Форум » All you need is love » Восточные колориты (G, романс, АУ, Алукард/Интегра) » Ответить

Восточные колориты (G, романс, АУ, Алукард/Интегра)

Светозарное Лео: Название: Восточные колориты Автор: Лео а.к.а. Егорьевская Шахерезада Рейтинг: G Жанр: АУ, романс Персонажи: Алукард, Интегра, Серас, Рип, Уолтер От автора: фик зародился как ответ на заявку на флафф-фесте Заявка (содержание): АУ. У Алукарда есть гарем: рыжая (Селас), брюнетка (Рип ван Винкель) и блондинка (Интэгра) - который борется за право быть "любимой женой". Бета: Натали Консультант: Мелисса Первый восточный колорит Всё и сразу Когда настала ночь, красавица Шахерезада, поигрывая на лютне, начала новую сказку, дабы умилостивить своего господина: - Дошло до меня, о счастливый царь, что был один вельможа среди вельмож, и был он очень богат и знатен. Был у него огромный дворец, что сверкал в лучах рассветного солнца. Было у него великое множество слуг, что слушались его так, что готовы были прыгнуть в кипящее масло по его приказу. Был у него гарем, самый прекрасный из всех гаремов на свете. Три жены, чьи луноподобные лики украшали дворец, славились умом и красотой, и даже сам аллах, высокий и могучий, мог бы позавидовать вельможе и пожелать себе такой гарем. Была среди них жена высокая и смуглая, с длинными, белыми волосами, подобными пене морской. Другая жена была фигурой богата, и волосы ее рыжие сверкали, будто лучи жаркого солнца. Третья жена была высока, стройна, словно кипарис, и волосы ее были черны, как самая темная безлунная ночь. Жили эти жёны в достатке и довольстве, но только мир между ними был хрупок, как сила ифрита перед гневом аллаха, потому что каждая из них втайне хотела стать любимой женой своего господина. *** Во дворце было жарко. Беспощадный солнечный свет проникал сквозь огромные окна в светлую залу, отражался от белого мрамора стен и голубой глади воды в бассейне, зарывался в теплый ворс ковров на полу и обжигал многострадальные тела тех, кому пришлось коротать этот полдень во дворце почтенного вельможи. Не смотря на прохладу воды и подрагивания опахал, девушки страдали от жары и духоты, от чего их характер портился и они нещадно гоняли рабов по разным пустяковым поручениям. Смуглая блондинка лежала на ковре, и юная испуганная рабыня старательно делала ей массаж, умасливая ее тело благовониями. Рыжеволосая девушка плескалась в бассейне, а стройная брюнетка расслаблялась на широкой и мягкой скамье, с наслаждением подставляя лицо ветру от опахал. Евнух подобострастно подносил им огромные подносы с фруктами и щербетом, но ничто не могло вызвать улыбку на лицах девушек. Если не брать во внимание плеска воды и пыхтения рабов, усердно размахивающих опахалами, в зале царила полная тишина. - Жа-арко, - жалостливый стон брюнетки повис в перегретом воздухе. Остальные девушки синхронно кивнули. - А когда мы с Господином проводим ночи вместе, нам еще жарче! – рыжеволосая хвастливо подала голос из бассейна. Брюнетка и блондинка переглянулись и прыснули в кулачки. - Смотри не растопи его своей страстью, - насмешливо изрекла брюнетка. – Как бы ты ни старалась, его сердце принадлежит мне. - Тебе? – удивленно переспросила блондинка, резко приподнимаясь на ковре. Рабыня испуганно отпрыгнула и чуть не разлила благовония на ковер. - Осторожно, презренная, - прикрикнула светловолосая. – Эти благовония стоили Господину целых три дюжины самых лучших верблюдов! Рабыня с удвоенным усердием продолжила массировать спину госпожи. Расслабившись под умелыми прикосновениями, блондинка продолжила: - Его сердце принадлежит мне и только мне. Горячими ночами я становлюсь его госпожой, а он подчиняется каждому моему приказу. Он стремится доставить мне удовольствие, я лишь разрешаю ему касаться своего прекрасного тела. Ему нравится такая игра, поэтому Господин – мой. - Это неправильно! – гневно воскликнула рыжеволосая, выходя из бассейна и заворачиваясь в широкое полотенце, которое подал ей угодливый раб. – Господин должен всегда оставаться господином, и когда настает мой черед ублажать его, я выполняю все его пожелания и доставляю ему неземное наслаждение. Я играю на струнах его души, словно на ситаре, и он дрожит от моих прикосновений. - Послушайте меня, о слепые сестры мои, - подала голос брюнетка, давая знак рабам, чтобы они махали опахалами еще быстрее. – Не господин и не раб, но воин и доблестный муж! Когда ночи принадлежат нам, перед Господином предстает не рабыня и не госпожа, но противник, кого надо завоевать. Господина разжигает мое сопротивление, а с вами ему скучно! - Как Господину может быть скучно, когда перед собой он видит вот это? – рыжая решительно тряхнула волосами, сбросила с себя полотенце и победно осмотрела соперниц. Лучи разгоряченного солнца бесцеремонно ощупывали ее влажное обнаженное тело. Блондинка рассмеялась: - Когда ты не можешь похвастаться воспитанием, образованностью и умением вести интересные беседы, тебе ничего не остается, кроме как показывать свои груди. Рыжая стыдливо прикрылась полотенцем, не найдя достойного ответа. - Господин любит вести беседы, - согласилась брюнетка, - например, мы разговариваем с ним о военном деле. - А мы о политике, - добавила блондинка. Рыжая лишь плотнее закуталась в полотенце, не проронив ни слова. *** Рассвет застиг Шахерезаду на середине повествования, и она прекратила дозволенные речи. Когда она собиралась удалиться в свои покои, царь остановил ее: - Послушай, о сказительница, кого же выбрал сей достойнейший вельможа? - О счастливый царь, - был ответ, - сей вельможа не любил и не умел выбирать, он брал всё и сразу. - Правильно, - согласился царь. Второй восточный колорит Трудный выбор Когда Луна окрасила призрачным блеском дворец царя, пришла пора Шахерезаде продолжать свои сказания. Коснувшись пальцами легких струн лютни, которые отозвались нежной мелодией, прекрасная сказительница заговорила: «Рассказывают, о, великий царь, что настало время знатному вельможе подумать о наследнике, кому он мог бы передать свое неизмеримое богатство, прекрасный дворец и торговые суда. Ему предстояло совершить выбор, избрать из трёх своих жён лишь одну достойную выносить и родить для него сына. Нелегкий выбор стоял перед ясноглазым вельможей, ведь все жёны были по-своему красивы, достойны и мудры. И каждый день, когда над дворцом его из белого мрамора наиболее ярко светило солнце, светлоликий вельможа любил лежать у своего прохладного бассейна и размышлять о выборе. Черные волосы выбивались из шелковой чалмы его и трепетали от легкого ветра, создаваемые опахалами, которые мерно покачивались в руках преданных рабов. Вельможа довольно щурил глаза, отправляя себе в рот очередную виноградину с огромного золотого блюда. Лишь одна мысль серой тучей лежала на челе достойного мужа. Он не умел и не хотел выбирать, потому что любил присваивать себе всё, но здесь задача не желала покидать утомленный разум расслабленного господина, словно сам злой шайтан нашептывал ему о делах неотложных. Вельможа поморщился, будто проглотил кислую ягоду, и позвал к себе главного евнуха, который следил за слугами его жён. Тотчас на зов пришел высокий, худой евнух, черные волосы его были забраны в длинный хвост, а в глазу блестело иноземное стекло, позволяющее подслеповатому старику хорошо видеть. Прежде чем пересечь порог залы, евнух поклонился до земли и прошамкал беззубым ртом: - О, великий господин, разреши мне приблизиться к тебе. - Подойди, презренный, - позвал его вельможа, великодушно махнув рукой. Со склоненной спиной евнух приблизился к господину, молча ожидая приказов. - Расскажи мне, ничтожный, о чём говорят мои жёны в моё отсутствие? - О, величайший из великих, блистательнейший из блистательных, твои великолепные жёны восхваляют твою красоту и твою мудрость. Вельможа довольно кивнул и щелкнул пальцами, приказывая рабу очистить для него банан. Откусив кусок, он с набитым ртом обратился к евнуху: - Что расскажешь ты о сребровласой жене моей, мой жалкий раб? Евнух поклонился еще ниже, начиная свой рассказ: - О, мудрейший из мудрых, среброволосая жена твоя восхищается тобой, она преданна тебе и готова ради тебя отдать жизнь свою и окружающих. Среди жён твоих она верховодит, и все её слушаются: и рабы, и вольные. Хвастается она также, что, когда остается наедине с тобой, о, величайший из великих, любит она над тобой властвовать, будто не господин ты ей вовсе, но раб. Нахмурил брови богатый вельможа, задумался. Не понравилось ему, что разболтала жена его о том, что происходит за стенами его покоев по ночам. Но как сладко ему притворяться рабом сребровласой жены своей, как приятно выполнять каждую ее прихоть, класть виноград в ее зовущий рот, языком щекотать ее шелковые ступни! Не захотел вельможа прекращать сии ночные забавы, но решил он временно охладеть к жене своей, дабы научить ее не распускать свой острый язык. Пусть запомнит, что их игры должны быть известны лишь им обоим и Аллаху всезнающему. Покачал головой вельможа и приказал евнуху, который стоял рядом, согбенный и покорный, поведать о второй любимой жене его, рыжеволосой простушке. Евнух поклонился еще ниже и повёл речи пространные: - О, светлейший из светлых, рыжеволосая жена твоя умом коротка, но телом богата. Преданна она тебе, как послушная собачонка, повсюду пойдет за тобой, даже в шайтаново логово. Всем говорит речи восторженные о твоем великолепии, мудрости и щедрости. Слушается она твою жену среброволосую, но тайно ей завидует. С женой же твоей темноволосой ведёт лицемерную дружбу. Кивнул опять вельможа, размышляя. Не для мудрых бесед призывает он свою жену рыжеволосую, ибо не способна она на них. А имеет она способность великую ублажать своего господина, даруя ему наслаждения неземные, что даже гурии не сравнятся с ней в ее умении. Умеет она ублажать очи мужа своего танцем живота, уста его – сахарными поцелуями, тело его – ласками умелыми и робкими. Все прихоти господина готова исполнять она, забывая свои желания. Но нечасто призывал вельможа жену свою, чьи кудри сверкали, словно полуденное солнце, ибо скучал разум его, когда тело его стонало от ее прикосновений. Надоедало вельможе говорить о сластях и о шелках со своей женой, ведь не было у нее знаний ни о политике, ни о торговле, ни о военных делах. Каждый раз, когда входила она в его покои, называла его Хозяином и следила за каждым его жестом, внимала каждому его слову, готовая тут же сорваться с места, ради одной его одобрительной улыбки. Но такое раболепство успело наскучить вельможе, потому что не любил он однообразия, но любил внезапность и неожиданность. - Расскажи же, - обратился он к евнуху, который стоял пред ним, подобно каменному истукану, - о третьей жене моей, черноволосой воительнице. Еще ниже согнулся раб, касаясь руками мраморного пола, и заговорил дребезжащим голосом: - О, храбрейший из храбрых, третья жена твоя, чьи волосы отливают синевой, словно воронье крыло, ходит в мужских одеяниях. Высокая она и нескладная, мало в ней тела, но много храбрости. Уважает она тебя, о, великий из живущих, но не как господина, но как воителя. Любит она тебя, но не как супруга высокородного, но как достойного соперника. Рассказывает она, что дух ее строптивый тебе еще предстоит усмирить. Еще раз кивнул вельможа, подбрасывая гранат одной рукой. Вспомнил он, как бурлит его кровь каждый раз, когда входит к нему жена его темноволосая, непокорная. Ищет он в глазах ее отблески упрямства и ненависти, но в глубине их находит страх и обожание. Находит вельможа дикое удовольствие в попытках одержать победу над духом ее, но играет он с ней, словно кошка с мышью, потому что давно бы смог стереть ее в порошок, если бы хотел. Но намного интересней ему вести игру, держать ее на кончике когтей, не отпускать, но и не душить до смерти. Довольно щурится вельможа, поддаваясь жене своей в ее игре, даруя ей мечты о ее победе. Любит он рассуждать с женой своей гордой о делах военных, о политике с иноземными странами, советоваться, на какое государство гнев свой обрушить, а с каким заключить мирный договор. Никогда не подводила его жена темноволосая, но чувствовал вельможа, что не может он ей полностью довериться, потому что полные злобой взоры бросает она на него, когда думает, что тот не видит. Взмахнул ухоженной рукой вельможа, отсылая евнуха. Когда его согбенная спина скрылась из виду, вздохнул господин и откусил грушу, слизывая сладкий сок. Нелегкий выбор стоял перед ним, непростую задачу подкинул ему всеведущий Аллах. Как же выбрать достойнейшую из трёх, если все жёны его были по-своему хороши? Отбросил вельможа фрукт и потянулся к кальяну, надеясь, что грёзы помогут ему в решении. В дымке возникли пред его мысленным взором все три его красавицы. Первая манила его взором властным и серебром волос. Вторая кокетливо поправляла короткие рыжие кудри, чуть приоткрывая рот, чтобы уловить важные слова своего господина. Третья победно ухмылялась, приглаживая черные, как смоль, волосы. Представил вельможа темноволосую жену свою, как мать наследника своего, и поморщился недовольно. Не мог он доверить ей воспитание своего сына, не мог он полагаться на ее безграничную верность. Представил вельможа рыжеволосую жену свою, как мать наследника своего, и головой покачал с грустью. Мечтал он, чтобы сын его был юношей на ум богатый и на решения скорый. Не могла жена его подарить наследнику разум пытливый. Представил вельможа среброволосую жену свою, как мать наследника своего, и радостная улыбка озарила его лик. Властной рукой воспитает она сына, одарит его своей решительностью и смелостью. Плечом к плечу станут они достойными родителями достойного наследника, кому с легким сердцем сможет передать вельможа своё неизмеримое богатство». Когда круглоликая Луна удалилась на покой, уступая месту своему солнечному собрату, замолкла лютня прекрасной Шахерезады. Помолчал царь, раздумывая над выбором вельможи. - Скажи мне, о, мудрая сказительница, - обратился он к Шахерезаде, - что же остальные жёны? Прогнал их вельможа? - О, добрейший из добрых, - ответствовала та, поднимаясь с ковра, - как говорила я тебе, любил этот вельможа брать всё и сразу. Оставил он своих жён, потому что любил он развлекаться с ними по очереди. Он лишь приблизил к себе среброволосую жену, даруя ей своё семя. Кивнул царь, отпуская Шахерезаду. Оставшись один, подумал он, что и ему настало время подумать о наследнике, подобно вельможе. Вот только выбор перед царем был намного сложней – нелегко выбрать достойную среди двух сотен жён и пяти сотен наложниц. Третий восточный колорит Неправильный выбор – ревизитид Когда усталое дневное светило ушло на покой, отдав правление бледноликой сестре своей, и прекрасная Шахерезада пришла в покои царя, чтобы продолжить свои сказания, спросил ее великий царь: - Скажи мне, о, мудрая сказительница, что же остальные жёны знатного вельможи? Прелестная девушка лукаво усмехнулась, ущипнула тонкими пальцами струны своей верной лютни и с поклоном отвечала господину: - С любовью и охотой поведаю я тебе, о, великий царь, о дальнейшей судьбе тех жён, коими пренебрег светлоликий чиновник. Рассказывают, что та жена, чьи черные, длинные волосы, словно волны, растекались по плечам, не могла смириться с поражением. Была она духу несгибаемого и не могла отступить пред желаниями господина. Замыслила она в бою доказать мужу своему высокородному, что лишь она заслуживает предпочтение. Расстилались перед ней три дороги, три возможности проявить себя в битве: собрать войско и двинуться на враждебные земли, дабы кинуть к ногам хозяина все завоеванные трофеи; сразиться со сребровласой подругой своей, дабы честный бой рассудил их и указал на достойнейшую; либо сразиться с самим мужем своим, дабы отомстить ему за позорное невнимание. Жена сия была наделена умом необычайным, поэтому не спешила она с решением, не позволяла оскорбленному духу довлеть над расчетливым разумом. Три дня и три ночи размышляла она, пока не нашла правильный выход. А задумала она с саблей в руке ворваться в покои хозяина своего, который не заслуживал столь прекрасной спутницы. Никогда не ошибалась она до того мига, когда с оружием и боевым кличем вбежала она к мужу своему. Не знал никто, что был ее муж, сей светлоликий вельможа, не простым смертным, но истинным сыном шайтана, чья сила и скорость уравнивались со способностями десяти сотен самых доблестных воинов. Не успела воительница взмахнуть саблей, как подскочил к ней демон, шайтанов сын, выбил клинок из ее рук и вонзил зубы ей в шею. Так и погибла жена неразумная, осмелившаяся пойти против решения своего господина. Долго плакала и стенала жена третья, как узнала о гибели подруги своей. Не могла она смириться с несправедливым выбором господина, но беседы с темновласой воительницей утешали раньше ее израненное сердце. Так лишилась она сразу и расположения мужа, и общества сестры своей названной. Дни и ночи рыдала рыжеволосая красавица, не вставая с одинокого ложа, пока не пришел к ней во сне дух ее подруги и не возопил о мести. Поднялась решительно прелестница, загорелись очи ее огнем недобрым. Задумала она отравить сребровласую соперницу, причину всех своих бед и несчастий. Мечтала красавица рыжеволосая остаться единственной женой своего господина, ведь любовь к нему пылала в ее сердце. Зачерствел ее дух, покрылся коростой – не жалела она той, кем была готова пожертвовать ради своего будущего счастья. Направила она стопы свои в кладовую, где хранился крысиный яд. Все рабыни, попадавшиеся ей на пути, не смели поднять на нее взгляд: так ослепляюще сверкали ее глаза, так пугающе горели огненно-рыжие волосы ее. Наконец, добралась мстительница до кладовой и нашла злополучный мешочек со смертью. Незамедлительно собиралась она насыпать опасное зелье в сосуд с вином и принести его сребровласой сопернице, но не успела она совершить злодеяние, ибо помешал ей разгневанный муж, который был наделен магической силой читать мысли других людей. Желая защитить избранницу свою и наказать рыжеволосую несчастную, обратил он последнюю в себе подобную, дабы служила она ему преданно и ходила за ним тенью. С тех пор и по сей день живут и здравствуют знатный вельможа, жена его сребровласая, мать сына его, и их преданная рабыня». Восходящее солнце осветило прелестную Шахерезаду, произносящую последние слова. Оборвала она сказание, встала, поклонилась царю и неслышно вышла из его покоев. Неподвижно сидел царь, обдумывая услышанное.

Ответов - 11

Annatary: Светозарное Лео, отлично! С переписанным третьим фрагментом, имхо, стало еще шикарнее, "цельнее" по стилю. Отличная стилизация, поздравляю!

Светозарное Лео: тари, это не мне похвала, а Мелиссе за пендель. ))) я рада, что ты одобрила. п.с. ты когда-нить ко мне в аську заглянешь? затосковалась я без тебя!

Мари де Фолль: Вот! Вот оно! Кусочки мозаики слились воедино. И про всех жен теперь рассказано, и повествование цельное. Впечатляет! Цветы в студию вам, девушки ;)

Шинигами: Это было прекрасно от первого рассказа и до последнего, уря)

Светозарное Лео: девочки, спасибо. аффтару приятно

НатаЛи: здорово.) этот вариант, конечно, правильней вписывается в общий стиль.))) молодца, Лео! порадовала.

Raven Gray: Написано красиво. Но жалко двоих - Рип и Уолтера... за что ж вы их так, автор?

Урсула: Спасибо! Заставили меня улыбнуться! Алукард - султан!

Светозарное Лео: Raven Gray, простите насчет Рип и Уолта, они сами. )) Уолтер вообще мой любимый персонаж Хеллса, так что, как говорится, кого больше всего любим, тех и мучаем.

MasKare: Аа,так красиво и так печааально(для меня лично) чуть не расплакалась.. а насчет"кого больше всего любим, тех и мучаем." это дооо,тема.

ILDARNOSFERATYALYKAR: Я прочитал много ваших ( извеняюсь что на ваших а не твоих) фанов и этот как всегда так сказать утешил



полная версия страницы