял, - лицо Артура, которое при виде хорошенькой служанки уже начало приобретать весьма похотливое выражение, резко помрачнело. – Зови его ко мне в кабинет, Люси. И свари-ка кофе. Принеси две чашки нам и одну – Уолтеру, когда проснется… Сэр Хеллсинг порылся в карманах, ища ключ, но, как назло, вместо ключа, обнаружил в подкладке внушительных размеров дыру. «Проклятая Жаннет, - выругался он про себя, вспоминая прачку «добрым» словом. – Ну я припомню ей. В зарплате будет такая же дырка!» Не мудрствуя лукаво, лорд легкими движениями пальцев расширил отверстие в кармане и просунул в него руку. Естественно, ключ упал в самый низ. Чтобы достать его, Артуру пришлось согнуться. Но и тут все оказалось не так-то просто. Подкладка оказалась скользкой, пальцы путались в складках. Сэр Хеллсинг вспотел от такого напряжения. Лицо покрылось красными пятнами. В таком положении его и застал Айлендс. - Ну где же ты, собака! – в сердцах произнес молодой лорд, не видя и не слыша ничего вокруг. - Никак, паразитов подцепил, Артур? Я тебе говорил, что эти похождения до добра не доведут, - вернул его в реальность высокий и немного гундосый голос Айлендса. - Чт.. что?! – от неожиданности сэр Хеллсинг разом нашел злосчастный ключ и выпрямился. – Каких паразитов?! – негодующе воскликнул он, прекрасно понимая, к чему клонит член Круглого Стола. – У меня ключ!.. – с этими словами он вырвал руку из кармана, заодно выворачивая и «кишки» брюк, то есть, подкладку. В глазах Айлендса лишь проскользнула усмешка, более он никак не выказал своих эмоций. - Хорошо, Артур, шутки в сторону. Поговорим о деле. В Европе настают нелегкие времена… - Сорока на хвосте принесла? – попытался пошутить сэр Хеллсинг, но, заметив неодобрительный взгляд гостя, понял, что юмор сейчас неуместен. – Не угадал… Тогда… разведка? – он отомкнул кабинет и вошел внутрь. - Разведка доносит о Германии. И Советском Союзе, - мрачно сказал Айлендс, следуя за хозяином дома. – Впрочем, пока это нас не касается… Проблема вот в чем… Вчера на Ломин-стрит нашли труп пропавшего две недели назад Дэна Робертсона. - Робертсона? Того самого аристократа, о котором выходила длинная колонка в «Таймс»? – вскинул брови сэр Хеллсинг, оборачиваясь к гостю. - Именно, - кивнул тот и сглотнул. – У него было вырвано сердце. - А шея? Следы укусов нашли? – сразу перешел к делу Артур. - Проблема в том, что труп был обезглавлен… - закончил сэр Айлендс. – Тебе это ничего не напоминает? Хеллсинг нахмурился. Таким же образом Алукард уничтожал себе подобных. - Хочешь сказать, что Дэн был вампиром? – оперевшись рукой о край стола, и почему-то уставившись в окно, спросил он «рыцаря» круглого стола. - Я ничего не хочу сказать. Это не по моей части, Артур. А вот какой вывод сделаешь ты, послушаю с удовольствием! Или ты опять думаешь только о том, кому задрать юбку?! – в глазах Айлендса читалось более негодование, чем насмешка. Похоже, он немало натерпелся оттого, что молодой Хеллсинг был таким донжуаном. Артур начал заливаться краской и, чтобы скрыть смущение и стыд, начал изображать негодование: - Да… ты… да какая разница?! При чем тут юбки?! Это мое… хобби. Оно работе не мешает! «Да уж», - читалось во взгляде Айлендса. - Я не могу утверждать точно, - остывая, сказал лорд. – Но, во всяком случае, это убийство похоже на работу охотника на вампиров… - А теперь, сюрприз, Артур! Его труп будет отправлен в вашу лабораторию. На особую экспертизу. Если в Лондоне завелись вампирохантеры, нам не известные, это… - Это значит, что нам придется расхлебывать дерьмо, Айлендс! – закончил за него хозяин дома и вставил в зубы сигару. - Да… Или дерьмо придется расхлебывать только вам, - зевнув, предположил член круглого стола, делая особый нажим на последнее слово. – Хорошенько проверьте своих работников. Итак, пищу для размышлений я тебе дал, а сейчас мне пора… И почему вы до сих пор не наймете дворецкого? – между делом бросил он и вышел… Глава 6. - Пап, – семилетний Уолтер, робея, подошел к трезвому отцу. – Пап… а почему у Чистюли-Джека отец зарабатывает много денег? Мне сказали, это потому что его папка любит семью… А ты… ты любишь меня? – Родители Уолтера пили. Но, в отличие от злой и истеричной матери, мистер Долнез был человеком довольно мягким, но загнанным под каблук жены. - Да, сынок, - меланхолично кивнул отец, отворачиваясь к окну. Тогда они ещё жили в доме. В плохом, грязном. Но все-таки, в доме. - Пап… а, может, тебе найти нормальную работу? – Уолтер потянул его за рукав. - Да… надо бы… - согласился мистер Долнез. Взгляд его, по-прежнему направленный в окно, вдруг оживился. – О! Вилли идет! – Вилли был его собутыльником. - Пап… а зачем тебе это дешевое вино? Бросил бы ты его, а?.. - Да… дешевое вино – это плохо… - рассеянно ответил сыну Долнез, а потом крикнул в окно. – Эй! Вилли! Заходи! Лизы нет дома! - Пап… Я хочу годиться тобой… Чтобы ты был как отец Джека… Ты очень хороший… - запинаясь, выдавил из себя мальчик. Он надеялся хоть на какое-то проявление родительской ласки, которого ему так не хватало. - Сынок, ты что-то сказал? – мистер Долнез обернулся на Уолтера и с удивлением посмотрел на чумазое лицо мальчика. - Да, - едва сдерживая слезы, выдавил из себя он. – Дай мне сигарету. - У меня у самого осталось всего три штуки. Сынок, уступи, - мужчина просительно посмотрел на ребенка. - Я с утра не курил. Дай! У Вилли стрельнешь потом, - жестко потребовал мальчишка. - Я тебе вообще тогда запрещу! Ишь, табака захотел! Да сколько тебе лет, молокосос?! – возмущенно спросил мистер Долнез. - Ты и этого не знаешь, - мальчик смачно выругался матом, схватил со стола пачку и дал деру… Уолтер проснулся оттого, что ему хотелось курить. Он почти физически ощущал этот голод. На душе было скверно. Ещё никогда воспоминания не являлись ему во сне. Тем более, так живо. Словно все произошло снова. Боль. Она всегда была частью его жизни. Но только сейчас он так обостренно чувствовал её. Потому что был слаб. А он ненавидел слабость. Мальчишка скрипнул зубами, злясь на самого себя и сжал кулак. И снова это ощущение, как будто под кожей все изранено. И как будто внутри него находится что-то чужеродное… Дверь в комнату скрипнула. Люси молча вошла, поставила поднос с чашкой кофе и пачкой сигарет на стол и направилась к выходу, пожимая губы и делая вид, что никого не слышит и не видит. Дворецкий усмехнулся и приподнялся на локтях. Ему было смешно. Она стеснялась его. Мальчишку, который на два года её младше. Он хотел было обратиться к горничной но вдруг почувствовал, как будто по тыльной стороне ладони что-то резануло. Подросток сел на кровати и взглянул на свою руку. На ней красовался свежий глубокий порез. Он сжал кулак и увидел, как надувается одна особо выступающая жила. Обжигающая боль – и жила словно лопнула изнутри. Ещё один порез. Изнутри. Ему было страшно. - Люси. Позови кого-нибудь! – дрожащим голосом попросил мальчик. - Что случилось? – обернулась горничная и с её лица слетела напускная задумчивость и отрешенность. - Это… я не знаю… то есть, ничего! Позови хозяина! Слышишь?! – он сорвался на крик. Как ни странно, девушка не стала расспрашивать ни о чем и торопливо выскочила за дверь… Уолтер ждал, отрешенно уставившись в стенку. Он не мог ничего сделать. Оставалось только надеяться на какое-то разумное объяснение всему происходящему. И ждать. Долнез перевел взгляд на свои руки. Свежие порезы ныли. Уолтер ещё раз сжал пальцы, натягивая кожу на тыльной стороне ладони и увидел, как в ране что-то блеснуло. Не кровь… - Что случилось? – в помещение вошел сэр Хеллсинг. - Это я вас хочу спросить, что случилось… - поднял глаза дворецкий. В глазах подростка читался страх и… укор. - Понимаешь, Уолтер… - замялся Артур. Он понял, что оттягивать момент истины больше нельзя. Но как сказать мальчику правду, чтобы тот все понял и не обозлился?.. – Ты теперь… не просто человек… - Что это значит? – перебил его Долнез. - Ты обладаешь нечеловеческой силой… Мы дали тебе её… Мальчишка опешил. Случись это с ним пару недель назад, Уолтер бы ни за что не поверил Артуру и покрутил бы пальцем у виска. Но теперь все было совсем иначе. Он верил сэру Хеллсингу. Не хотел, но верил… - Что ты со мной сделал, придурок?! Какую силу?! У меня кожа на руках лопается! Это ты называешь силой?! – он кинулся на хозяина и схватил его за грудки, но после этого рывка почувствовал такую слабость в теле, что сразу обмяк и почти повис, держась за ворот артурова пиджака. Сэр Хеллсинг неловким жестом погладил мальчика по голове и отстранил его от себя. - Успокойся, Уолтер. Все в порядке. Ты не дослушал меня, - Артур усадил его на кровать и похлопал по плечу. Речь его становилась все более уверенной. – Приляг, покой и отдых сейчас необходим... Операцию действительно делали для того, чтобы спасти твою жизнь. Но, помимо этого, наши медики имплантировали в организм тончайшие гарроты из серебра. Первое время, если ты будешь неосторожно двигаться, они могут разрезать кожу. Но со временем клетки станут толще и эластичнее… - Ты попроще можешь сказать? Я ничего не понимаю, - оборвал его Уолтер. Артур вздохнул, закатывая глаза к потолку и думая, что надо заняться образованием этого уличного мальчишки. - Под кожу тебе вживили серебряные нити. Это сильное оружие, но ты должен научиться им пользоваться. Кроме того, нужно время, чтобы они перестали рвать твою кожу. Произойдет адаптация… - Что? – голос дворецкого был сухим. Будто это было не с ним, а с каким-то незнакомым мальчиком. - Короче, жилы станут толще, и гарроты перестанут их травмировать, - с легким раздражением в голосе пояснил сэр Хеллсинг. – Ты даже не представляешь, насколько сильнее ты стал! Возможно, когда-нибудь твои нити смогут потягаться со способностями Алукарда! Уолтер немного оживился: - И долго мне ждать? Когда я смогу попробовать применить эту силу? - Через месяц…

Walterka: Глава 7. - Ха-ха-ха! И это все, на что ты способен, мальчишка?! – хохотал Алукард в лицо дворецкому. Уолтер стиснул зубы и снова выбросил нити вперед. Вампир издевался над ним уже третий час, а он все никак не мог его поймать. - Ты просто ничтожество! Куда тебе до шинигами?! – носферату исчез за секунду до того, как нити достигли его лица. – И зачем Артур читал тебе японскую мифологию? Не понимаю… Ты со своими жалкими способностями все равно никогда не будешь стоять рядом с богами смерти… Ха-ха-ха… - голос прозвучал прямо над ухом дворецкого. Нити свистнули в воздухе. Все произошло столь быстро, что Уолтер сам не успел заметить, как поймал руку вампира. Алукард замер и внимательно смотрел на мальчика. На лице его играла наглая улыбка. - Ну же? Что ты медлишь? – вампир явно издевался. - Всего одно легкое движение пальцев… Что тебе стоит? - Тебе не говорили, что шпионить – нехорошо?! – усмехнулся Уолтер. Взгляд его изменился. Он был не испуганным и не разъяренным. Он был торжествующим. Действительно, разве это не просто – дернуть за нити? Уолтер сжал пальцы. Рука вампира легко отделилась от тела и упала на пол. Из раны хлынула кровь. - На сегодня хватит. Тренировка окончена, - Артур, наблюдающий за происходившим из-за стеклянной перегородки махнул рукой. Алукард хмыкнул и регенерировал отрубленную конечность. - Что ж… это было неплохо, Уолтер… Кое-чему ты, наконец, научился. Злись, злись… Только так ты станешь настоящим Шинигами! – вампир расхохотался и растаял в воздухе. Долнез сжал кулаки. «Проклятье! Ну погоди! Я ещё до тебя доберусь!» В нем родилось какое-то странное желание. Резать все, что попадается на пути. И Уолтер ясно ощутил, что, чем больше врагов он перережет, тем лучше будет себя чувствовать… * * * - Кому и с какой целью понадобилось его убивать таким способом?! – Уолтер открыл дверь в кабинет сэра Хеллсинга, да так и замер. Артур, только что кричавший, застыл с перекошенным лицом. Напротив него в кресле восседал Айлендс с невозмутимой миной. Видимо, здесь происходил разговор, для ушей молодого дворецкого не предназначенный. После минуты неловкого молчания, Долнез, наконец, выдавил из себя: - Ваш кофе, господа, - дворецкий сделал легкий поклон, как его учили, и поставил поднос на стол. Артур, оправившись, кивнул. - Спасибо, Уолтер. Можешь идти. Последняя фраза прозвучала таким тоном, что лишь умалишенный не понял бы её истинного значения: «Иди, иди отсюда, мальчик!» Дворецкий смешался и поспешил к выходу. Но его разбирало жуткое любопытство. «Что произошло? Кого убили?» - хмурясь, думал мальчик, прикрывая за собой дверь. «А что, если…» - Уолтер несколько раз переступил на месте, имитируя звук удаляющихся шагов и приник ухом к замочной скважине. «Любопытство – не порок», - оправдал он свои действия и весь обратился в слух. - Артур, скажу тебе прямо. Как следует прошерсти свою команду! – раздался спустя несколько секунд голос Айледса. - Ты что, думаешь?!.. – сэр Хеллсинг не успел договорить, как Хьюго перебил его вновь: - Я ничего не думаю, Артур. Думать надо тебе! – многозначительно сказал член круглого стола и послышалось постукивание пальцев по крышке стола. – Это уже второй случай… Просто так подобные зверские убийства не происходят. Тот, кто занимается этим, действительно знает о способе убийства вампира. И не по дешевеньким романчикам! - Да с чего ты взял?! – вспылил Артур. - А вот взгляник-ка… - за дверью чем-то зашуршали. Повисла гнетущая тишина, и Уолтеру начало казаться, что за ним кто-то наблюдает. «Неужели Алукард?! Черт, как же меня раздражает этот кретин! Клянусь, я когда-нибудь начищу ему морду!» - между делом подумал дворецкий. - А-а-а! – возглас Артура перешел в злобное рычание. Да, молодой сэр Хеллсинг был весьма эмоциональным человеком. Он чиркнул зажигалкой и закашлялся. Похоже, слишком глубоко вдохнул дым. – Дерьмо!!! Ненавижу!!! - Оставь эмоции при себе. Мы не на людях. Что ты об этом думаешь? – надменным тоном спросил Айлендс. - Черт тебя дери, кретин! Я что, похож на актера?! – взорвался Артур, но тут же вспомнил, с кем разговаривает, и забормотал. – Извини… Неужели я тебе не говорил, что думаю об этом?! Понятия не имею, что за чертовщина творится в Лондоне. Но, клянусь, я это узнаю! - Кстати, ты нанял-таки дворецкого? Похвально, похвально, Артур. Наконец-то в женском коллективе прислуги появился хотя бы мальчишка. А то жирно было тебе одному… - Хьюго прервал свою фразу многозначительным смешком. Сэр Хеллсинг на этот раз решил обойтись нервным пыхтением вместо криков и возгласов. - А тебе не кажется, что это слишком жестоко по отношению к ребенку? – все тем же тоном спросил Айлендс. - Нет, - обрезал Артур. – Не вижу в этом никакой жестокости. Мы подобрали его с улицы. Теперь он сыт и одет. Имеет крышу над головой. Что ещё нужно желать для счастливой жизни? - Ты сам-то веришь в свои слова? - Верю! И ты в этом убедишься! - Что ж… Хорошо, посмотрим. Мне пора, Артур. Было приятно побеседовать. Всего доброго, - за дверью скрипнуло кресло, освободившееся от тяжести сидящего на нем человека и послышались стремительные шаги. Уолтер понял, что не успеет убежать и юркнул за колонну у лестницы. Айлендс прошел в полуметре от него, насвистывая себе под нос веселенький мотивчик и, хвала небесам, ничего подозрительного не заметил. - Уф… - облегченно вздохнув, дворецкий развернулся и… нос к носу столкнулся с ухмыляющимся Алукардом. - Шпионить нехорошо, - констатировал носферату. - Ах ты… - зашипел мальчишка. - Алукааард! – раздался окрик Артура. Уолтер испуганно дернулся, но сэр Хеллсинг не посчитал нужным встать с кресла, чтобы выйти в коридор и кричал, уверенный в том, что вампир услышит его и так. - Прошу прощения, но мне нужно идти. Хозяин зовет, - комично развел руками Алукард. – Но наша беседа ещё не окончена, дворецкий… Через пять минут Уолтер сидел на подоконнике в своей комнате и разглядывал прохожих, снующих мимо парадного входа в особняк. Счастливые, разгневанные равнодушные, одни спешили куда-то, другие – неторопливо прогуливались по улице. Созерцание их успокаивало и отгоняло неприятные мысли. Вот проходит мимо полная пожилая женщина, держащая за руку мальчика лет пяти и журит его за что-то. А вот молодой, но лысеющий мужчина с букетом цветов бежит вприпрыжку. А вот из ворот выходят Артур и Алукард. На вампире надет черный костюм, длинные волосы распущены по плечам, глаза закрыты от солнечного света темными очками. - Что?! – до мальчишки внезапно дошло, что хозяин уходит куда-то с вампиром. Он спрыгнул с подоконника. Взгляд дворецкого наткнулся на лежащий на полу разворот «Таймса». «Зверское убийство было совершено вчера по Квент-стрит. Молодой преуспевающий дипломат с Ленни Олдмэн был обезглавлен и лишен сердца…» Квент-стрит… Да ведь Уолтер там жил! Не долго думая, мальчишка выбежал из особняка, схватил из гаража велосипед и помчал к знакомой с детства улице… Ветер развевал волосы, отбрасывая их назад, рубашка пузырилась на спине. Мальчишка разогнался слишком быстро и осознал это только тогда, когда увидел в конце улицы фигуры хозяина и его вампира. Уолтер притормозил, пытаясь отдышаться. «Черт, он меня точно заметил…» - подумал мальчишка и привалился спиной к обшарпанной стене старого дома. Яркий дневной свет слепил глаза. «Кто я?» Найдешь ли ты когда-нибудь ответ на этот вопрос, мальчишка? В который раз ты его задаешь? В первый. Знаешь ли, сколько раз до тебя люди озадачивались подобным? Сколько бились лбом о стену, пытаясь понять самих себя? Чье-то жаркое дыхание обожгло ухо. Что-то грубое и шершавое коснулось шеи дворецкого. В лицо дохнуло гнилым смрадом. Мальчишка дернулся. Рядом стояло нечто отвратительное, отдаленно напоминавшее человека: темная, со следами разложения, кожа, длинные, грязные волосы, неровным слоем покрывавшие голову, лохмотья, которые раньше были платьем, а теперь превратились в сгнивший саван покойника. И – самое страшное – взгляд. Пустой, бездумный, мертвый. «Прокаженная?» - он все ещё пытался связать происходящее с реальностью. Уолтер в ужасе отшатнулся назад и наткнулся на что-то рыхлое. Его схватили гнилые, но сильные руки. Подросток начал яростно вырываться, мотая головой и вдруг обомлел. Откуда их столько взялось? Десятки прокаженных в глухом переулке Лондона? Нет, это уж слишком. Эти люди не больны. Они мертвы. Сердце бешено колотилось в груди, и его стук слился в монотонный гул. Крик. Корявые пальцы тянулись к лицу, безобразные голодные рты раскрывались, жаждя свежей плоти. Человеческой плоти. «Неужели я умру так бесславно? Из-за горстки каких-то… упырей?» Да, упырей, именно. Он вспомнил рассказы Артура и наглядные иллюстрации. Бездушные тела, ведомые лишь каннибалическим инстинктом. «Идиоты… Не люди… Ненавижу!» Рывок. Что-то чужеродное в теле задрожало. Оно рвалось наружу, и Уолтер чувствовал, как по телу пробегает дрожь. Нити являлись частью его тела. Они не могли быть одушевленными, что-то ими управляло, что-то звало их наружу. Что? Плевать, главное, что они были готовы к бою. И мальчишка не хотел этому противиться. Более того, он желал этой резни. Сверкающие лески стегнули воздух. Ещё рывок. Наконец, он дотянулся. Сталь пронзила бездушную плоть. Глаза Уолтера загорелись. Сейчас все было в его руках. Одно движение – и тело женщины распадется на куски. Будет ли это убийством? Нет. Чмок… Как просто. Как легко! - Великолепно! – воскликнул он и закружился в яростной, безумной пляске со смертью. Он сам был смертью. Шинигами!!! Упыри превратились в прах, а он стоял посреди этого, восторженно хохоча и не в силах остановиться. Дайте мне ещё десяток! Нет сотню! Я – сама смерть! - Браво, Уолтер, браво! – мальчишеский смех перекрыл хохот Алукарда. – Давно я не видел такого экстаза в бою! Может, из тебя когда-нибудь выйдет толк? – носферату хвалил дворецкого, но в голосе вампира слышалась лишь насмешка. Он забавлялся происходящим, как забавляется располневший и пресытившийся всеми прелестями жизни лорд вакханалией, в которую превратился один из светских вечеров. - Смешно? Тебе смешно, вампир?! – Долнез потянулся нитями к Алукарду. - Прекрати, Уолтер! Хватит! – Артур бежал к ним и орал во все горло. Похоже, сэру Хеллсингу совсем не нравилось происходящее. Куда делась его легкомысленность. Алукард обернулся на хозяина и усмехнулся. - Ты слышишь?! Остановись! Это приказ, дворецкий! – крикнул лорд, подбегая к мальчишке. А нити ждали продолжения драки. Они ждали настоящей крови… Ещё миг – и хозяин занял бы место рядом с упырями. Он же человек! Уолтер охнул и осел на землю. Он судорожно захватывал воздух ртом, словно долго тонул и только-только сумел выбраться на берег. - Д-да… сэр… - вымолвил он, в ужасе глядя на свои руки, испачканные чужой кровью. Что со мной было? Кто я? * * * - Шинигами… Как же ничтожна эта жизнь… И все эти людишки. Ты им не нужен. Так зачем они нужны тебе? Зачем, Шинигами? Плеск воды, струящейся на пол из душа, казался шепотом. Алукард? - Мне страшно… - сказал Уолтер вслух и вдруг осознал, что этот хриплый страшный голос принадлежал ему. – Это похоже на раздвоение личности… Черт… - нить сама вышла между указательным и большим пальцем. Он закусил ее зубами и глубоко вдохнул. - Значит, Шинигами, да? Мое второе я? Кажется, ты ничего не боишься, и тебе ничего не нужно… Я прав? - Правильно. Нечего терять и нечего бояться. Неужели до сих пор не понял? Не надоело еще сохранять остатки человечности? Ведь я давно не человек. Для того, чтобы быть им, надо, чтобы ты был кому-то нужен. А я – всего лишь инструмент. Марионетка. Даже ниточки появились. Марионетка тоже думает, что она живая. Она считает, что может выбирать сама. Но за нее все давно решил кукловод. Я не хочу оставаться безвольной куклой! Не хочу! - Хватит! – он сжал кулак, и нить, проскользнув между зубов, резанула по губе. – Я устал и не хочу ни о чем думать. Уолтер пренебрег полотенцем и, натянув одежду на мокрое тело, вышел из душа. В особняке было тихо. Вся прислуга уже спала, а хозяин, наверняка, готовил отчет для Айлендса. Событие на Ломин-Стрит, по словам Артура, оказалось делом рук какой-то странной организации. И все зацепки вели к тому, что это нацистская группировка, пытавшаяся прощупать почву в Лондоне. Более того, они не только знали о существовании вампиров и упырей. Они с ними сотрудничали. Во всяком случае, так считал сэр Хеллсинг… Долнез поднялся в свою комнату и открыл дверь. Было темно и тихо. Свет из коридора, просочившийся в дверной проем, образовывал на полу прямоугольное светлое пятно с ломанной вихрастой тенью посередине. Дворецкий вошел и замкнулся. Свет включать не хотелось. Просто рухнуть на кровать – и забыться. Но внезапно подросток почувствовал, что в этой комнате он не один. Его чувства сильно обострились за последние полгода, и Уолтер отчетливо слышал чье-то тихое дыхание. - Кто здесь? Тишина. - КТО ЗДЕСЬ?! – закричал он. Нити в его руках сверкнули, отражая слабый лунный свет. - Уолтер, не кричи, это я… - с его кровати вскочила маленькая тень и повисла у него на шее. Горничная Люси. Любимица Артура… – Хватит, Уолтер… - поцелуй обжег щеку. - Т… ты? – запинаясь, выдавил из себя он, слегка отстраняясь. – Что ты здесь делаешь? - Я… - похоже, она боялась отвечать. На служанке была легкая ночная сорочка – и ничего больше. Уолтера бросило в жар. Догадаться, зачем она пришла, была несложно. Пульс бился в виски. Подросток притянул её к себе и неумело поцеловал. Губы служанки были теплыми и мягкими. Её руки взметнулись вверх, обвивая шею дворецкого. Он почувствовал, как тонкие, но огрубевшие от вечной работы пальцы зарываются в его волосы. Нет, это было не страшно. Инстинкт есть даже у невинных. Долнез толкнул её на кровать. - Замерзла? – спросил он, тут же понимая, что этот вопрос донельзя смешной. Как смешны любые слова в такой ситуации. Одежда соскользнула на пол… Минута. Две. Три… Сердце то замирало, то начинало учащенно биться. Пульс, пульс, горячие лепестки поцелуев, осыпавшие тело, чужое тепло… - Я сумасшедший… - вдох. Пальцы гладят светлые волосы, разметавшиеся по подушке. - Ну и что?.. – ее ногти щекочут влажную спину дворецкого. Она улыбается. - Я - смерть… - вдох. – Ты знаешь, что это значит? - Я все знаю, Шинигами… - Тебе не страшно? – кривая усмешка. Уолтер понял, что снова теряет контроль. Не над телом, а над разумом. - Нет. Ты нужен мне, Шинигами… - она засмеялась, и в голове остался лишь туман… Шинигами? Уолтер? Какая разница? - Ты мне нужен, Шинигами… - Шинигами… - Ха-ха-ха… - Ха… Выдох… * * * Он курил, молча глядя в окно. Его переполняло счастье. Простое, животное счастье. Люси обнимала его за плечи. Да, она не была невинной девушкой. Но Уолтера это не могло огорчить. Он был рад этому. - Так значит… Ты все знаешь? Все? - Знаю, - улыбнулась Люси. Конечно, горничная мало что понимала. Она была далеко не самым интеллектуальным человеком. Но Уолтеру было достаточно одной фразы: «Ты нужен мне, Шинигами!». Второе «я» не было теперь врагом. Он знал, за что будет бороться… * * * 1944 год. За день до миссии в Польше. Из кабинета сэра Хеллсинга послышались звуки выстрелов и грязная ругань хозяина. - Сколько это будет продолжаться?! Ты оставишь его в покое?! - Бах!! - Хозяин, ты делаешь ошибку, - судя по голосу, вампир был абсолютно спокоен. Более того, он улыбался. – Я прав, и ты это понимаешь! - Бах!!! - Не тебе решать!!! - Бах! Бах! - Ты хочешь, чтобы я не смог сражаться, Артур? Во славу твоей Англии? – Алукард рассмеялся. - Заткнись! – звук падающего на пол пистолета. - Так уже лучше, хозяин, - меланхолично констатировал носферату. Что-то просвистело в воздухе. - Я не боюсь боли, Артур. Я ее не чувствую. Но разве ты не знаешь, что кровь – это моя сила? - Я это прекрасно знаю! - Бах!!! - А теперь… Пошел вон!!! Прямо сейчас!!! Я сказал – убирайся в таком виде! Если захочешь получить кровь обратно – сделаешь это в Польше!!! - Слушаюсь, Мастер! Что ж, это будет еще смешнее, чем я ожидал! – вампир захохотал. - Уолтер!!! – дворецкий услышал грозный окрик Артура как раз в тот момент, когда собирался наведаться в гости к Люси. Да, сэр Хеллсинг был явно не в духе. Медлить не стоило. Поэтому мальчишка, не раздумывая, помчался к кабинету хозяина. Когда он отворил дверь, его глазам предстало кошмарное зрелище: весь пол залит кровью; Артур, стоящий посреди кабинета, пытается вытереть рубашку, заляпанную бордовыми пятнами. Он плюется и тихо ругается матом, потому что костюм теперь безнадежно испорчен. - Хозяин? Что здесь произошло? - Не твое дело! – рявкнул лорд. – Уберите здесь! Ковер отвезите на свалку! Долнез втянул ноздрями воздух. Кисловатый запах крови… Его так любил Шинигами. - Здесь что, произошло убийство? – хмыкнул он, не обращая внимания на почти невменяемое состояние хозяина. - Проклятье! Я же сказал, не задавай идиотских вопросов, Уолтер!!! Не было никакого убийства! Это кровь Алукарда! Ясно?! - Ясно, - хохотнул Уолтер. Насмешливый юношеский басок раздражал Артура еще больше, поэтому он плюнул на пол и вышел из кабинета, стягивая с себя рубашку на ходу. - Завтра вылетаете, ты все помнишь, дворецкий? - Да, сэр Хеллсинг. Я все помню. И мне уже не терпится, - улыбка. Эта улыбка напомнила лорду оскал Алукарда перед боем и тот вновь злобно чертыхнулся.

Walterka: Глава 9. А он-то думал, что может все. Шинигами тоже когда-то проигрывают… Дворецкий хромал по направлению к комнате Люси. Сейчас ему не хотелось вспоминать ни Капитана, ни Алукарда, внезапно принявшего вид существа неопределенного пола. Не было никакого желания думать о том, что было после того, как носферату скрылся вместе с гробом, оставив Уолтера драться один на один с оборотнем… Но мысли упорно возвращали его к недавним событиям в Польше. «Вот они, кукловоды. Слабые, порочные, сами не способные ни на что. Они умеют только командовать. И им с радостью подчиняются такие глупцы, как мы. Я – марионетка. Всего лишь марионетка в их игре». «Почему я?!!» Он уже почти дошел и остановился у стены, чтобы собраться с мыслями. «Хватит…» - глубокий вдох… Уолтер распахнул дверь и вошел в комнату горничной. Тихо. Как-то слишком тихо. Так бывает, когда кого-то застают врасплох за шумным, бурным и постыдным действом. Одеяло на кровати вздымалось бугром, прикрывая чье-то тело. Точнее, чьи-то тела. Послышался смешок служанки. - Тсс! – шикнул на нее мужской голос. Из-под одеяла высунулась встрепанная голова Артура. – Уолтер, что ты здесь делаешь? Выйди вон! – он говорил сквозь смех, пытаясь сымитировать гневные нотки в голосе, но у хозяина это не слишком-то получалось. Лорд то и дело оборачивался на Люси. Долнез молча смотрел на это, закусив губу, и не смел сдвинуться с места. Шок. То, к чему он так стремился, рассыпалось в прах. Теперь ему стали понятны перемигивания хозяина и горничной и все их недосказанные фразы… Пустота. Бездонная, обволакивающая со всех сторон, поглощающая пустота. Казалось, словно он проваливается куда-то. Но приземлиться не суждено. Как не суждено и разбиться на дне этой бесконечной пропасти. Потому что дна не было. Потому что пустота была повсюду – куда не повернись. - Ты что, не понял? Выйди! Я занят!!! – донесся до него окрик Артура. - Уолтер, потом. Все потом. Уходи… - сказала Люси смущенным голосом, одновременно обняв сэра Хеллсинга покрепче. Подросток выскочил из комнаты и хлопнул дверью со всей силы. На глазах закипали несуществующие слезы. - Он все поймет… Он не маленький… - услышал он шепот. – Иди же сюда… Ты мне нужен… Артур… «Ненавижу!!! Я ненавижу тебя!!!» Уолтер бежал, забыв о боли в ноге, забыв обо всем. Быстрым движением он сорвал бинт, которым был перевязан ободранный лоб и бросил его на пол. Взгляд его упал на горшок с пальмой, стоявший у лестницы. Удар – и горшок покатился вниз, ударяясь о ступеньки с глухим стуком. Пальма вывалилась из своего вместилища, захватывая корнями комья земли и щедро сдабривая ими ковровую дорожку. «Ненавижу!!!» Впереди дверь. Пинок ногой – и она с жалким всхлипом открывается. «Ненавижу!» Уолтер с разбегу, не снимая ботинок, прыгнул на кровать и рухнул лицом в подушку. - Ненавижу, ненавижу, ненавижу!!! Ненавижу… - рычал он, съедаемый ревностью и осознанием собственной ничтожности. – Марионетка… ненавижу… - рык перешел в тихие всхлипы. Слезы катились по лицу. Веки налились свинцом. Он проваливался в сон. Такой же пустой и никчемный. Он сжимал в кулаках концы одеяла, словно пытаясь удержаться. Но ничего не вышло. Кукловоды снова дергал за нити. Кукловоды не спали никогда… Так какая разница, кому служить?.. Глава 10. Смерть. Прошел почти год. Все утряслось. Если можно так сказать. Гармония была безвозвратно потеряна, но Уолтер лицемерно улыбался Артуру, каждый раз входя в его кабинет; покрикивал на беременную Люси, оставшуюся последней служанкой в поместье (остальных сэр Хеллсинг как-то спешно уволил еще в 44 году, после того, как кухарка сболтнула своей знакомой что-то об организации по уничтожению нечисти) и бегал по поручениям. Он хорошо вжился в роль дворецкого. И сладкая ненависть, которую Долнез лелеял глубоко внутри себя, вырывалась наружу во время очередного рейда на вампиров. Ее звали Шинигами. И, лишь выплескивая её, он чувствовал себя по-настоящему счастливым. Иногда Уолтеру становилось страшно, но теперь моменты просветления наступали куда реже. Он не боялся своей тайной сущности. Он ее любил. Было обычное зимнее воскресное утро. За окном крупными хлопьями сыпал предрождественский снег. Война подходила к концу, и, несмотря на ежедневные трагические сообщения в газетах о потерях британской армии, жизнь англичан начинала входить в привычное русло… В комнату дворецкого вбежал взволнованный Артур. На его лице была написана явная растерянность и почти панический ужас. - Уолтер! Срочно! Беги за врачом! У горничной схватки! Долнез усмехнулся. - Как? Уже? – равнодушно пробасил Уолтер. Голос его прошел трансформацию и стал таким низким, что по сравнению ним баритон Артура казался детским тенорком. - Уже! Уже! Быстрее! Я не знаю, что делать!!! - Слушаюсь, - послушно кивнул парень, схватил пальто и пулей вылетел из комнаты. Он исправно выполнял приказы, несмотря на внутреннюю ненависть ко всему поместью Хеллсинг. Выбежав на улицу, он подскочил к спокойно курящему шоферу и заорал: - Поехали за врачом! Горничная рожает! Шевелись! Водитель выпучил глаза, бросил окурок на землю, и спешно отправился к машине. Как прошли следующие два часа, подросток помнил смутно – он бегал, суетился, повторял всем одно и то же по десять раз, хватал обедающего врача за грудки и то умолял поехать с ними прямо сейчас, то угрожал неминуемой расправой. И все это время Долнез не желал признаваться самому себе, что волнуется. Это было бы проявлением слабости. Наконец, мучения закончились, и слегка помятый доктор был доставлен к поместью. В особняке тоже была страшная суета. Впрочем ее создавал один лишь Артур. Он расхаживал по холлу взад-вперед и сейчас больше всего напоминал льва, загнанного в клетку. Заметив вошедшего врача, сэр Хеллсинг подскочил к нему и схватил за плечи. - Доктор, вы меня поймите, сделайте скорее что-нибудь, иначе я этого не выдержу! - Хорошо, хорошо, лорд. Я сделаю все, что в моих силах. Где ваша жена? - Жена?! – Артур поперхнулся. – Это служанка! Врач культурно промолчал и невольно повел бровью. Сэр Хеллсинг повел его в комнату горничной, а Уолтеру с шофером велел остаться в холле. Водитель вышел на порог, а Долнез присел на скамейку и достал сигарету. Дым вился кольцами перед лицом и приятно успокаивал. Хотелось, чтобы так было всегда. Мерцающий огонек перед глазами и мягкий дым. И ничего больше. Дворецкий не знал, сколько прошло времени. Он курил одну за одной, и уже начал кашлять от переизбытка табака, но остановиться не мог. Дым становился все гуще и гуще, обретая причудливые очертания. - Запах смерти… - раздался голос Алукарда прямо над ухом у Уолтера. – Тебе не жаль ее? – вампир расхохотался, возникая из дыма. Парень вздрогнул и поднял на него взгляд. - Что ты имеешь в виду, чудовище? - О-о, я много раз слышал такие слова в мой адрес, ты меня этим не удивишь, мальчишка… - улыбнулся Алукард. - Что случилось, вампир?! – Уолтер вскочил и сжал кулаки. Появилось ощущение чего-то страшного и необратимого. Алукард лишь покачал головой. Нити стали частью дворецкого и безошибочно реагировали на его импульсы. Вот уже носферату опутан ими, как шершень, попавший в сеть паука. Только вот шершень пауку не по зубам. - Ну дергай же за нити, мнимый кукловод! Шинигами! Дергай! Она умерла, Шинигами. Ведь ты так желал этого, не правда ли? Ты любил её и ненавидел. Но больше – ненавидел. Ты злишься… бог смерти… - последнюю фразу вампир произнес с явной издевкой. – Но тебе стоит злиться не на меня. Я всего лишь слуга… Как и ты. Мы оба служим своему хозяину. И мы с тобой – оба не люди. - Да что ты знаешь о людях, идиот?! – вскричал Уолтер. Его трясло. – Ты лжешь!!! - Нет, - вампир покачал головой с каменным лицом. И дворецкий понимал, что Алукард говорит правду. Так равнодушно и спокойно. Таким же тоном он просил принести ему пакет крови в подвал или рассуждал о людских нравах. - Чего ты ждешь? Дергай за нити. Может, выплеснешь, наконец, свою злость, Шинигами? Ты такой же, как и я. Мы оба – не люди. Иначе ты смог бы справиться с оборотнем, а не визжал бы, как девчонка и не плакал! - Сволочь! - Ну же! И вдруг Уолтера снова ударила обухом по голове мысль. «Ее больше нет!» И не было времени на пустые ругательства с вампиром и на воспоминания о зачистке в Польше. Он отпустил Алукарда и помчался наверх. Долнез забыл ненависть, забыл обиду. Сейчас ему хотелось только одного – увидеть ту женщину, которая подарила ему тепло. И плевать, что произошло за все это время. - Ты опоздал, Уолтер! Она хотела, чтобы ты ее простил, мальчишка. Но она никогда не любила тебя. Она никого не любила. Это слишком пустое существо. К этому ли надо было стремиться, Шинигами? – крикнул ему вслед Алукард. - Заткнись… - прошипел Уолтер, не оборачиваясь. Он бежал так быстро, глядя себе под ноги, что не заметил, как налетел на Артура, шедшего навстречу. Тот был мрачнее тучи. - Не ходи туда, Уолтер, - бесцветным голосом сказал сэр Хеллсинг. - Я хочу! - Нет, - хозяин сжал его плечи. - Пропустите, сэр! – упрямо повторил дворецкий, вырываясь. И лорд не стал его держать. Капли пота стекали по спине, волосы растрепались. «Не умирай… Только не сейчас... Неужели это так быстро?» «А ты помнишь, как ты убивал? Неужели надо так много времени, чтобы лишить кого-то жизни?» - ответил он сам себе и похолодел. Рука его уже держала ручку двери, как год назад. Он долго не решался войти, но, наконец, шагнул туда. Уолтер бросился к кровати, на которой лежала бледная и похудевшая Люси. Рядом стоял доктор, комкая багровую простыню. Долнез не хотел туда смотреть. Не желал видеть то, что было в руках у врача. Парень собрался было обнять служанку, но прикосновение к холодной восковой коже обожгло ему пальцы. Лицо горничной было строгим и абсолютно неживым. Будто кто-то подменил эту вечно улыбчивую девочку на бездушную куклу. Красота исчезла вместе с жизнью… Ему стало страшно и противно одновременно. Уолтер отшатнулся от Люси и вышел в коридор, не глядя перед собой. Теперь он был похож на Артура. Зомби. Без чувств. Без мыслей. Без эмоций. В холле он накинул пальто, взял сигареты и вышел на улицу. Он слонялся так до самого вечера, постепенно приходя в себя. Рождественский снег теперь казался вовсе не праздничным, а погребальным. Он устилал дорогу белым покрывалом, похожим на свежий саван, и Долнез нещадно топтал его ногами, сминая эту иллюзию. Да, Алукард был прав. Уолтер любил ее. Наверное, Люси была недостойна любви. «Ты нужен мне, Шинигами…» - дворецкий любил ее только за эти слова. Но этого было достаточно… «Ты во всем виноват, Артур…» - подумал подросток. Ему хотелось плакать. Но он не мог. Казалось, слезные железы перестали выполнять свою функцию навсегда. Не было ни Люси, ни ее ребенка. Они погибли во время родов. Такое часто случается, а что поделать?.. Пустота… Пустота и смерть… Вокруг – только смерть. И не важно, кто вершит этот суд. Кто решает, жить человеку или нет. Смерть всегда найдет тебя… Глава 11. Ich weiss. - Злись, злись, мертвый бог! Ты уже ничего не сделаешь! Но мы еще можем поиграть в последний раз. Ты, глупый мальчишка, никогда не менялся! – Алукард стоял перед ним в том же белом костюме, в каком Уолтер его впервые увидел около шестидесяти лет назад. Дворецкий встал с земли и ощупал лицо, испещренное ранами. Кожа шипела, разъедаемая изнутри серебром. Тело не могло так быстро регенерировать, и оно восстановилось лишь до той формы, в которой раз и навсегда закрепились нити в жилах дворецкого. Он стал подростком. Под ногами валялись клочья отрезанных волос. Уолтер стиснул зубы. «Мне не выиграть этой битвы… Но я всегда об этом мечтал… Ты сдулся, Алукард. Тебе уже не хватает сил. Ты не можешь сохранять свой привычный облик». - Ну что, позовешь на помощь гроб и слиняешь, как тогда? – Уолтер криво усмехнулся, и кожа на лице засаднила с новой силой. - Ха-ха-ха… ты до сих пор не набрался ума, Шинигами! Только человек способен убить истинное чудовище! Неужели не понял? Только ты мог победить капитана! Но ты не победил, Уолтер. Ты отказался от человеческой сущности уже тогда. И я это знал. - Знал?! Так что же ты меня не остановил? – Долнез расхохотался ему в лицо. - Зачем? Мне всегда было забавно наблюдать за тобой… - ухмыльнулся вампир. – К тому же, Артур мне никогда не доверял, а при Интегре ты почти остепенился… Но ты не стал человеком, нет! Это невозможно, Уолтер. Ты еще раз доказал это, когда предал! И я даже не стану добивать тебя. Мне противно пить гнилую кровь изменника. Ты и сам скоро погибнешь. Чувствуешь, Шинигами? Смерть всегда приходит. За всеми! - Не обольщайся, вампир! За тобой она тоже придет! - Я знаю, - на лице Алукарда снова заиграла улыбка. – И не ты освободишь меня от этой муки! Это произойдет нескоро, очень нескоро, Уолтер… Я только одного не могу понять… Почему ты предал именно сейчас? Ты так долго притворялся верным слугой… Не ты ли любил Интегру, как родную дочь? - Тебе не понять меня… Может, я и не человек… Но я и не чудовище! - Верно, не чудовище. Ты – марионетка. Всего лишь марионетка с нечеловеческими способностями. Может даже не предатель, нет… Предают с какими-то целями. А марионеткой может попользоваться любой. Её мнения не спросят. Потому что у неё нет своего мнения. И ты знаешь, что я прав, Уолтер. Как же он ненавидел эту фразу. «И ты знаешь, что я прав...» Долнез действительно любил Интегру. Вряд ли из-за внешнего сходства с той горничной. Скорее, из-за того тепла, которое она всегда испытывала к нему. Она плакала, когда смотрела в его глаза. Как же трудно было тогда скрывать эмоции. - А-ха-ха… А из Полицейской еще выйдет толк. Капитан мертв. Глупая, наивная Виктория Серас сделала то, чего ты сделать не смог! – расхохотался вампир, вскидывая руки. Кровь, залившая площадь устремилась к его ногам. Он собирал свои силы обратно «Идиот…» - подумал дворецкий. - Я не предатель… - Уолтер поднял голову вверх и увидел, как вниз падает обезглавленный Шредингер… Он все понял. Еще немного – и армия душ Алукарда станет слишком большой. Его просто разорвет изнутри. И что же останется? Тысячи слуг, ненавидящих своего хозяина и «голый король». Интегра уже идет к этому жирному монстру, который считает себя человеком. Скоро она останется совсем одна. Против армии Миллениума. Глупцы… «Я должен был это сделать…» ФРИК-чип отреагировал на его мысли и пискнул. «Крестовина, к которой прикреплены нити, дает о себе знать. Она стала на самом деле материальной… Подожди еще немного, кукловод… Ты все узнаешь...» Писк чипа, слышимый только Уолтеру и Доку, сидящему за пультом, уже не смолкал. «Наверное, на мониторе сейчас возникнет надпись вроде «Ситуация критическая! ФРИК № 20 вышел из-под контроля. Самоуничтожение!» Наверное… Да, сделайте это, я хочу, чтобы так было… Я очень устал…» Нити взметнулись вверх и, подхватив Шредингера, отбросили его в сторону. Жар… Как много лет тому назад. Уолтер стиснул зубы, пытаясь удержать ускользающую нить сознания. - Ты все равно выживешь, вампир… Я тебя ненавижу… Но я тебе помогу… Защитить… хозяйку… Он бросился на Алукарда… Жар… Терпеть больше невозможно. - Не будь таким жадным, вампир… Зачем тебе все эти души? Жар… - И ты знаешь, что прав я… Взрыв… Do I want to be forgiven? No… I want to be forgotten.

Tremi: Да! Я надеялась, мечтала, верила, что увижу это произведение, относящееся к одному из любимейших, здесь!! Я воздвигну памятник, хотите? Алтарь? Храм? Все, что пожелает ваша душа!

Walterka: Tremi пишет: относящееся к одному из любимейших Вгоняете вы мну в краско)))

Tremi: Walterka У меня только один вопрос: а еще что-нить есть?)))

Walterka: Tremi, драбблы есть)

Tremi: Walterka пишет: драбблы есть) Все! Все сюда!! В срочном порядке!!! *в глазах появился лихорадочный блеск*

Белая Волчица: Снимаю свои уши перед автором. Шедеврально и так живо. Браво, Браво!!!



полная версия страницы