Форум » Ни дня без приключений » Правда о тебе (R; adventures; "Хеллсинг", А\И) » Ответить

Правда о тебе (R; adventures; "Хеллсинг", А\И)

Фьоре Валентинэ: [off]Сам автор рейтинги не проставил, так что не рискую, и пока ставлю минимум.[/off] АВТОР: DuchessRaven НАЗВАНИЕ: True to you (http://www.fanfiction.net/s/2839913/1/True_to_You) ПЕРЕВОДЧИКИ: Фьоре Валентинэ (Fiore140@ya.ru) и Светозарное Лео РЕЙТИНГ: R ЖАНР: Аdventures, Humor, Drama, ООС ПЕРСОНАЖИ: Алукард\Интегра, Уолтер, Виктория\Пип, Максвелл, Андерсон СТАТУС: закончен СОДЕРЖАНИЕ (перевод слов автора): В восьмом томе есть сцена, где Алукард погружается в воспоминания о времени, когда он был ребёнком (князь Дракула в тринадцать лет был в заключении у султана), и с ним очень плохо обращались. Раду - младший брат Влада Дракулы. Они оба были в тюрьме. Кроме того, в этом возрасте он был христианином (так сказано в манге) *в оригинальном переводе Влад назван католиком - прим.*. В общем, что-то случается, и Граф возвращается к этой форме, думая, что ему тринадцать, что идёт 1444 год, и что он в плену у султана. Единственный человек, которому можно доверять, который ухаживает за ним - кто бы вы думали? - Интегра. Да, это АхИ. Нет, никакой педофилии. ОТ ПЕРЕВОДЧИКОВ: Разрешение на перевод получено не было. Ожидается ответ автора. Запрещается размещать этот перевод без оригинальной шапки и без разрешения обоих переводчиков.

Ответов - 69, стр: 1 2 All

Фьоре Валентинэ: Глава первая. Первым, что он увидел, проснувшись, была темнота. В первые минуты ему показалось, что он просто забыл открыть глаза, но стоило моргнуть, как стало понятно, что всё это время они были открыты – просто столь непроницаемой была темнота. «Я умер», - подумал он. Но ведь это неправда? Он согнул пальцы на руках – все они чувствовались, все десять. Затем на ногах – тоже чувствовались. Вряд ли мёртвый будет это ощущать, однако ему всё также, как во сне, было трудно дышать. - Раду? - позвал он, почти перейдя на шёпот, потому что если султан рядом, то наверняка проснётся и непременно разозлится. Быть может, он всё ещё в этом душном месте, потому что разозлил его светлейшество. Он не помнил точно… Кровать, на которой он лежал, была покрыта мягкой и приятной тканью, но была не очень удобна, хотя спальное место султана должно было быть комфортным. Воспоминания нахлынули, в горле сжался тошнотворный ком - он пытался не думать о том, что произошло. Он попробовал сесть, но получил «мягкий» подзатыльник и, ударившись головой об стену, медленно сполз по ней… …Он осторожно поднял обе руки и нащупал ладонями гладкую поверхность. Она была широкой и длинной, и он не чувствовал ей конца. Она закрывала, закутывала его, давила как… Крышка гроба. - Раду?! - он просто выкрикнул это, а потом ещё громче: - РАДУ! В панике он пнул крышку со всей силы, не лелея, впрочем, надежды на то, что она сдвинется. В его голову пришла кошмарная мысль о том, что случится, если над ним сейчас шесть футов земли… Невероятное облегчение его наполнило, когда крышка слетела и с грохотом приземлилась. Он сел. Вся комната была из камня: от стен до пола и потолка. Возможно, его похоронили в пещере, в какой-нибудь скале? Нет, этого не может быть. Он заметил стол недалеко от себя и стул, полку с несколькими старыми книгами и полупустую бутыль красного вина. Он не мог понять, что с ним произошло, что он стал видеть всё вокруг так ясно без единого источника света. Его взгляд упал на ту вещь, что он отбросил от себя. Крышка гроба. Самая натуральная крышка гроба. Он посмотрел вниз и увидел, что гроб, в котором он сидел, обит шелковистой тканью и гораздо больше, чем он сам. Дрожь пробежала по его спине, и он как можно быстрее выкарабкался из домовины, упав на холодный пол. Это определённо был камень. Хотя казематы, подобные этому, в темницах султана не были редкостью, и Бог знает, в каком из них он был заперт, однако этот отличался от других. Он не был здесь прежде. Однако это точно дворец султана. «Что случилось?» Попытки вспомнить не увенчались успехом, но он успел осмотреться. Помещение было чистым, и непонятно, для чего служило, хоть и напоминало чем-то камеру пыток. - Раду? - позвал он снова, хотя было очевидно, что брата в каземате нет. Он заметил дверь и усомнился, что сможет её открыть – она была огромна и сделана из материала, которого он не видел никогда прежде. Однако он подошёл, схватил ручку двери и потянул, и она поддалась также легко, как крышка гроба. Это было приятно, поскольку он ничуть не хотел оказаться запертым в этом каземате. Коридор был длинен и тих. Двери были настолько одинаковы, что казались стражниками на постах. Около некоторых из них были странные коробки, высовывающиеся из стены, с напечатанными на них цифрами. Возможно, это были тюремные ячейки. Было непонятно, чем освещается коридор – на потолке были какие-то хитрые изобретения, испускавшие свет. Неспособный понять турецкое колдовство, он решил, что будет лучше не обращать внимания. Он подошёл к двери, бывшей к нему ближе всего, и постучал, выкрикивая имя своего брата, но ответа не было. Он попробовал постучать в следующую – ничего. Таким образом он шёл по коридору, ударяя в каждую дверь и изредка поглядывая на странное освещение на потолке. Внезапно он вспомнил, что сжимает в руке крест, висящий у него на шее. Он почувствовал, будто волна неведомой силы прокатилась по телу. - Господь мой, - прошептал он, целуя крест. – Помоги мне. Одиннадцатая дверь была такой же, как та, из которой он вышел, и выглядела также – будто весила тонну. Но, в отличие от всего этого места, казалась знакомой. Перед тем, как толкнуть дверь, он поцеловал крест… Кровь прилила к голове, когда он увидел в комнате другой гроб, чуть меньший, но не менее жуткий. Прежде, чем он собрался подойти и открыть гроб, крышка его открылась сама. Из гроба встала девушка, одетая в широкую рубашку с надписями на незнакомом ему языке. Она провела рукой по волосам и посмотрела прямо на него. Её глаза были цвета свежей крови. - Кто здесь? – спросила она, широко зевнув, и он заметил клыки у неё во рту. - Хозяин? - недоумённо спросила она. – Это вы? Он побежал, спотыкаясь и отползая, когда падал. Чудовище! Во дворце султана было чудовище! Убегая, он споткнулся на лестнице и приложился настолько сильно, что во рту скрипнули зубы. Ни один не выпал, ну да мальчик и не останавливался, чтобы задаться вопросом, почему. Он поднялся по лестнице так быстро, как только мог и, рывком открыв дверь, бросился бежать. «Мир сошёл с ума» Всё, что он видел, было очень странным. Полы и стены этого места не могли быть дворцом султана, и были отделаны очень странным образом. Всё напоминало другой мир. Несколько раз он видел идущих по чистым освещённым залам мужчин, которые, однако, быстро скрылись. Их одежда, поведение и действия казались ему невероятными, и он уже не надеялся, что найдёт здесь брата. - О, Отец Небесный, - дрожащим голосом прошептал он, сжимая в руках крест. – Помоги… - Эй! Он обернулся. К нему шёл мужчина, одетый в коричневую куртку, на глазу у него была повязка. Длинные волосы были сплетены в косу, а их цвет чем-то напоминал оттенок заката – такого он прежде не видел. Расстояние между ними неумолимо сокращалось. - Эй, пацан, - кричал ему мужчина. – Ты что здесь делаешь? Он уже почти поднялся на самый верх лестницы, но продолжал идти. Он видел залы с огромными окнами, залитые настолько ярким солнечным светом, что ему приходилось щурить глаза. Наконец он остановился в тёмном углу, чтобы отдохнуть, и снова прижал к губам сжимаемый в руке крест. И остановился… Весь крест был заляпан кровью, все его руки были в крови. По лицу бежали кровавые дорожки… «О Боже…» Его тело пробила дрожь, он не мог её остановить. Он выронил крест и тот повис на груди. Мальчик поднял руки и посмотрел на них. Все в крови. В крови, вытекавшей из его глаз. Именно тогда он заметил мужчину, стоявшего не более чем в десяти футах от него. Он не знал, как мужчина умудрился неслышно подкрасться к нему, но бежать уже было поздно. Сильная рука схватила его за запястье. - Так, а теперь скажи, - нежно сказал мужчина. – Откуда ты, мальчуган? Он не смел смотреть на мужчину. Если тот был личным слугой султана, то за взгляд на него его могли наказать за непочтительность. - Откуда ты? Мужчина чуть поднял его голову, хватка вокруг запястья ослабла. - Ты не должен бояться, - сказал мужчина. – Я Уолтер, а кто ты? Медленно и робко он поднял взгляд на мужчину. Ему было лет под пятьдесят или шестьдесят, может, и старше. Одет тот был в странную тёмную одежду, а волосы его были с лёгкой сединой, странным образом собранные на затылке. На носу его была необычная конструкция, состоящая из круглого стёклышка, дужки и верёвки, уходившей за ухо. Выражение лица мужчины изменилось, когда он посмотрел на него. Вновь на него накатила тревога. - Не говорите султану…, - шептал он, чувствуя, как кровавые слёзы текут по щекам. – Меня убьют… Мужчина по имени Уолтер сказал странное слово, однако он не понимал, что значит «Алукард». Уолтер, кажется, не имел никакого намерения наказать его или же вернуть в темницу, и он решил, что мужчина не служит султану и никоим образом не предан ему. Вместо этого Уолтер отвёл его в светлую комнату, где пахло сиренью, намочил полотенце и вытер ему лицо. Хотя это не значило, что теперь он был в безопасности – в этом мальчик был уверен, хоть и стоял, позволяя себя вымыть и сжимая крест, который придавал ему храбрости, чтобы удержаться от побега. Через некоторое время Уолтер убрал полотенце и внимательно оглядел его. Наконец, он сказал: «Тебе лучше не дёргать мою цепь» Он понятия не имел, что это значило и предпочёл промолчать. - Хорошо, - вздохнув, сказал Уолтер и взял его за руки. – Вы предполагаете, как Интегра отреагирует на вашу шутку? Он не знал и даже не представлял, кто такой Интегра. - Вы хотите, чтобы она заперла вас в подвале? Внезапно он вспомнил про гроб и красноглазую девушку. С надрывным рыданием он упал на колени перед Уолтером. - Нет! Не оставляйте меня там! - кричал он. – Там чудовище! С красными глазами… пожалуйста! Мгновение Уолтер недоумённо смотрел на него. - Я умираю, - он вытер глаза и показал окровавленные руки Уолтеру. – Из моих глаз течёт кровь…, я хочу увидеть своего брата, пожалуйста… Уолтер, вздохнув, наклонился к нему и вытер его щёки. - Этого не может быть, - прошептал он. - Мой брат, где он? Резко, но безболезненно Уолтер поставил его на ноги. - Хорошо, - сказал он. – Предположим, что я вам поверил. А теперь нужно пойти и во всём разобраться. Он вытер лицо. - Мы пойдём к Раду? Старик удивлённо моргнул, услышав странное имя. - Посмотрим, - сказал Уолтер и взял его за руку. Они вышли из комнаты в зал и спустились по другой лестнице. На этом этаже было мало комнат, а большие двери были выкрашены в белый цвет. Уолтер остановился перед одной из них и постучал. - Войдите, - послышался оттуда властный голос. Мальчика пробила дрожь, внезапно накатил страх. Уолтер слегка, потому как несколько колебался, подтолкнул дверь. - Заходите, всё хорошо, - сказал он мальчику. - Кто с тобой, Уолтер? - Простите, что мешаю вам, сэр Интеграл, - сказал Уолтер. Он позволил себе осторожно зайти в комнату. Она была столь же необычна, как остальные – необыкновенно большая, с единственным мощным столом, перед которым стоял странный стул, и полками, где покоились книги и бумаги. Позади стола сидел человек с длинными волосами цвета наполированного серебра. Губами человек сжимал что-то дымившее. Но… Человек пронзительно посмотрел на него своими глазами цвета солнечного неба. - Ребёнок? Уолтер усмехнулся. - Не хотите ли взглянуть поближе? «Сэр Интеграл» встал, обошёл стол и подошёл к нему. Он был высок и строен, одет в чёрный костюм, к воротнику которого крепился крест. Это успокаивало. В какой-то момент он задался вопросом, не женщина ли этот Интеграл, ведь его тело выглядело… женским. Но женщина в штанах? Не может быть… Интеграл приблизился к нему и поднял его подбородок рукой. Он пристально смотрел ему в глаза, заставляя мальчика чувствовать себя неловко. - Ты шутишь? - Нет, - ответил Уолтер. – И не думаю, что он тоже. - Почему он в этой форме? - Если это действительно серьёзно, то, возможно, что он запутался в своей памяти, только непонятно, как. Кажется, он думает, что это его единственная и естественная форма, что он никогда не был… Интеграл снова посмотрел на него. - Посмотрим, - сказал он, и потом добавил, обращаясь уже к мальчику: - Сколько тебе лет? - Тринадцать, - тихо ответил он. Интеграл удивлённо приподнял бровь, Уолтер задумчиво хмыкнул. - Как тебя зовут? - Влад.

Фьоре Валентинэ: Глава вторая. Интегра перекатила сигару в другой угол губ и посмотрела на дверь кабинета. Она и Уолтер стояли в коридоре, оставив Влада\Алукарда там. Было совершенно непонятно, как всё случилось, и, глядя на лицо Уолтера, Интегра могла сказать, что тот тоже задавался этим вопросом. Вместо того, чтобы как обычно присесть на краешек её стола или на стул напротив, Алукард забился в ближайший угол, скрываясь от солнца, хотя Интегра была уверена, что он даже не подозревал, зачем это сделал. Он был очень маленьким. В тринадцать лет он смотрелся не больше, чем на десять. Его волосы были черные как уголь, сальные и спадали ниже плеч. Одежда его была испачкана сажей и выглядела чуть лучше, чем изношенные тряпки. Он был изящен, но не худ, а глаза его всё ещё были красными, однако, в них не было того дьявольского света. Этот ребёнок, назвавшийся Владом, он же высокий, одетый в красный плащ высокомерный слуга Интегры, очевидно, разбился на два тела и две души. Судя по рассказу Уолтера об их встрече, мальчик не сознавал, что он немёртвый. - Он думал, что умирал, раз его слёзы стали кровавыми, - сказал дворецкий. Интегра кивнула. - Как долго он так выглядит? - Он ушёл с миссии два дня назад. Мы ожидали его возвращения в особняк вчера вечером, но никто не видел, как он вернулся и в каком виде. Сегодня утром капитан Бернадотте сообщил мне, что засёк ребёнка, бегавшего по особняку. - И так ты его нашёл? - Я последил за ним, - Уолтер поглядел на ребёнка, сжимавшего крест, свисавший с его шеи. Кажется, мальчик молился. – Я не думаю, что он понимает, какими возможностями обладает, а если бы понимал, то наверняка использовал бы их на мне, когда я его нашёл. - Ты сказал, он ищет Раду? - Да. Насколько я помню, когда он был в этом возрасте, Раду звали его брата. - Но тот мёртв. - К счастью. - Но мальчик, кажется, уверен в обратном. - Увы. - Где он достал этот крест? - Я думаю, крест – часть этой ипостаси, то есть, думаю, появился он тем же образом, которым он восстанавливает одежду. Эта вещь важна для него, по крайней мере, тогда была. Его кожа такая тёплая, потому что он уверен, что жив». Интегра поигрывала сигарой, размышляя. - Исследуешь архив семьи, начнёшь немедленно, - приказала она после недолго молчания. – Узнаешь всё о его прошлом в то время, когда ему было тринадцать. Возможно, в этом есть какой-то ключ, подсказка, как вернуть его обратно. Я подозреваю, что его потрясло какое-то забытое воспоминание, - она выдержала паузу. – Это случалось прежде? До моего рождения? Уолтер кивнул. - Было, но не так. Пятьдесят лет назад, когда мы работали в тандеме, он использовал форму, подобную этой: миниатюрную и изящную, подобную ребёнку. Но это была другая ипостась. Он прекрасно помнил, что является Алукардом, только в другом теле. Здесь же…, - мальчик жестикулировал в кабинете. – Влад Дракула в своём детстве. Прежде, чем он продал душу и стал вампиром. Это похоже на машину времени – перенос ребёнка из пятнадцатого столетия к нам. - Но он всё ещё вампир и, при этом, самый могущественный в мире. - Он не знает этого. - Когда мы займёмся этой проблемой? - Стоит подумать, - Уолтер поклонился. – Я начну расследование прямо сейчас. Возможно, на закате всё уже будет решено. Интегра кивнула. Когда Уолтер уже направлялся в архив, Интегре в голову пришла идея. - Пришлите-ка сюда полицейскую, - сказала она. - Вы действительно думаете, что это хорошая идея? Кажется, он её уже видел, и наградил званием «чудовища с красными глазами». - Всё будет хорошо. Мне кажется, она будет полезна в этом деле, - Интегра выдохнула дым, не сводя с мальчика глаз. – Возможно, её ментальная связь с хозяином поможет ускорить процесс возвращения. Посмотрев на лицо Уолтера, она поняла, что у того имеются немалые сомнения на этот счёт. Но, так или иначе, дворецкий пошёл выполнять её приказ. Интегра знала, что идеи получше всё равно нет и у него. После того, как Уолтер скрылся из поля зрения, Интегра прошла в кабинет. Алукард… нет, Влад сидел на полу и молился, закрыв глаза. Стоило ему заслышать звук шагов, как он открыл глаза и встал, но немедленно опустил взгляд. Поскольку Интегра уже начинала понимать некоторые его привычки, она представляла, насколько трудно будет вести с мальчиком разговор. - Алу.. Влад, - сказала она. – Как ты думаешь, где ты находишься? Когда Интегра проходила мимо, он закрыл глаза и сложил руки за спиной, будто ожидая наказания. Она села за стол. - Дворец султана, - прошептал он через некоторое время. – Где отец оставил меня и Раду. Мы останемся здесь, пока отец не вернётся. Так как образование Интегры было сосредоточено на вампирах вообще, а не на Дракуле непосредственно, Интегра понятия не имела, так ли это. - Вы узники? - Я не знаю, - ответил Влад, впервые охотно посмотрев Интегре в глаза. – Меня продали сюда? – голос его был искренним. – Султан продал нас? Раду здесь? Интегра была в некотором недоумении от его слов. Как объяснить этому ребёнку, кто он есть, где находится, и сколько веков прошло? Он никогда бы этого не понял. В худшем же случае он бы просто сошёл с ума от такого количества невероятной информации. - Да, - ответила она. – Тебя продали сюда, но брат твой остался во дворце. Влад закусил губу, но ничего не сказал. - Ты слуга этого дома и не можешь оставлять его окрестности, - что ж, это было недалеко от правды. - Да. В кабинете наступила тишина. Влад стоял, будто ожидая приказа. В нормальных обстоятельствах это не было бы ничем необычным, однако сейчас Интегра не знала, как себя вести перед этим ребёнком, и что ему сказать. Она задумчиво потёрла виски. Стук в дверь освободил её от этих мыслей. - Войдите. Вошла Целас. Она была одета в полную униформу, однако выглядела сонной и неопрятной – в конце концов, было утро. Протирая глаза, она вошла, закрыв за собой дверь. - Вызывали, мисс Интегра? - она осмотрелась и заметила мальчугана. – Кто это? Прежде, чем Интегра успела ответить, Влад обернулся, заметил Целас и быстро попятился, пока не ударился спиной о стол Интегры. Целас недоумённо моргнула. - Что случилось? - она подошла к мальчику и нагнулась, чтобы помочь ему встать. Влад выкрикнул что-то и протянул крест перед собой настолько, насколько позволяла цепочка. - Господь Небесный, - пролепетал он дрожащими губами. – Уничтожь этого языческого демона… никогда не просил… Интегра встала и подняла руку, чтобы остановить Целас, собравшуюся подойти ближе у мальчику. - Оставайся там, где стоишь, полицейская, - сказала она. Целас остановилась, но, как поняла Интегра по её лицу, уже приметила красные глаза мальчика. - Мисс Интегра… - Стоять, - Интегра обошла стол и опустилась на колени перед упавшим мальчиком. Она положила руки ему на плечи и притянула к себе. Удивление, казалось, отвлекло его от созерцания Целас. Интегра обнимала его, пока он не успокоился, а затем перевела взгляд на полицейскую. - Этот мальчик – вампир? - недоверчиво спросила Целас. – Что он делает здесь? - её глаза внезапно вспыхнули красным. – Это новичок? - Нет, полицейская, - Интегра поглаживала волосы Влада. – Ты не признаёшь своего собственного хозяина? Недоверие и шок одновременно отразились на лице Целас. Интегра лишь ждала её соглашения с непримиримым фактом. Нижняя челюсть полицейской медленно отвисла, явив жемчужно-белые клыки. - Хозяин Алукард? - она воскликнула, вперившись взглядом в мальчика на руках Интегры. – Как… что случилось? Что случилось с ним? - Я надеялась, что ты мне это объяснишь, - Интегра жестом приказала Целас опуститься на пол рядом с ней. Влад было отдёрнулся от неё. – Всё в порядке, она не опасна, - потом добавила, обращаясь к Целас: - Используй свою связь с ним, попробуй проникнуть в его разум, узнай, что сделало его таким. Смотря на мальчика, Целас колебалась, но закрыла глаза и попробовала. Интегра терпеливо ждала. Не прошло и пятнадцати минут, как Целас вновь открыла глаза. - Это странно, - сказала она. – Большинство его мыслей закрыты от меня. - Что ты подразумеваешь под «большинством»? - Он закрылся от собственных воспоминаний. Всё, что я видела, касалось лишь первых тринадцати лет его жизни. Другие увидеть я не смогла. - Он сделал это добровольно? - Возможно. Или что-то вызвало это. Я не могу сказать, - она покраснела. – Мне так жаль… - Ты можешь возвратиться ко сну, - сказала Интегра. - А как же хозяин? Интегра не знала, что ответить. Что теперь? Уолтер был занят расследованием, Целас теперь должна была тянуть на себе двойную работу. Ни штат дома, ни следователи, никому их них нельзя было доверить заботу о Короле Немёртвых, запертом в теле ребёнка. Был только один человек, которому Интегра могла поручить это, как бы недопустимо это ни было. - Я буду заботиться о нём, - сказала Интегра, затем добавила: - Пока что. Целас была очень взволнована, когда покидала кабинет. Интегра вздохнула и вспомнила вдруг, что всё ещё обнимает слугу. Он был спокоен, потому что Целас ушла, и прижался к Хозяйке, которую не признал, всем телом. Спокойный взгляд его глаз был чужд Интегре, которая привыкла к его насмешкам, ухмылкам, холодному свету его очей перед тем, как он уничтожал врага. Но сейчас… он отличен от себя прежнего. Он был ребёнком. В его глазах была та невинность, которую он давно потерял и вернуть никогда бы не смог… Она качала его на руках. Интегра чувствовала что-то странное, новое… Влад не знал, что думать о сэре Интегре. Пока что сэр был добр с ним, и, к тому же, именно он заставил красноглазое существо уйти. Но страшно было то, что он был связан с этим красноглазым чудовищем, с этой девушкой. То, что это девушка, было очевидно: хотя Влад был достаточно мал, он мог отличить красивую девушку от некрасивой, и эта явно принадлежала к первым… Однако кто позволил девушке так одеться? На мгновение он задался вопросом, мог ли сэр Интегра держать девушку для чувственных наслаждений, однако, прижимаясь к нему, он ещё думал, некоторые мягкости тела сэра были только одеждой. Интегра встал сам и помог ему подняться на ноги. - Не бойся Целас, - сказал он. – Она тебя не тронет. Она такой же слуга, как и ты. Влад кивнул, хотя у него всё равно не было никакого выбора, кроме как принять это. Собственно, вокруг него и так было достаточно странных и необъяснимых вещей. Интегра поднял рукой его подбородок. - Так, - сказал он. – Ты хочешь есть? Он не сознавал до самого вопроса, долгое время с того момента, как проснулся в гробу и в панике бежал из подвала. Он кивнул, неуверенно, сомневаясь, правильно ли сделал. Они спустились по двум лестницам и вошли в большую комнату, которая, наверное, была кухней. Хотя… Он не видел места, где должен был гореть огонь. На полированном столе, где готовили еду, стояло несколько изделий, которые Влад посчитал горшками и котлами, хотя они были очень хрупки и тонки и блестели на солнце. В комнате стояли стол и стул, на них - стаканы очень странной формы. Но он не видел никакого продовольствия: где мешки картофеля и вереницы верёвок для крюков с мясом? - Сядь, - сказал Интегра ему. Он сел на один из стульев и, проведя рукой по столу, удивился его гладкости. С предельным любопытством он наблюдал, как Интегра подошёл к большой белой коробке с толстой дверью с ручками. Она была высокая, даже выше, чем Интегра, который легко открыл толстую дверь и посмотрел внутрь коробки. Он достал из коробки красное яблоко и посмотрел на Влада, который обрадовался, увидев знакомую для своего взгляда еду. Яблоко возвратилось обратно в белую коробку. Интегра просмотрела ещё несколько продуктов (большинство из которых Влад знал, хотя некоторые были в каких-то прозрачных мешках, назначение которых он не мог понять) и затем вытащила красный мешочек. Рассмотрев его, Влад понял, что сам мешочек был мягок и прозрачен, а внутри его была красная жидкость. Из мешочка чуть высовывалась такая же прозрачная, как сам мешочек, трубка. Интегра закрыл коробку и немного растерянно посмотрел на Влада. Потом протянул мешочек ему, чтобы тот мог рассмотреть его ближе. - Ты знаешь, что это? – спросил Интегра. Влад покачал головой. Интегра нахмурился, и Влад решил, что ответил неправильно, однако Интегра просто кивнул. - Ладно, хорошо, - сказал он и отложил мешочек. Затем Интегра подошёл к буфету и достал тарелку. Двумя пальцами он надломил трубочку и перелил содержимое мешочка в тарелку. Дразнящий запах наполнил комнату, настолько восхитительный, что Влад не мог не заметить его. Интегра поставил тарелку в небольшую коробку на столе для готовки и нажал на какие-то узоры на его поверхности, и коробка издала странный звук, будто ожила. Влад изумился – эта вещь сама по себе отсчитала с 10 до 0. Снова колдовство? Подобное тем инструментам, освещающим подвал? Он не знал. Интегра вытащил тарелку, опустил в неё серебристую ложку и поставил перед Владом. - Итак, - сказал Интегра. – Попробуем ещё раз. Что это? Влад размешивал жидкость. Она была тёплой и густой, похожей на томатный суп, но томатный суп разве бывает такой тёмной окраски? И может ли он пахнуть мясом? Влад попробовал жидкость на вкус. Это было изумительно… он чувствовал тёпло, разливавшееся по горлу и во рту. Влад ел быстро, ложка за ложкой. Интегра улыбнулся. - Вкусно? Он быстро кивнул. - Да, сэр. Интегра наблюдал, как мальчик ест. - Имей в виду, что пока ты здесь, есть тебе разрешают. Если проголодаешься, найди Уолтера. Если его нет, найди меня. Самостоятельно не ищи еды в особняке, ясно? Влад снова кивнул, согласившись с приказом. Как сын князя, он прекрасно знал, что в каждом аристократическом доме свои порядки, но этот был вовсе ненормален. Пока Влад ел, Интегра встал, снял камзол и повесил его на стул. Под ним Интегра носил рубашку и под оной явственно выделялись… Он сглотнул и опустил взгляд в тарелку, чтобы скрыть удивление. Интегра действительно была женщиной. Как он мог не заметить? Только сейчас он обратил внимание на изящные изгибы её талии и бедёр, гладкую кожу шеи… Шея? Он не понял, по какой причине обратил внимание именно на это, но у Интегры была действительно красивая шея. Судя по действиям окружающих, сэр Интегра была главой дома. Но женщина – глава семейства? В его стране это было неслыханно. Женщины были собственностью, как вещи, и не выше, чем просто мать, жена или слуга. Женщина, одетая как мужчина и называемая окружающими «сэр», несомненно держала в своих руках огромные власть и мощь… Это интересно. Странно, но интересно. На мгновение он задумался. - Сэр Интегра? - Да. - Где я? Интегра была очень удивлена вопросом. - Что ты хочешь сказать? - Я сомневаюсь, что… что я всё ещё в Турции. Я был в том гробу и не знаю, как попал сюда. Я прибыл морским путём? Интегра усмехнулись. - Хорошо, - сказала она. – Кое-что, полагаю, я могу тебе сказать. Это Англия. - Англия, - Влад задумался. – Так вот… вот почему всё так необычно? Пауза. - Да, - сказала Интегра. – Мы живём не так, как люди в твоей стране. Можно сказать, что мы в другом времени. Некоторые вопросы развеялись сами собой. За свою короткую жизнь Влад был не во многих странах и потому не мог судить, но люди везде оставались людьми. Сэр Интегра была человеком, Уолтер тоже. Насчёт Целас он, конечно, не был уверен, но пока это было не столь важно. Он возвратился к еде. Сейчас его главной мечтой и было поскорей увидеть отца и брата. - Оставайся здесь, - сказала Интегра. – Всё будет хорошо.

Girlycard: О, я сам как-то раз воспылал идеей подобного фика. С мелким Владом. Но пороху не хватило, как всегда...) Фьоре Валентинэ, я так понял (со слов Лео), первые три главы - Ваши? Отличный перевод! Жду продолжения!

Melissa: Наконец-то перевод сдвинулся с мертвой точки! Да, я очень люблю этого автора, этот фик и вообще неровно дышу к таким сюжетам. Переводите, господа, переводите, в моем лице вы всегда найдете восторженного читателя для этой истории. Мелкие ляпы все же есть, но я готова их простить, пока идет работа. Будет весь перевод, тогда и вычитать можно будет.

Фьоре Валентинэ: Глава третья. Уолтер стоял за дверью так, чтобы Влад его не заметил. Интегра вышла и прикрыла дверь, чтобы мальчик не услышал их разговор. - Я столкнулся с мисс Викторией, - сказал дворецкий, поправив монокль. – Она сообщила, что ваш эксперимент не удался. Интегра кивнула. - Всё прошло не так, как я надеялась. Она говорила тебе, что узнала? - Да. Он, кажется, застрял в тринадцатилетнем возрасте и не помнит ничего, что было позже, правильно? - Кое-что было, но Целас сказала, что-то не очень важное. - Понятно. Он был в заключении у султана. - Сколько времени тебе потребуется на поиски? - Трудно сказать. Интегра посмотрела в кухню. Влад покончил с кровью, которую она нагрела для него. Интегра была уверена, что он так и не догадался, что это была кровь. Но, по крайней мере, в этой форме он, кажется, был готов с радостью исполнять приказы и делал это без вопросов или мелких придирок, что было одной из самых неприятных привычек Алукарда. - Что же мы будем делать всё то время, пока он не похож на себя? Лёгкая и чуть самодовольная ухмылка появилась на лице Уолтера. - Это как раз то, о чём я хотел с вами поговорить, - он выдержал паузу. – Полицейская сказала, что вы обещали о нём заботиться. Интегра вопросительно подняла бровь. - Ты хочешь сказать, что я на это не способна? - Материнская забота – не самая свойственная вам черта, леди Интегра. Вы прекрасный лидер организации, но у вас нет никакого опыта общения с детьми. - Я достаточно давно имею дело с Энрико Максвеллом. - Маленькими детьми. - Поверь в меня, Уолтер, - она показала на Влада. – Я сомневаюсь, что он может быть ещё большим ребёнком, чем Алукард. - Верю. - Но у нас есть несколько бóльшая проблема, чем эта. Он не может долго оставаться в этой ипостаси, иначе его заметят прислуга и штат. Это ещё большая проблема, чем его красные глаза и острые клыки. Его вампирские инстинкты остались, мы не можем предположить, на что он способен. И это в дополнение к факту, что мы не можем дать миру знать, что козырной туз Хеллсинга вне своих полномочий на неопределённое время. - У меня есть предложение, - сказал дворецкий. – Это лучшее, что я смог придумать. Так как никто не видел, что Алукард возвратился с последней миссии, мы сообщим прислуге и штату, что он на спецмиссии и будет долго отсутствовать. Ребёнка можно выдать за такое же создание Алукарда, как мисс Виктория. Например, что ему стало жалко умирающего ребёнка. Но его здоровье ещё шатко и у него есть проблемы с приспособлением к новой жизни, поэтому он под нашим пристальным наблюдением. - И когда мы возвращаем Алукарда обратно, то сообщаем, что ребёнок был ужасно болен, и мы были обязаны «проявить милосердие», - понимающе кивнула Интегра. – Вряд ли кто-то подвергнет сомнению убийство вампира из милосердия. - Точно. Интегра вздохнула. - Я полагаю, что так и придётся сделать – нам больше нечем объяснить его присутствие. - По крайней мере, он вряд ли заметит, что у него красные глаза, если никто не укажет ему на это. - У него нет отражения – это уже другая проблема. Нужно держать его подальше от зеркал. Хотя клыки он заметить может. - Я так думаю, что он отрёкся от них на время, - сказал Уолтер. – Цвет своих глаз он не может изменить без усилий, и, так как он не знает об их цвете, то не сможет это усилие сделать. Мы должны постараться распространить ту историю, что придумали для него. - Я позабочусь о нём. - Что ж, тогда я оставлю вас, - взгляд дворецкого Интегру несколько раздражал. Она могла сказать, что он нашёл её опекунскую инициативу смешной. – Но несколько раньше мне пришла в голову одна интересная мысль, возможно, не лишённая смысла. - Продолжай. - Я не думаю, что Алукард полностью потерян для настоящего. По крайней мере, для нас он не потерян. В конце концов, он всё ещё говорит по-английски. - Почему это важно? - В тринадцать лет Влад Дракула из иностранных языков знал только немецкий. Когда Интегра возвратилась в кухню, Влад дремал, положив под голову руки. Он чуть хмурился во сне, и Интегру подумалось, что ему снится что-то неприятное. Конечно, причиной тому мог быть попадавший в кухню солнечный свет. Хотя Влад не сознавал этого, он оставался вампиром, и, согласно распорядку своего «дня», должен был мирно спать в своём гробу. Интегра подошла к нему и коснулась его плеча. Влад немедленно проснулся и протёр руками глаза. Интегра не могла не улыбнуться. - Знаю, ты устал, - сказала она. – Ты сможешь самостоятельно найти подвал? Неподдельный ужас на его лице дал Интегре знать, что она явно что-то не то сказала. Мысленно она обругала себя за столь необдуманные слова. - Назад… в гроб? – спросил он, бледнея ещё сильнее, чем был. – Я должен спать в гробу, сэр? - Нет, - сказала Интегра, покачав головой и сожалея, что сейчас при ней нет успокоительной сигары. – Конечно, нет. Смотря на него, Интегра тщательно обдумывала, что делать. Конечно, спать в гробу он не захочет. Он не помнит, кем был. Но где тогда ему спать? Где он мог бы спать, чтобы ни одна горничная не наткнулась на него, пока весь штат организации не будет должным образом проинформирован? Куда он мог пойти, чтобы никто из Диких Гусей не заметил его красных глаз и не накачал его пулями? В организации было единственное такое место, и, хотя Алукарду запрещалось туда даже заглядывать, Интегра другого варианта не видела. В конце концов, мальчик, сидевший перед ней, говорил, только когда его спрашивали, и маловероятно, что он стал бы к ней приставать. - Пошли, - сказала Интегра. Влад подчинился. Она провела его наверх, к своей спальне, заботясь, чтобы никто их не заметил. Единственный человек, который убирает её комнату – Уолтер. Он систематически проверяет комнату на жучки и признаки физического вторжения каждый день. Плюс очень сложная система безопасности, снять которую могли только Интегра или Уолтер. Конечно, Алукарда, если бы он захотел проникнуть в комнату Хозяйки, это бы не остановило, но её достаточно реалистичные угрозы устроить вампиру немедленную инъекцию ртути в мозг удерживали его от этого. Она протянула руку к клавиатуре возле двери и поглядела на Влада ещё раз, задаваясь вопросом, не сыграл ли Алукард эту шутку только ради того, чтобы попасть в её спальню. Но мальчик тихо стоял рядом и было заметно, как он волнуется. Взгляд его был не просто беспокойным, а каким-то параноидальным. Интегра лишний раз убедилась в том, что перед ней не тот Алукард, которого она знала. Она ввела код и толкнула открывшуюся дверь. Её апартаменты были достаточно просты: чулан для одежды, ванная, в спальне стояла старинная кровать с балдахином. На окнах были плотные занавески. Рядом с кроватью была тумбочка с секретной кнопкой, при нажатии на которую выдвигался скрытый ящичек с пистолетом, заряженным серебряными пулями. Влад, со страхом осматривавший комнату, последнего точно не знал. - Пока ты будешь спать здесь, - сказала ему Интегра и поймала его удивлённый взгляд. – Никто тебя здесь не побеспокоит. Когда проснёшься, пройдешь в мой кабинет – это две двери прямо по коридору. Влад недоверчиво посмотрел на неё. - Да, сэр, - сказал он. – Мне можно спать на полу… да? Интегра устало закатила глаза. - На кровати, - сказала она ему. – На полу оставь ботинки, - она кивнула на кровать: - Иди. Хотя он действительно очень был очень утомлён, Влад прошёл к кровати осторожно, оглядываясь на Интегру через каждый шаг. «Он ждёт, что его накажут» - подумала Интегра, наблюдая, как он снял ботинки и лёг на кровать, заснув прежде, чем его голова опустилась на подушки. Она наблюдала, как он спит, почти ожидая, что он вот-вот превратиться в самого себя, посчитав, что остался в комнате один. Но двадцать минут спустя он всё также спал, а Интегра наблюдала, как вздымается его грудь, хотя никакого дыхания у него не было и быть не могло. «Он действительно думает, что жив», - поняла Интегра. – «Каждая часть его тела думает, что жива и подражает жизни всеми возможными способами». Она закрыла дверь и оставила мальчика в мире его снов. Целас сидела на ящике с боеприпасами, упёршись локтями о колени. Она зевнула, наблюдая за тренировкой Диких Гусей. Солнце только начало опускаться за горизонт, однако для вампира это было как для человека – рассвет. Она возвратилась в свою «спальню», но уснуть не могла. Её разум был будто в подвешенном состоянии – обычно связь с хозяином давала её мыслям какую-то стабильность. Успокаивало только ощущение того, что он рядом. Но теперь, в своём нынешнем состоянии, хозяин совсем не помнил о ней. Она зажмурилась, вспомнив его полный ужаса взгляд, когда он её увидел. Как долго это будет длиться? И мисс Интегра, которая взялась его опекать, точно не самый заботливый человек в мире. Целас была уверена, что если Интегре дать ребёнка в руки, то она будет держать его как дробовик. Хоть Алукард был сейчас не младенцем, а десятилетним мальчиком, он был в достаточно шатком состоянии и нуждался в осторожном внимании, на которое, как считала Виктория, у Интегры не было ни времени, ни умения. Она видела, как Интегра обняла этого мальчика, когда ему было страшно, но это могут большинство женщин. А ещё… Перед ней повис паук, зацепившись за ниточку паутинки одной ногой, а пятью другими отчаянно пытаясь достать до носа Виктории. С диким воплем она дёрнулась назад и упала за ящик, блеснув перед Пипом нижним бельём. - У неё ужаснейшая сила и третий глаз, а она пауков боится, - капитан щёлкнул по членистоногому, в то время как Целас отчаянно пыталась встать. – О чём мечтаешь, девчушка? - Не мечтаю я! – огрызнулась она, пытаясь забраться обратно на ящик. – Я просто не выспалась. - Неудивительно. Ты сегодня очень рано, - он поставил ногу на ящик и наклонился к Виктории. Почему-то ей казалось, что он избрал эту позицию, что полюбоваться на её грудь. – Где Здоровый, Красный и Страшный? - Мой Хозяин, - сделав акцент на последнем слове. – Находится на миссии. - Где? - Я.., - она сделала паузу. Первой её мыслью было сказать, как приказали, что ей нельзя разглашать эту информацию, но это усилило бы подозрения Пипа. – Я не знаю, - сказала она вместо этого. - Это большая тайна? - Ты всегда можешь спросить сэра Интегру. - Поговорить с Снежной Королевой один на один? – усмехнулся Пип. – Никоим образом. Это страшная женщина. Я не пройду даже в десяти ярдах от неё, не имея при себе заряженного оружия. - Она не плохая. - Дело в том, что ты – девушка. А вот она явно пытается быть мужчиной, - он сошёл с ящика и перевёл взгляд на своих подчинённых, которые были заняты манёврами. – И это очень не нравится твоему хозяину. Целас подняла на него взгляд. - Почему ты так говоришь? - Можно быть слепым, но всё равно это будет заметно, - сказал Пип, будто гордясь своей догадкой. – То, как он смотрит на неё… Следует за нею везде… Дразнит её… для неё это плохо закончится. - Этого недостаточно, - Целас закатила глаза. – Это такая же правда как то, что ты влюбился в сэра Интегру. - Поверь мне, девчушка, - Пип зажёг сигарету, которая, казалось, не покидала его рта никогда. – Мужчины всегда понимают других мужчин. Вампир остаётся мужчиной. - Что за глупость, - Целас снова опёрлась на свою руку, считая разговор оконченным. - Ты слышала о том ребёнке, что бегал с утра по особняку? Целас почувствовала, как по спине пробежала дрожь, но не подала виду волнения. Она просто кивнула. - Маленький такой, чернявый. У тебя есть идея, кто это был? Симпатичненькая здесь система безопасности, если даже мальчишка может войти незамеченным. Он взволнованно сглотнула, подумав об истории, которую по инструкции Уолтера она должна была рассказывать. - Хозяин подобрал его на миссии, - сказала она, пытаясь скрыть дрожь в голосе. Всё, что рассказывалось Пипу, мгновенно распространялось через его отряд по всей организации. - Мальчик умирал, и Хозяин сжалился над ним. - Алукард?! Сжалился над кем-то?! – на мгновение Целас заволновалась, что Пип не купится, но успокоилась, когда через несколько секунд капитан ответил. – Я полагаю, что это невозможно. Хотя, для тебя же он это сделал, - он поиздевался: - Так что теперь в организации Хеллсинг есть ещё один маленький вамп. - Неизвестно, сколько это будет длиться. Мне кажется, он болен. И ещё он даже не понимает, что он вампир. Мисс Интегра и Уолтер смотрят за ним. Нам приказано поосторожней и поменьше упоминать о вампирах при нём. - А его родители? - Они умерли, - это было чистейшей правдой. - Жалко, - пробормотал Пип. – Тогда я задам тебе другой вопрос. - Какой? - В тебе есть что-нибудь французское? - Нет. - Это можно исправить.

Girlycard: Фьоре Валентинэ пишет: - Материнская забота – не самая свойственная вам черта, леди Интегра. Вы прекрасный лидер организации, но у вас нет никакого опыта общения с детьми. - Я достаточно давно имею дело с Энрико Максвеллом. - Маленькими детьми. и это всё абсолютно серьёзно, даже с озабоченными лицами...английский юмор в действии...)

Фьоре Валентинэ: Girlycard, спасибо) Но всегда можно лучше, к тому же опечаток там немало) Это моё самое любимое место Х)) Melissa, перевод сдвинется) пока что это была адаптация Х)

Светозарное Лео: Заметки автора: Ух ты! Эта история бьет все мои личные рекорды, например, количество просмотров каждой главы. Я настолько сильно вас всех люблю, что открою вам несколько секретов: Первый секрет: вообще-то, эта история уже завершена, поэтому не беспокойтесь, что она вдруг резко прервется и никогда не продолжится. Я просто публикую ее по главке за один раз, чтобы я могла отполировать текст при надобности. Думаю, в общей сумме будет десять глав. Второй секрет: в принципе, не такой уж секрет. Я не редактирую свой текст. Однако, я не сержусь, если мне указывают на орфографические или грамматические ошибки. Просто не забывайте, что обычно я слишком ленива, чтобы исправлять свои ошибки, даже если вы мне на них указываете. Третий секрет: я не умею имитировать речь с акцентом. Все мои попытки приводят к странным результатам. Четвертый секрет: для некоторых комментаторов. В моей истории будет больше моментов с Владом и Интегрой, и их взаимоотношения имеют прямое отношение к кульминации истории. Насчет самой кульминации: если вы прочитали краткое содержание, вы сами должны угадать. Правильно? Пятый секрет: мне действительно немного неприятно, когда вы называете меня «невежественной и необразованной» при прочтении моей истории. Почему я упомянула датский язык в своей истории? Я просто читала много фанфиков, в которых авторы утверждают, что Алукард в прошлом много говорил по-датски. Я даже не заметила, что упомянула этот язык, пока не опубликовала свою историю. Я даже собиралась поменять язык на румынский, но в целиковой композиции истории выбор языка не имеет никакого значения. Также никакого значения не имеет тот факт, что в соответствие с реальными фактами, Влад никогда не видел султана. Ведь, следуя воспоминаниям Алукарда, он был изнасилован султаном, а моя история основана на Хеллсинге, а не на достоверных фактах. Я написала эту историю для себя и подумала, что было бы неплохо поделиться ею с товарищами по фэндому. Мне не нужны уроки истории. Что касается Европейской истории, я никогда не изучала ее должным образом, но, пожалуйста, сделайте одолжение и просто наслаждайтесь рассказом таким, какой он есть. Было ли это грубо? Прошу прощения. Мне просто только что вырвали зубы мудрости. Приятного чтения. И, кстати, если возникнут вопросы: Серас не может читать мысли Интегры, она общается с ней лишь вербально. Глава 4 Когда она ощутила его присутствие, инстинкт опередил ее разум и первыми словами, которые слетели с ее уст, были: - Уходи, Алукард. Но когда открылась дверь в ее кабинет, внутрь робко заглянули красные глаза. Она потерла виски и вспомнила о своих новых обязанностях. Ощутимая обуза, если учесть, что ей нужно еще работать с огромным количеством документов, а в довершении всего завтра ей предстоит встреча с Круглым столом. Она взглянула на старинные часы в углу кабинета – было восемь часов. Наступил вечер. - Да, Влад, - она сказала более нежным голосом. – Заходи. Мальчик вошел, закрыв за собой дверь. Интегра решила сказать Уолтеру, чтобы он приготовил для Влада новую одежду. Золотой крест всё еще висел у него на шее. Он выглядел намного лучше, отдохнувшим и спокойным, но по-прежнему взволнованным и неуверенным в себе. Он подошел к ее столу и остановился на почтительном расстоянии. - Ты хорошо спал? - Да, сэр. Спасибо. Интегра забарабанила пальцами по столу, в другой руке она держала зажженную сигару. Она глубоко затянулась и задумалась о своем следующем шаге. Пока Уолтер не нашел никакой полезной информации, а семейные архивы чрезмерно обширны. Десятки дней могут пройти, прежде чем они хоть немного продвинутся. Но что они должны делать с Владом всё это время? Даже если Интегра редко ложилась до полуночи, она не могла бодрствовать всю ночь, чтобы присматривать за мальчиком. Она была лишь человеком и не была приспособлена для ночного образа жизни. Персонал, обслуживающий особняк, тоже не подходил для столь ответственного задания. Оставался только один человек, кто мог помочь. Она встала. - Пойдем со мной, - она сказала Владу. - Сэр Хеллсинг? – тихо сказал Влад, следуя за ней. - Да? - Можно задать вопрос? - Говори. - Кто такой Алукард? Интегра остановилась: - Почему ты это спрашиваешь? - Вы просто так меня назвали, когда я пришел. И господин Уолтер тоже так меня называл. Интегра мысленно повторила вопрос Влада, размышляя, как же на него ответить. Наконец, она сказала: - Алукард являлся, - она быстро поправилась, - является нашим другом. Он тоже работает на нашу организацию. - Он тоже здесь? - Сейчас нет, - она протянула руку и убрала прядь волос с лица мальчика. – Ты очень похож на него. Влад улыбнулся: - Я хотел бы встретиться с ним. *** Серас помогала Диким гусям собирать оружие на кромке тренировочного полигона. Солдаты были усталые, все в поту, но их настроение было приподнято. Сейчас у них была получасовая передышка, после которой им предстояло пройти последние маневры перед отбоем. Несколько наемников болтали о планируемой вылазке в город. Пип приблизился к Серас. На его левой щеке сверкал синяк. - Значит, в тебе есть что-то ирландское? - Заткнись, Пип, - отрезала полицейская, разбирая свой Харконнен. - Не будь такой ледышкой. Все проявили себя вполне достойно сегодня вечером, - он ухмыльнулся. – Даже тебе не удалось подстрелить ни одного заложника. Она обернулась, чтобы сказать ему что-то грубое, но заметила две приближающиеся фигуры за его спиной. Пип принял ее молчание как признак того, что у Серас просто нет слов. - Ну же, - сказал он, - будь мила со мной. Ты ведь не как наша Снежная королева. Интегра откашлялась. Серас потребовалось усилие, чтобы сдержать смех, когда Пип подпрыгнул почти на фут над землей и посторонился, смущенный до полусмерти. Она сделала вид, что кашляет, чтобы не засмеяться в голос. Интегра затянулась сигарой, а мальчик позади нее с интересом осматривал отряд наемников. Несколько солдат удивленно подняли брови, заметив красный отблеск его глаз. А что касается Пипа, он почесывал голову и яростно раскланивался. - Добрый вечер, командир! – тараторил он. – Я не хотел сказать, что вы Снежная королева. Я хотел сказать, что я не говорил про Вас. Я хочу сказать… Я вообще не говорил ничего плохого за Вашей спиной! Я… Интегра остановила его, подняв руку. Она обратилась к Серас: - Как проходит тренировка, Полицейская? - Тренировка проходит хорошо, Мисс Интегра, - Серас отсалютовала командующей. - Гуси хорошо подготовлены? Другими словами, знают ли они о Владе? - Да, сэр. - Хорошо, - Интегра подтолкнула Влада к Гусям. – Это ваш новый подопечный, Командир Виктория. Глаза Серас широко распахнулись. - Мой новый подопечный, сэр? - Я могу присматривать за ним только с утра до вечера, поэтому ночью я доверяю его вам. К тому же, он здесь, чтобы работать. - Последняя реплика предназначалась для ушей Влада, насколько понимала Серас. – Он будет помогать вам в обслуживании оружия. Уберегайте его от проблем и от внимания прислуги. Приказ Интегры означал не позволять никому, не знающему о существовании вампиров, видеть его. Взглянув на своего зачарованного хозяина, Серас ощутила приступ сильного любопытства. - Я выполню ваш приказ наилучшим образом. - Хорошо, - Интегра развернулась, чтобы уйти. – Сообщайте мне обо всём, что требует моего внимания. Приказ Интегры означал немедленно уведомлять ее, если Влад совершит нечто странное или просто выйдет из-под контроля. Серас снова отсалютовала Интегре, когда та направилась обратно в особняк, оставив мальчика позади. Как только Интегра исчезла из виду, Дикие гуси сгрудились вокруг него, с любопытством его рассматривая. Серас стало жалко мальчика, когда на его лице отразились страх и беспокойство. Улыбаясь, она присела на корточки и снизу вверх посмотрела на Влада. Он сильно сжал свое распятие. - Привет, - она сказала. – Нас так и не познакомили. Меня зовут Серас Виктория. Ты можешь называть меня Серас. Как тебя зовут? Мальчик с подозрением сверлил ее взглядом, но не отодвинулся, что радовало. - Влад, - он сказал. - А это что еще за странное имечко? – встрял Пип. Серас чуть не завыла от возмущения. - Не слушай его, - она сказала Владу. – Хочешь, я покажу тебе, как чистить оружие? Влад посмотрел по сторонам. - А где оно? - Прямо здесь, - указал Пип на груду огнестрельного оружия. - Это и есть оружие? Пип фыркнул: - Чёрт, из какой дыры твой хозяин откопал его, Полицейская? Серас сжала руку в кулак и ударила Пипа по ноге. Солдаты засмеялись от изумления, когда их капитан стал прыгать кругами на одной здоровой ноге. Серас была рада видеть, что робкая улыбка затеплилась на губах мальчика. - Пойдем, - сказала она, вставая. – Я покажу тебе здесь всё. У нее было чувство, что впереди ее поджидают множество проблем. Она не ошиблась. Хотя Влад смотрел на современное оружие с удивлением, он, как оказалось, не растерял все свойства того, кем он был раньше – Алукардом, основным бойцом организации Хеллсинг. Он внимательно смотрел, как Серас разобрала крупную винтовку и прочистила каждую часть, а затем собрала ее вновь. - Понял? – спросила она. Один из наемников сострил: - Ты, наверно, шутишь. Это же ребенок. Он не сможет повторить твои действия, увидев их только один раз. Серас ухмыльнулась и указала Владу на груду оружия: - Начинай. Немного постояв в нерешительности, мальчик подошел. Дикие гуси с возрастающим шоком взирали, как он поднял самую крупную винтовку с такой легкостью, будто она весила не больше пушинки, аккуратно разобрал ее на части, прочистил каждую, затем собрал оружие даже быстрее, чем Серас. - Всё правильно? – спросил он ее. - Ни фига себе, - пробормотал Пип. Он одобрительно похлопал по плечу Влада. – Всё в порядке, малыш. Остальные наемники бормотали нечто нечленораздельное, находясь под впечатлением. По лицу Серас было видно, что она была очень довольна собой. Мальчик, немного смущенный, но счастливый, что сделал что-то правильно, тоже широко заулыбался. Впервые никто из собравшихся не сжался от страха при виде клыков вампира. Серас не могла не признать, что Влад был просто душкой. - Раз уж тебе придется ошиваться с нами, - сказал Пип, доставая свой пистолет, - я научу тебя стрелять. Ты когда-нибудь использовал одно из этих оружий по назначению? Уставившись на оружие, Влад покачал головой. Выражение на его лице говорило, что он не смог бы отличить дуло пистолета от дырки в стене. Пип протянул ему пистолет. Влад направил оружие на себя и принялся рассматривать дуло. Пип быстро поправил его. - Вот так, - он сказал с улыбкой, - не надо держать пистолет. Хотя я не думаю, что даже при таком положении пистолет угрожает тебе, если учесть то, кем ты являешься, - Серас направила убийственный взгляд на Пипа. – Ой, да, не говорить об этом. Хорошо, - он потащил Влада за собой. – Пойдем, малыш. Я покажу тебе, что значит быть в составе Диких гусей. Наемники удивленно переговаривались, когда их капитан повел мальчика по тренировочному полигону. Не обращая внимания на тревожные взгляды Серас, Пип показал Владу, как надо держать пистолет и прицеливаться. - Видишь? – он спросил, указывая на круглую мишень вдалеке, затем жестом приказал одному из наемников кинуть ему еще пистолет. Он направил оружие на мишень, прицелился и нажал на курок. Пуля попала недалеко от центра мишени. - Неплохо, да? – он спросил Влада, который наблюдал за происходящим с безграничным изумлением. Пип указал на спусковой крючок пистолета: - Ты нажимаешь это, - показал на прицел, - смотришь через это и надеешься, что попадешь в то, что видишь. Мальчик находился за гранью удивления. - Попробуй. Наемники стали гикать, подбадривая мальчика. После некоторых сомнений Влад поднял пистолет и выстрелил, случайно нажав на курок два раза подряд. Отдача пистолета опрокинула мальчика. Он сидел на земле и смотрел на дымящийся пистолет в руке. Наемники со смехом помогли ему подняться. - Совсем не плохо для первого раза, - сказал Пип, посмотрев на мишень, - не… Он резко замолчал, когда увидел два отверстия от пуль Влада в самом центре мишени. Он посмотрел на Влада, который отряхивался после падения. Мальчик вернул пистолет Пипу. - Я сделал всё правильно? – спросил мальчик, продолжая выглядеть смущенным, когда наемники стали радостно кричать и похлопывать его по спине. Пип отвел Серас в сторону. - Так ты говоришь, что Алукард подобрал этого мальчонку? - Ну, - она размышляла, что ответить, - да. - Больше похоже, что он клонировал себя, - пробормотал капитан Диких гусей. – Ты видела, как он управлялся с пистолетом? Очень в стиле Алукарда. - Ну, это потому, что Алукард – хозяин мальчика по крови. - Но Алукард также и твой хозяин, а ты до сих пор не научилась отличать заложника от мухи на стене. *** Интегра сняла очки и протерла их. Была уже поздняя ночь. Она потянулась, сидя на стуле, и подумала, что, наверно, ей следует лечь раньше обычного. Ей стало очень любопытно, когда за окном она услышала одобрительные выкрики.

Girlycard: Светозарное Лео пишет: Пип указал на курок пистолета Прости за занудство, но это называется не "курок", а "спусковой крючок" или "спуск". Больше претензий не имею ^_^ отличный фик, как я уже говорил. А ты, друг мой - прекрасный переводчик...

Светозарное Лео: Гёрлик, люблю твое занудство. ща поправлю. а с прицелом всё нормуль? я просто не шарю в оружии и даже ильку трясла, чтоб он мне помог с терминологией.

Melissa: - Ну, это потому, что Алукард – хозяин мальчика по крови. - Но Алукард также и твой хозяин, а ты до сих пор не научилась отличать заложника от мухи на стене. повеселило, сразу вспомнилась эта цитата )) Перевод достойный, но не помешало бы подправить - стилистические ляпы попадаются. Но все равно моя благодарность не знает предела

Светозарное Лео: Мелисса, да подправляй, дорогая моя, мне не жалко, только не посчитай за труд уведомлять меня о моих ляпах. в личке или в дневе или еще где. мне же надо развиваться и учиться на своих ошибках!

Melissa: Светозарное Лео, я даже при желании не смогу поправить: я рядовой юзер форума, не админ и не модер ))

Светозарное Лео: ну тогда в личке тыкай моим носом в мои ошибки, а я сама буду править. или пусть Шини правит, только опять же, большая просьба, чтоб я знала, где конкретно и почему исправлено.

Фьоре Валентинэ: Глава пятая Прошла неделя. К удивлению главы Хеллсинга – гладко. Влад осваивался довольно быстро. Он учился чистить оружие и по ночам наблюдал за учениями Гусей, а днём спал в комнате Интегры. Современные технологии, его окружавшие, он считал чем-то самим собой разумеющимся – ведь он в другой стране. В отличие от Алукарда он был послушен и мил, как подобает воспитанному тринадцатилетнему мальчику. Спустя несколько дней после своего "прибытия" мальчик перестал шарахаться от каждого угла и коридора, хотя в присутствии Целас всё ещё с тревогой нащупывал свой крест. Дикие Гуси были в восторге от мальчика. Он в их глазах отличался от других вампиров. А к Алукарду они никогда ничего не испытывали кроме сдержанного уважения. Ехидные замечания вампира с внешностью настоящего мачо, его неимоверно раздутое высокомерие, жутковатые способы перемещения и явно больное чувство юмора держали их в страхе. Что касается Целас, то ее компанией они наслаждались и воспринимали таким же бойцом, как они сами. Хоть она и была… ну, в общем… женского пола, они были прекрасно осведомлены, как она может «продефилировать» мимо в своей короткой по самое не могу юбчонке. С ней Гуси были менее грубы, хотя и менее спокойны, и даже пытались вести себя по-джентльменски. Влад же – мальчишка. Просто ребёнок, несмотря на красные глаза и, пусть крошечные, но клыки. Он казался немного медлительным, и ему явно не хватало опыта жизни, но он смеялся над их шутками и издёвками, внимательно наблюдал за маневрами, на всё смотрел с любопытством. Гуси смотрели на него, как на талисман, и даже поспорили, позволят ли ему стрелять, и потом громко, чтобы Пип слышал, дискутировали, не заменит ли он командира. Уолтер почти не вылезал из библиотеки – всё читал и делал заметки. Кое-что интересное он нашел, но он не был уверен, что это важно или интересно. Мальчик приходил к нему время от времени, обычно прося поесть, как его проинструктировала Интегра. Дворецкий нашел для мальчика другую одежду, но она оказалась ему безнадёжно велика, так что пришлось взяться за перекройку. Влад фактически тонул в одежде даже после ушивки, но, казалось, не возражал. Уолтер всё ещё думал, что же могло так вывернуть наизнанку его старого товарища, но всё-таки в этом были свои плюсы. Ребёнок довольно долго жил в особняке. Целас думала, что ее Хозяин – очаровательнейший ребёнок, и задавалась вопросом, будет ли он злиться, если она скажет ему об этом, когда всё вернётся на круги своя. Интегра испытывала странные новые ощущения. Впервые за многие годы всё шло нормально, как по маслу. Она, оказывается, и не знала, насколько легче работать, когда Алукард не свешивается периодически с потолка, не проходит сквозь стену каждые десять минут, чтобы подразниться. Стало тише, спокойнее и меньше пуль в стене. Однако признаваться самой себе в этом Интегре не хотелось. Конечно, на данный момент была другая проблема. Хотя она видела мальчика только по утрам и вечерам, Влад следовал за ней неустанно. Интегра была уверена, что он так делал, потому что чувствовал себя рядом с ней в безопасности, ведь он всё ещё побаивался Целас и стеснялся остальных. Она чувствовала себя с ним довольно неловко – Интегре было невероятно трудно говорить тепло и ласково, тем более, с ребёнком, после десяти лет непрерывного отдавания приказов. Уолтер был прав: материнская забота ей не было дана. Но Интегра признавала, что это не единственная причина. Она постоянно ощущала, что Алукард для мира не потерян, что он где-то рядом, на задворках сознания ребёнка. Она не знала, заметил ли кто, и ощущал ли внимание сам мальчик, как вспыхивают его глаза, когда она рядом ... так глядел на неё только Алукард. Следовало быть похитрее, поосторожнее и почаще замечать эти общности. И да, как правило, смотрел мальчик всегда на шею. Мальчик, так и не зная, что за «суп» он ест, продолжал питаться медицинской кровью и, кажется, не испытывал никаких подозрений. Не казалось ему и странным, что живёт он исключительно ночами. Это было хорошо. На данный момент мальчик сидел в её кабинете, терпеливо ожидая приказа – он поступал так каждый вечер, просыпаясь. Интегра постоянно ощущала его взгляд. Алукард имел ту же дурную привычку. - Вечер, Влад, - сказала она, не поднимая глаз. – Ты выспался? - Да, сэр. - Продолжай свою работу. Дикие Гуси сейчас на полигоне. Влад поклонился, повернулся и влетел в только вошедшего Уолтера у самой двери. - Осторожней, - дворецкий сказал это с улыбкой, но мгновенно схватил мальчика за руку, когда тот решил его обойти. – Останься пока, - он повернулся к Интегре. - Я думаю, на данный момент не стоит отпускать его из виду, леди Интегра. Интегра вопросительно посмотрела на дворецкого. - В чем проблема? - У нас неожиданные посетители. - Кто? - Энрико Максвелл и отец Александр Андерсон. Интегра топнула ногой. - Чего они хотят? – резко спросила она. - Максвелл сказал, что они оказались рядом решили нанести неурочный визит. - Воистину стоящая причина, - Интегра вскочила из-за стола. – Я так понимаю, шансов отказаться от этого визита у нас нет? Уолтер отрицательно покачал головой. - Это не самая лучшая идея. Королева ратует за сотрудничество между Хеллсингом и Ватиканом. Максвелл, скорее всего, приехал специально, чтобы доказать, как мы его не любим. - А Служитель Иуды? - Надеется подраться с Алукардом, я думаю. Они одновременно посмотрели на Влада. - Это не возможно. Алукард не в состоянии воевать. - Конечно. Скажем ему, что Алукард на миссии. Интегра скрестила руки на груди. - Я разберусь с Максвеллом, - процедила она. – Расположишь Андерсона в самой дальней комнате, чтоб не было неприятностей. Полицейской скажи, чтоб была в боевой готовности, - она повернулась к Владу. – Ты… оставайся здесь. Никуда не уходи, пока я не вернусь. - Я сделал что-то не так, сэр? - спросил мальчик. Интегра сокрушённо вздохнула, взглянув на него. - Нет, - сказала она, смягчая тон. – Ты здесь ни причём. Просто сюда пришли опасные люди. Будет лучше, если ты останешься здесь, ясно? Это ненадолго. Влад кивнул. Не сказав больше ни слова, Интегра и Уолтер покинули кабинет. *** Энрико Максвелл с нетерпением переступил с ноги на ногу. Английская свинья тянула время. Он собирался купить побольше роз, но зачем же тратить деньги на цветы для ничего не ценящей распутной девки? Он взглянул на стоящего рядом молчаливого падре. - Я начинаю думать, что она собирается оставить нас здесь, - сказал он. Андерсон пожал плечами. - Ты знаешь, она действительно может выглядеть лучше. Если бы она надела платье или хотя бы немного подкрасилась, я бы подумал о женитьбе. - Не думаю, что это хорошая идея, - отозвался падре. - Это была шутка, Андерсон. Не успел Андерсон ответить, как двери перед ними распахнулись, явив крайне раздражённую главу Хеллсинга. - Что вам здесь надо, Максвелл? – не спросила, отрезала она. - Кроме того, чтобы потратить драгоценное время? Максвелл нацепил на лицо свою самую «привлекательную» улыбку. - Ну что вы, Интегра. Неужели давние друзья не могут встретиться лишний раз? - Мы друзья? Для меня это новость. - Позвольте мне хотя бы выпить чашечку чаю, - сказал Максвелл. – мы же на одной стороне. Стоит показать друг другу и королеве, что мы способны нормально общаться. Разве вы не согласны? Интегра потерла переносицу. Максвелл мысленно пообещал себе не погружаться в беседу и уклоняться от прямых вопросов. - Хорошо, - сказала она немного погодя, и обратилась к дворецкому: - Принеси нам чай, Уолтер, в маленьких чашках. Она отступила, позволяя нежданным посетителям войти. - Отец Андерсон, - констатировала она, чуть наклонив голову. Падре её тоже узнал. - Мисс Хеллсинг, - ответил он в том же тоне. - Если ищешь Алукарда, то его здесь нет. - Можно ли узнать, где же он? - На миссии. Не вернется некоторое время. Они зашли в залу. - Вы тоже прибыли на чаепитие или Уолтеру составить вам компанию? Андерсон, кажется, на это рассчитывал. - Если позволите, - сказал он. – Я лучше подожду в прихожей. Интегра пожал плечами. - Как хотите. После того, как оба управленца скрылись в глубине залы, Андерсон вернулся в прихожую и уселся на диван. Много времени это не займёт. Максвелл приехал толкьо ради игры на нервах главы Хеллсинга. Рано или поздно эта хамоватая девица взорвётся и выгонит его чуть ли не пинками. Падре зевнул. Все предсказуемо. Он не хотел ехать в Англию, тем более, заявляться сюда. С вампиром бы они неплохо развлеклись, но кровосос отсутствовал, так что падре замучила тоска по приюту. Он посмотрел на часы, висевшие на стене. Нет, это надолго. Тем не менее, что-то заставило его напрячься. Он вдохнул воздух, наполнившийся знакомым тяжёлым ароматом. Падре был готов биться об заклад – кожа… металл… кровь… и нечто странное. Он встал и медленно пошёл через залу к источнику запаха. Когда он поднялся по лестнице, запах вдруг исчез, но это чувство беспокойства не уходило. Волнение будоражило. Дракулина? Неужели так окрепла? Похоже, чудовище серьёзно занималось её подготовкой. Но ... нет, всё-таки не она. Точно не она. Алукард – демон, вне сомнения, но не Целас Виктория. Алукард был рядом, он не сомневался. Только демон столь высокого уровня может обладать настолько мощной аурой. Падре нащупал штыки и зажал меж пальцев. Вампир хотел скрыться? Испугался? Да не может такого быть. Правосудие Божие найдёт его и ложь протестантки тут не поможет. С одной стороны коридора на верхнем этаже были двери, с другой – окна. Чувствуя себя всё более уверенно, Андерсон попробовал открыть все двери подряд. Первые две были закрыты, впрочем, от них всё равно ничего не исходило. Третья была приоткрыта. Он прислонился к косяку и толкнул ее медленно. Демон был там, он уверен! Кровь вскипела, стоило ему увидеть красные вампирские глаза. С могучим рёвом он ворвался в комнату, мгновенно ощетинившись штыками. Мальчик испуганно пискнул и нырнул под письменный стол. Андерсон сморгнул. Ребенок осторожно выглянул из-за стола – глаза светились в темноте. Падре медленно опустил штыки, внимательно разглядывая ребёнка. Несомненно, это был вампир. Его глаза отливали красным, а от всего тела шла сильная энергия. Первой мыслью было порвать монстрёнка на кусочки, но что-то падре удержало. Мальчик осторожно вылез из-под стола. Андерсон убрал штыки обратно в рукава. Ребенок выглядел лет на десять. На шее висел золотой крест. Вампир с крестом – это по меньшей мере странно. По его испуганным глазам падре понял, что мальчик не опасен. Если ребёнок, вампир это или нет, находился в здании организации (да ещё и в кабинете Интегры), на то должна была быть уважительная причина. Возможно, демон Алукард подобрал нового неоперившегося птенца – в этом случае его убийство может вызвать больше проблем, чем эта санкционированная прогулка Андерсона по особняку. Кроме того, дети были его слабым местом. Андерсон присел на корточки и подозвал для мальчика к себе. - Подойди, - сказал он мягко. – Всё в порядке. Я просто спутал тебя кое с кем. Мальчик встал на ноги, его взгляд вперился в увесистый крест, свисавший с шеи Андерсона. - Вы священник? - тихо спросил он. - Да, так и есть. - Да, - ответил мальчик. - Добрый вечер, преподобный. Андерсон улыбнулся. Дети, несмотря на его внешность, всегда доверяли ему. - Добрый вечер. Как тебя зовут? - Влад. Андерсон не был уверен, что когда либо слышал это имя. - Что ты делаешь здесь, дитя мое? Мальчик сделал несколько шагов вперед, но все еще держался на расстоянии, нервно заложив руки за спину. Он был черноволос и бледен, со вполне европейскими чертами лица. - Я живу здесь, преподобный, - сказал он вежливо. Андерсон нахмурился. - Как же ты здесь оказался? - Меня сюда продал султан. Я должен остаться здесь, пока отец не вернётся. Не в силах понять, о чём говорит ребёнок, Андерсон отмахнулся. Он ещё раз оглядел назвавшегося Владом мальчика – как-то знакомо он выглядел. Он попросил ребёнка подойти ближе. Мальчик сделал шаг и улыбнулся, когда священник с улыбкой положил ему руку на плечо. Это была добрая улыбка, которая несколько расслабила самого Андерсона. Его заклятый враг никогда бы не смог так чисто и невинно улыбнуться, хоть мальчик и был похож на него до жути. Андерсон похлопал мальчика по плечу. - Когда же ты прибыл сюда, дитя моё? - Восемь дней назад, сказал мальчик. - Я был отправлен сюда в гробу, по морям. - И ты служишь в этом особняке? - Да, преподобный. Я служу сэру Интегре. - Ты больше никого здесь не знаешь? - Я знаю Уолтера, - сказал мальчик задумчиво. - А ещё мисс Викторию. И капитана Бернадотте. В этом был определённый смысл. Если Алукард действительно обратил этого малыша, то в его обязанности входило служить Интегре и помогать Дракулине. Андерсон погладил подбородок.Итак, в Хеллсинге сейчас три вампира. Интересно… - Так это вы Алукард, преподобный? Андерсон чуть не упал. - Что?! - Значит, не вы, - мальчик явно был разочарован. - Сэр Интегра говорит, что он тоже служит этому дому, и что скоро я с ним встречусь. Мальчик не знал своего хозяина? - Нет, - сказал Андерсон. – Это точно не я. Меня зовут Александр Андерсон. В глазах мальчика словно промелькнули искры, как от удара металла о металл. Но лишь на мгновение. Андерсон едва заметил. Но вспышка исчезла, не позволив себя разгадать. - А что ты знаешь о вампирах?- спросил он. Всё-таки ему было интересно, как же Хеллсинг обучает детишек такого возраста. Мальчик моргнул. - Что такое "вампир", преподобный? Андерсон открыл было рот, собираясь ответить, но тут его властно перебили. - Падре Андерсон. Он быстро встал и обернулся. Английская свинья стояла в дверях в сопровождении своего дворецкого и растерянного Максвелла. Глаза Интегры сверкнули, словно кинжалы. - Влад, - сказала она. - Иди сюда. Мальчик подошёл к ней. Глава Хеллсинга повернулась к Максвеллу. - Вам бы стоило, - холодно сказала она, - Проинструктировать вашего подчиненного на предмет уважения частной жизни чужого дома. Максвелл, казалось, не слышал ее, его взгляд был прикован к Владу. - Что это? - спросил он со усмешкой. – Новое домашнее животное, Интегра? Я бы подумал на вашем месте – итак уже двоих содержите. - Он под опекой организации, - резким тоном сообщила Интегра. - И ни вы, на ваш охотник не имеете к нему никакого касательства. Я предлагаю вам немедленно убраться. Максвелл с издевательской ухмылочкой повернулся на каблуках. - Поверь мне, - сказал он ехидно, - Меня очень мало интересует, каких домашних животных предпочитают язычники и в каком количестве. Пойдем, Андерсон. Падре, прежде чем уйти, оглянулся и увидел, как Интегра опускается на колени перед мальчиком и касается его лица, как часто делал сам падре, успокаивая подравшихся детишек. - Что с этим пацаном? – спросил Максвелл после того, как они вышли за пределы особянка. - Вне сомнения, это вампир, - ответил Андерсон. - Ещё один птенец Алукарда? - Может быть, - Андерсон остановился. – Он кажется немного медлительным и, по-моему, не в курсе даже, что с ним произошло. - То есть? - Он не знает, что стал вампиром. Максвелл рассмеялся. - Ну что ж, хорошо, - сказал он. – Что он нас всех не поубивал. Они шли к воротам, а Андерсон всё пытался вспомнить, на что была похожа та вспышка в глазах мальчика при звуке его имени.

Girlycard: Фьоре Валентинэ пишет: Падре нащупал штыки и зажал мед пальцев Единственная опечатка, которую я заметил... Забавно, и часто Искариоты к Леди в гости наведываются?))) А уж кавайный маленький Влад, которого все обожают - это просто нечто...мурк... Мне понравилась эта глава, в общем.)

Светозарное Лео: а меня главка расстроила. не перевод, а само повествование. скажите, что я не права, но в голове не укладывается, что вражья организация будет проситься к хеллсингу в гости, и что их пустят в святая святых, да еще и чаем напоят. в маленьких чашечках... опять же даже сей автор не устоял перед соблазном собрать в одном рассказе как можно больше персонажей хелса. ну почему одной организации хеллсинг автору показалось мало?! на мой скромный взгляд, искариоты явно лишние... Фьоре, перевод хороший. не без недочетов, но это уже к Шини. единственное, что покоробило. "домашнее животное" по отношению к мальчику. в оригинале это слово pet, да? думаю, можно бы подобрать такой перевод как "домашний любимец" или "домашний питомец". или "домашняя зверушка", на худой конец. кстати, в описании Максвелла у автора встречаются стереотипы, например, что он ссылается на Интегру не иначе как "английская свинья". короче, как-то я расстроилась. но это мое мнение. к тому же, сама и буду переводить продолжение, так что обязательно узнаю, что будет дальше.

Светозарное Лео: Глава 6 Интегра тяжело опустилась на стул, ее рука инстинктивно шарила по столу в поисках сигары. Она откусила кончик у первой попавшейся сигары и зажгла ее. Уолтер стоял неподалеку, его лицо выражало усталость и облегчение. Те же чувства отражались и на лице Интегры. - Мы были на грани. Дворецкий кивнул. - Мои извинения. Мне следовало более внимательно следить за ним. - Да уж, следовало, - уверенно согласилась Интегра, - но в общем и целом, на данный момент это не имеет никакого значения. Если Влад будет находиться здесь некоторое время, Энрико всё равно бы его обнаружил, рано или поздно. Вероятно, Андерсон ощутил присутствие Алукарда. У этого человека собачье чутье на вампиров. - Видимо, ему показалось, что Влад не опасен. - Не желая того, здесь Влад сыграл в нашу пользу, - Интегра потерла виски. – Это довольно затруднительная ситуация, Уолтер. Тот кивнул, соглашаясь: - Более, чем просто необычная ситуация, Интегра? Думаю, что вы будете беспокоиться меньше, если мальчик будет постоянно находиться рядом с вами. Глава организации Хеллсинг нахмурилась: - Не дразни меня, Уолтер. Не самый подходящий момент. - Прошу прощения, - извинился Уолтер, продолжая улыбаться. – Я лишь хотел сказать, что мы не закончили тот разговор, который мы начали несколько дней назад. Вообще-то, это была ночь перед … трансформацией Алукарда. - Ты снова хочешь позлить меня, перевирая мои слова? - Я не думаю, что я перевирал чьи-то слова. Представьте мое удивление, когда вы сказали мне, что беспокоитесь, отправляя Алукарда на задание. - Это были всего лишь мысли вслух. - Ваши мысли, высказанные при мне. Это нелегко забыть. Вы помните, что сказали тогда? - Я сказала, что обеспокоена. - Обеспокоены, что ваш верный слуга, бесспорно, сильнейший вампир в мире, может попасть в переделку, сражаясь с каким-то недоделанным вампиром класса «В». - Алукард важен для нашей организации. Время от времени я должна выражать опасения по поводу его безопасности. - Это единственная причина? Не в силах сдержаться, Интегра рассмеялась: - Вот ты опять начинаешь. Ты слишком тщательно анализируешь мои слова. - Я лишь спросил вас, существует ли вероятность того, что Алукард занимает некоторое место в вашем сердце. - Я забочусь обо всех, кто работает на мою организацию. Ты, Серас, Дикие гуси. Вы все важны. - Люди по-разному важны для вас. - Ты опять начинаешь, - Интегра затянулась сигарой. – Я придерживаюсь своих слов, сказанных тебе той ночью: для любви, на которую ты намекаешь, просто нет места в моей жизни. - Но вы также сказали… Стук в дверь прервал Уолтера и тот остановился на полуслове. Он открыл дверь кабинета. Влад робко вошел. - Сэр Интегра? – сказал он. – Вы не сказали мне… Мне надо пойти сейчас работать с Мисс Викторией? - Да, - быстро сказала Интегра. – Я отведу тебя. Она прошла мимо Уолтера, бросив на него беглый взгляд и сказав: - Интересно, научатся ли когда-нибудь дворецкие заниматься только своими делами, а не личными делами работодателей? Когда она и Влад выходили из кабинета, Уолтер ухмыльнулся. Интегра покачала головой и вздохнула. Когда они спустились на первый этаж, Интегра заметила, что Влад всё это время вопросительно смотрел на нее. - Да? Влад почесал щеку, будто подбирая нужные слова: - Сэр Интегра, - наконец, сказал он с явным волнением, - а господин Алукард ваш … Насколько поняла Интегра, мальчику было трудно найти нужное слово. Отношения между мужчиной и женщиной в эпоху Влада были либо супружескими, либо не существовали вовсе. Влад, видимо, догадался, что Интегра не была замужем, поэтому ему было трудно сформулировать вопрос: - … друг? Подобранное Владом слово оказалось достаточно правильным. Интегра рассудила именно так и медленно кивнула: - В каком-то смысле, - ответила она. – Думаю, можно сказать, что мы с Алукардом друзья. - Я не знаю, как правильно спросить, - признался Влад. – Я не могу подобрать нужное слово. Может, в вашей стране есть такие слова? Наверно, романтичные? Романтичные… Она посмотрела на мальчика сверху вниз и напомнила себе, что он не такой наивный, каким кажется. Ради всего святого, этот мальчик был Алукардом! Но как же ответить на его вопросы? - Вы очень волнуетесь за него. Он в беде? Интегра пожала плечами: - Нет такой беды, из какой он не смог бы выйти победителем. - Вы волнуетесь, - это был не вопрос, скорее утверждение, и на мгновение Интегре показалось, что голос мальчика был похож на голос Алукарда. – Вы позволите мне спросить, сэр Интегра? Вы были любовниками? Интегра чуть не поперхнулась собственной слюной, когда вспомнила, что слово «любовники» имело совершенно другой смысл пятьсот лет назад. Итак, мальчик спросил, любила ли она своего слугу-вампира. Тот же мальчик являлся вампиром, о котором шла речь. Может, это и есть Алукард? Который спрашивает… - Почему ты спрашиваешь об этом? - Простите, - Влад быстро извинился. Было видно, что ему стало стыдно. – Я не хотел подслушивать. Я знаю, что это не мое дело… Интегра остановила его, подняв руку. - Не волнуйся, - сказала она. – Даже закрытая дверь не в силах скрыть все тайны. Вообще-то, дверь кабинета Интегры могла скрывать и не такие тайны, но у мальчика был слух Алукарда. Она слегка улыбнулась и взъерошила его волосы. - И ты прав, это не твое дело. **** Владу очень нравилась сэр Интегра. Именно эта мысль блуждала по разуму Влада, когда он чистил Харконнен, принадлежащий Серас, и наблюдал за тренировками Диких гусей. Будучи в составе отряда уже три недели, мальчик привык к своим обязанностям и был даже … счастлив. Счастье было новым, необычным для него чувством. Всю свою жизнь Влад никогда не сближался с кем-либо. Он держался на почтительном расстоянии от своего отца, Влада Второго, и от старшего брата, Мирча. Иногда они его обижали. Его мать, словно серая мышка, никогда не приходила ему на помощь, даже когда он был совсем еще ребенком. Она преподавала ему основные знания, а бОльшую часть времени просто сидела на своем стуле в углу швейной комнаты, совершенно неподвижно, будто неживая фарфоровая кукла. Раду, его младший брат, был для Влада почти другом. Раду был гордый и вспыльчивый, но они вместе проводили время и чаще всего не ссорились. Влад вздохнул и подумал, где может быть его брат. Наверно, в замке Султана? Влад был очень доволен, что сам там не находился. Его отец оставил его и Раду там. Ради благой веры, если Влад понял отца правильно, хотя он не до конца осознал, о чем говорил отец. Но все те ужасные вещи, которые Султан вытворял с ними, нельзя отнести к тем вещам, которые делаются ради благой веры. Находясь у Султана, Влад бродил по огромному замку, словно раненый зверь. Он не хотел попадаться ни кому на глаза, чтобы его снова не побили. Он ел то, что ему удавалось найти на кухне. Он спал в одной комнате с Раду. Но это были хорошие дни. В плохие дни, точнее, в плохие ночи, Султан имел свои виды на мальчика. Влад содрогнулся и схватился за свое распятие. На его разум нахлынули воспоминания о том, как он выбирался из постели Султана и убегал, когда огромная туша погружалась в сон. Влад вспомнил, как его спину покрывал холодный пот, как его охватывало чувство, что он был вымазан в грязи, которую невозможно отмыть. Он закатал левый рукав. Кожа на его предплечье была ровная и чистая, что показалось мальчику немного странным, но не слишком удивительным. За три недели его пребывания здесь шрамы вполне могли зарасти. Он снова подумал о сэре Интегре, и эти мысли всколыхнули самые потаенные уголки его разума. Она была очень красивая. Даже замечая, какие взгляды весь персонал бросает на Мисс Викторию, которая была богаче в теле и одета более провокационно, Влад считал, что сэр Интегра красива именно классической красотой – утонченная, уверенная в себе. К тому же, она всегда вела себя так, словно была графиней. Она была прямой противоположностью его вечно испуганной матери. Она относилась к нему нежнее и добрее, чем кто-либо когда-либо относился к нему за всю его жизнь. Когда он спал в ее постели, он чувствовал ее запах на ее простынях, нежный аромат табака и лилий. Этот запах действовал на Влада успокаивающе. Влад также размышлял о слуге, с которым ему предстояло встретиться. Об Алукарде. Это странное имя как-то беспокоило мальчика. Но почему? Ему оставалось только догадываться. Собрав Харконнен, Влад отложил оружие и подошел к следующему, удивляясь, как англичанам удалось сделать такое огромное оружие таким легким. На некотором расстоянии от него кто-то выстрелил. За выстрелом последовали грохот, ругательства, смех и жесткий выговор со стороны Серас. - Зажги, Полицейская! – он услышал голос Капитана Бернадотте и посмотрел вверх, на небо. Когда Капитан Бернадотте говорит «зажги», значит, скоро будут пускать фейерверки. - Сам зажги! – закричала мисс Виктория. – Как ты думаешь, что ты натворил?! Потребуется целое состояние, чтобы починить эту статую! - Это всего лишь статуя для украшения лужайки! - Это антиквариат! У мисс Интегры будет приступ, когда она узнает! - А мы всё спрячем, и она не узнает. И никаких проблем. Несколько наемников собрались вокруг, чтобы посмотреть на соревнование по крику. Некоторые из них обернулись к Владу и помахали ему, приглашая его присоединиться. Он так и сделал. Каждый раз, когда Капитан Бернадотте и Мисс Виктория начинали кричать друг на друга, им требовалось несколько минут, чтобы осознать, что они стали центром всеобщего внимания. Гуси даже бились об заклад, пытаясь угадать, сколько конкретно времени будет длиться ссора. - Три с половиной минуты, - прошептал кто-то, когда Влад подошел. - Неее, на этот раз он ее действительно взбесил, - сказал кто-то другой. – Я лично даю шесть минут как минимум. - Четыре, - еще один наемник прошептал, похлопав Влада по плечу. – А на проигравшем Влад будет тренировать точность стрельбы. Смех прошелестел по толпе наемников. В тот момент, как спор длился уже три минуты, громкий гудок послышался со стороны капитана Бернадотте. Влад с любопытством наблюдал, как капитан поднял палец, заставляя Серас замолчать, одновременно вытащил из кармана черную коробочку и стал говорить в нее. - Да? – он сказал, затем затих. Все глаза были устремлены на него. В воздухе повисло напряжение. Владу даже казалось, что он может ощущать его запах. - Так точно, босс, - черная коробочка вернулась в карман. Капитан Бернадотте повернулся к своим ребятам с серьезным выражением лица. - В центре города существенные волнения. Хватайте оружие и по коням. Живей! Живей! Живей! За считанные секунды вокруг Влада закипел хаос. Но это был организованный хаос. Дикие гуси хватали свои пистолеты и боеприпасы, Серас схватила свой Харконнен. Влад отскочил, чтобы пропустить наемников, которые молниеносно пронеслись мимо него. Со стороны особняка приближались странные механизмы на колесах. Они изрыгали ослепляющий свет впереди себя. Влад прикрыл глаза рукой и через растопыренные пальцы увидел, что солдаты залезают в эти механизмы через специальные проемы. Затем, приняв в себя солдат, эти странные механизмы начали перемещаться, будто кареты без лошадей. Правда, эти конструкции были намного больше и намного быстрее, чем простые кареты. Чья-то рука схватила Влада за плечо. Он поднял глаза и увидел, что перед ним стоял Капитан Бернадотте и улыбался, глядя на него сверху вниз. - Эй, Влад, - сказал Капитан, чьи глаза блестели даже более лукаво, чем обычно. – Хочешь посмотреть на воинов Хеллсинга в действии? Радостное волнение нахлынуло на Влада и покрыло его с головой. Хотя он не понимал, о каком «действии» шла речь, Влад яростно закивал. Капитан Бернадотте ухмыльнулся: - Вот это я понимаю, боевой дух! Через секунду Влад ощутил, что его толкают внутрь одной из этих металлических карет, где уже сидели шестеро солдат, которые смеялись и хлопали его по спине. Затем карету закрыли, и она тронулась с места. Сквозь застекленные проемы Влад с удивлением наблюдал, как на огромной скорости въезжает в город, где огромные силуэты зданий встречали его, будто солдаты, вставшие по стойке «смирно».

Melissa: Я приятно удивлена скоростью работы и повторюсь, что безмерно признательна вам за ваш труд, но все-таки некоторые моменты в переводе сильно смутили. 1) Максвелл, называющий кого-то пацаном. Все-таки "kid", с учетом личности Максвелла, лучше трактовать как "мальчишку", "ребенка". 2) Имя старшего брата Влада. Светозарное Лео, исправь этого калькированного "Мирсеа" на "Мирчу", пока не появилась Фьоре. Она-то у нас "Историк. Хранитель и мучитель Ордена Дракона" 3) Пип, кричащий "Го! Го! Го!" Мне кажется, что здесь оптимальнее будут повторения "быстрей!" или "живо!". Или даже "а ну-ка поживей!", "не рассиживайтесь!" А то сомнительно, что Пип решил подражать настоящим гусям ))

Annatary: Очень интересный фик, отличная задумка, мой респект автору! Фьоре, Лео, огромное вам спасибо за перевод! Девчонки - вы огромные молодцы! С нетерпением жду продолжения истории. согласна с Melissa ... "Go! Go! Go!" это нормальный такой для англоязычной армии подбадривающий окрик сержанта, но в русском языке я бы его заменила на "Живее!" или "Шевелись!" А вычитать и "отшлифовать" текст можно уже и после окончания перевода.

Фьоре Валентинэ: Светозарное Лео, "домашний любимец" - как-то слишком мягко, мне при прочтении показалось, что это должно быть сказано пренебрежительно, с ноткой оскорбления :) и от старшего брата, Мирсеа Мирча! Х) Хотя бывает хуже, да - один раз его перевели "Майклом" :) Melissa, ладненько, исправим на "мальчишку") Annatary, это вам спасибо, что читаете

Annatary: Фьоре Валентинэ мне спасибо? За что? давай скорее еще кусочек))))

Светозарное Лео: девочки, насчет "Го! Го! Го!" я немедля исправлю, но сначала расскажу вам душещипательную историю, что в нашей сумасшедшей семейке этот клич очень даже популярный. всё происходит от вавоского жаргона, где на битвы приглашают так "Го БГ!" поэтому я даже своего младенца так призываю делать разные действия: "Го гулять" или "го бай". она тоже так говорит. так что не могла не написать именно так. ))) но я исправлю обязательно... и Мирчу тоже ща найду и исправлю. этот фик для меня оч познавательный, что касается истории настоящего Влада. братья там всякие. ))

Фьоре Валентинэ: Глава седьмая. Интегра наблюдала из окна кабинета, как Гуси загружаются в броневики и выезжают за ворота. В центре города появились вооружённые вампиры – они обстреляли людей. Несомненно, это вампирские разборки – Блуждающие В Ночи снова пытаются захватить власть. Случается время от времени, спасибо хоть, что не постоянно. Вампиры низкого уровня плохо организованы и не умеют контролировать свои способности, подчиняясь исключительно примитивным инстинктам. Единственными, кому удалось действительно пошатать организацию, оставались Люк и Ян Валентайны, всё равно, однако, павшие к ногам Алукарда и Целас. Говоря о которых ... Она повернулась, заслышав шаги Уолтера. - Гуси отбыли, - сообщил он. Интегра кивнула. - Отлично, - сказала она. – Позови-ка сюда Влада. Его надо чем-то занять, пока не вернётся Целас. Дворецкий устало посмотрел на начальницу. - Это будет проблематично, - сказал он. – Я не могу его нигде найти. Интегра заметно встревожилась. - Что?! - Я не могу его найти, - повторил Уолтер. - Я смотрел везде, где он бывает обычно, когда ему нечего делать, но ... - Только не говори, что случилось то, о чём я подумала… - …Полагаю, он пошёл за бойцами. Интегра была готова поклясться, что Уолтер, случись с ней подобное, непременно поступил бы так же. - Готовь машину, - сказала она, встав из-за стола и буквально проносясь мимо дворецкого. - Мы должны вернуть его. - Стоит ли тревожиться? – спросил Уолтер, следуя за ней по коридору. - Он же всё еще Алукард. - Алукард, не умеющий управлять своей огромной силой, - парировала Интегра. - Если он не может сейчас даже сквозь стены проходить и левитировать, как думаешь, ему хватит ума восстановить оторванную руку? *** Оглушительно ревели взрывы. Влад, прятавшийся в пустом броневике, заткнул уши. После того, как мисс Виктория обнаружила, что он увязался за Гусями, она и капитан Бернадотте едва не передрались – хорошо хоть оружия у них в руках не было. Возмущённая и взволнованная Виктория приказала мальчику оставаться в броневике. За прошедшие несколько недель он многое узнал, в основном, правда, об оружии, бомбах, и какой-то странной военной тактике, о которой в Валахии слыхом не слыхивали. Как только Гуси выскочили из броневиков, воздух мгновенно наполнился свистом пуль, ближайшие здания скрылись в огне. Бойцы заняли свои позиции и открыли ответный огонь. Хотя у машины были непробиваемые стены – на то он и броневик – мальчик мог разобрать, хоть и звучали они приглушённо, часть слов и приказов. - Прикрой меня! – услышал он крик мисс Виктории. Затем воздух снова наполнился рёвом канонады, а мальчик осторожно заглянул в окно – Виктория ворвалась в дымящееся здание. Что-то ударило в стену броневика. - Ты как, пацан? –послышался сквозь грохот голос капитана Бернадотте. - Я в порядке, - крикнул он в ответ. - Что там происходит? - Полицейская не в восторге от твоего поступка, - ответил капитан. - Но ..., - пауза. – О ч...! Влад так и не понял, что крикнул нырнувший в укрытие Бернадотте. По броневику забарабанили пули. Он отбежал в другой его конец. Снаружи воцарилась жуткая тишина. Испугавшись, он снова выглянул в окно. По улице стройной колонной шли вооруженные батальоны, точнее, он предполагал, что батальоны. Когда они подошли ближе, он заметил, что они как-то странно двигаются, словно пьяные, не способные управлять своими конечностями. Хоть все держали оружие наготове, прицелиться никто не мог. Он не понимал, как можно идти, не смотря вперёд – их головы болтались на шеях, словно на веревках. Рты у большинства не закрывались, а кое у кого даже свисали вывалившиеся чёрные языки. - Вооруженные упыри! - закричал кто-то. – Огонь! Дикие Гуси грянули очередями, упыри не преминули ответить. Влад с ужасом наблюдал, как бойцы Хеллсинга косят упырей, словно бы не задетые их ответным огнём. Батальон редел, головы упырей взрывались, как переспелые яблоки, но некоторые, как с ужасом отметил Влад, со всё также широко открытыми глазами продолжали двигаться, даже потеряв руку, а то и обе ноги. Несколько упырей разрубило пополам – они ползли по земле, цепляясь крючковатыми пальцами. Что же это… - Держись, полицейская! – грохот канонады. Капитан Бернадотте взял автомат и несколько обойм. Он устало отер лоб и посмотрел на часы, потом с тревогой – на дымящее здание. - Слишком долго! - крикнул он своим бойцам. - Прикрой меня, я иду за ней! Вооружённых упырей становилось всё меньше. Влад видел, как капитан скрылся в здании, пока его бойцы, прикрывая командира, отстреливались. Кто-то был ранен, но ни один не погиб. Стрельба утихла, как только упал последний упырь. Дикие Гуси поднялись из-за баррикад и осторожно выбрались на дорогу, держа оружие наготове. Влад слышал, как они шептались. - ... Слишком странно. - Выпускать упырей с оружием ... странно ... заставляет задуматься. -… случалось раньше. - Они ... обучаемы. - ... Страшно дезорганизованы. - ... Пацан? Задняя дверь броневика открылась. Тяжеловооруженный человек заглянул внутрь. - Ты в порядке, парень? - спросил он. - Хочешь выйти на немного? Пока всё спокойно. Кивнув, Влад вылез из броневика. Улица сильно пострадала, вокруг валялись тела и каменная крошка. У самых своих ног мальчик увидел упыря. Лицо у него было серое как пепел. Куски дряблой кожи свисали с оголившегося черепа. Похоже, он умер очень давно. «Мертвецы ходят по земле», - подумал он с содроганием. – Неужели это и есть работа Хеллсинга?» - Плоховато выглядишь, - заметил один из наёмников. - Не боись, ты к этому скоро привыкнешь. Прежде, чем Влад задумался, хотел бы он вообще к этому привыкать, его внимание привлек знакомый запах. Воздух словно бы уплотнился и потяжелел. Он не мог понять, что это за аромат, но чувствовал его несомненно. Влад наморщил нос. Двое бойцов перевязывали ногу своего товарища, задетую пулей. Повязка быстро промокала, по ткани расползалось красное пятно. Влад не мог от него оторвать взгляд. Зрелище было бесконечно увлекательным. Сам того не желая, он сделал шаг в сторону раненого солдата. Он не заметил, как вздёрнулась его верхняя губа, обнажив заострившиеся клыки. Тяжелая рука опустилась ему на плечо. Человек развернул его к себе лицом, серьёзным тоном сказав: - Поберегись, мальчик, - сказал он. – Это не для тебя. Возьмите это у упыря, если не хочешь, чтобы случилось нечто плохое. Взять что? Влад посмотрел на человека в замешательстве. Прежде чем он успел спросить, в рядах бойцов послышались возбуждённые, взволнованные голоса. Капитан Бернадотте пулей вылетел из здания с Викторией на руках. Девушка истекала кровью, на боку зияла страшная рана – Целас едва стояла на ногах. - Внимание, не расслабляться! – крикнул Бернадотте своим людям. – У ублюдков серебрянные пули! *** Уолтер остановил машину у поворота на блокированную улицу – отсюда открывался прекрасный вид на перестрелку. Вглядевшись в людей за баррикадами, он приметил маленькую фигурку, забравшуюся на крышу броневика. - Он там. Прикажете забрать? Интегра взглянула на «поле боя» и покачала головой. - Не сейчас. Кажется, ему хватило ума спрятаться. Перестрелка продолжалась не больше двадцати минут. Пятеро бойцов вбежали в здание и вскоре вышли. Судя по состоявшемуся после их возвращения обмену рукопожатиями, вылазка оказалась успешной. Интегра распахнула дверь машина и вышла. Пип, завидевший приближающуюся начальницу, выглядел небывало робким - Ээээ, босс, - сказал он, расплываясь в глуповатой улыбке. - Я могу объяснить... Интегра посмотрела на него. - Получишь свой выговор, за привлечение к операции неопытного новичка, позже, - отрезала она. Ее взгляд остановился где-то за плечом капитана. Полицейская, зажимая рану и тяжело дыша, ковыляла к ним. - Что произошло? - Они нас ждали, - ответил Пип. Он при казал одному из бойцов – мужчина принёс горстку каких-то мятых шариков и вручил Интегре. - У них было серебро. Грубо сделанные, но всё-таки пули. Вампиров было только пятеро, остальные – упыри с пушками. Интегра вытащила из горстки одну пулю и внимательно осмотрела. Да, сделано определённо было грубо – только такие самопальные пули оплавлялись на кончиках, где и было сосредоточено всё серебро. Она снова взглянула на Целас. - В неё попали три раза к ряду, - сообщил Пип. – Но все навылет. Три серебрянных пули. Алукард исцелил бы такое ранение в три секунды, даже не заметив, но Целас необходимо по меньшей мере двадцать минут. Когда Интегра перевела на неё взгляд, юная вампирша сделала жалкую попытку отдать честь. - Сядь, - сказала леди Хеллсинг. Целас присела, вздохнув с заметным облегчением. Интегра посмотрела на Пипа. - Прикажи бойцам оцепить территорию – сейчас сюда прибудет команда чистильщиков. - Да, сэр, - козырнул Пип. - Где Влад? В долю секунды мальчик оказался перед ней, крепко обняв за талию. Это застало Интегру врасплох. Он испугался? В следующий миг она почувствовала, как вгрызлась в спину ребёнка очередь серебрянных пуль. Светозарное Лео, на тему Влада из фанфиков советую "Диалог" Шинигами - такая вкусная вещь :)

Melissa: Йох, проду! Вы восхищаете меня, леди! Хорошая глава и по логике (кто-то явно ставил на убийство вампиров Хеллсинга), и по переводу. Я безмерно доволен, но в то же время нагл, чтобы просить проды.

Светозарное Лео: вах, какой конец главы... придется срочно продолжать перевод, да побыстрей! Фьоре, мои тебе восторги. я не постигаю, когда ты находишь время на столь срочные и качественные переводы! ты супер-молодец! у тебя же помимо переводов есть куча других дел. вот заметила парочку непонятностей: "Улица была сильно пострадала" "при казал"

Фьоре Валентинэ: Melissa, ой-ёй, ви таки меня смущаете Из-за одной-то фразы столько очепяток не заметили )

Melissa: Фьоре Валентинэ, я замечаю опечатки и погрешности в стиле, но считаю глупым сейчас вывешивать посты с пачками цитат и тормозить перевод бетированием. Это будет потом, когда перед глазами будет цельный текст. Я поправляю вас только по поводу явных погрешностей, вроде Мирчи или Мидианов. И повторюсь: финальная фраза с этим пробирающим "вгрызлась" мне очень понравилась.

Фьоре Валентинэ: Светозарное Лео, я их тоже уже заметила)) Первое точно исправила))) Да, исправлять чужой текст мы все горазды. А скорость, повторюсь, потому что главы маленькие Х) Melissa, ой, бить будут О, "медианы" - ещё не самое страшное: там две таких весёлых очепятки в оригинале Х)

Светозарное Лео: Заметка автора: Учитывая огромное количество обзоров (и частых угроз физической расправы), я публикую следующую главу. Хочу сказать всем, кто надеется на лучшее – вы будете меня ненавидеть. Глава 8 Серас увидела вампира в окне. У него была отстреляна часть лица, но он все еще двигался. Она увидела, как он поднял свой дробовик и нацелился на Интегру. Она открыла рот, готовясь закричать и понимая, что было уже слишком поздно. Вместо крика она вскинула свой Харконнен. Они выстрелили одновременно. Она увидела, как летит ее пуля. Она увидела пули вампира. Затем голова существа взорвалась, а тело исчезло из виду. Но пули вампира все еще стремительно неслись к своей цели. Серас почувствовала молниеносное движение своего хозяина. Хотя он всё еще находился в облике мальчика, он двигался настолько быстро, что она едва отслеживала его перемещения. Он устремился к Интегре и обнял ее. Пули вонзились в его спину. Пять пуль. Шестая пролетела мимо. Прошла ровно одна секунда. Тишина охватила отряд наемников, а все глаза были направлены на мальчика. Только шелест ветра нарушал тишину. Серас с трудом поднялась на ноги. Ее раны почти полностью залечились. Она увидела, как Уолтер вышел из машины. Его глаза были широко открыты. Казалось, Влад был в состоянии шока. Он всё еще крепко сжимал Интегру в крепких объятьях. Интегра тоже была шокирована и не знала, что делать дальше. Несколько секунд проползло, прежде чем Пип открыл рот. - Вот дерь… Мальчик закричал. Он отпустил Интегру, которая подхватила его, не позволив ему упасть. Испуганные крики разнеслись вокруг, когда она упала на колени и бережно усадила Влада на землю. Пип бросился к нему и осмотрел его спину. - Господь всемогущий! – воскликнул он. – Дорогу! Мы должны вытащить малыша отсюда! Эти чертовы пули прожигают его насквозь! Спотыкаясь, Серас подошла к своему хозяину. Мальчик извивался от боли в крепких объятиях Интегры. Пять идеально круглых отверстий зияло на его спине, будто кто-то прожег его кожу сигаретой. Прозрачные завитки дыма струились над раной, отчетливо чувствовался запах сгорающей плоти. Почему пули не прошли насквозь Влада, подобно тому, как они прошли сквозь Серас? - Уолтер! – закричала Интегра. – Подгони сюда машину. Нам нужно вернуть его в особняк. Немедленно! Затем она обратилась к Пипу: - Ты. Подними его. Посади его в машину. - Есть, сэр, - Пип взвалил Влада на спину. – Господь всемогущий, что с этим малышом? Он как будто весит двадцать фунтов (9 кг)! - Полицейская! – услышав свое имя, Серас вытянулась по стойке «смирно». – Выходи из прострации и возвращайся в особняк. Нам может потребоваться твоя помощь. - Есть, сэр, - ответила она, когда Интегра последовала за Пипом, несущим Влада к машине. Серас видела, что Интегре пришлось идти следом, поскольку Влад крепко держал ее руку. Серас поняла, что пули не прошли сквозь него, потому что он не хотел этого. Даже лишенный памяти, он защищал ее. *** Им удалось вернуть Влада в особняк. Мальчик был почти без сознания и жалобно постанывал. Пип, следуя приказам Интегры, отнес его наверх, в спальню хозяйки. Там он положил мальчика на кровать и с любопытством осмотрел спальню. - Спальня хозяйки, - он сказал, цокая языком. – Мило. Серас заставила его замолчать, бросив на него убийственный взгляд. Уолтер повернул Влада на живот и задрал его рубашку. Дыры на спине мальчика приобрели тошнотворно черный цвет, дымок всё еще курился над ранами. Уолтер осмотрел одну из ран, слегка дотронулся до нее. Как только пальцы Уолтера коснулись раны, пальчик завыл от боли и стал извиваться, как раньше. Пип и Серас пришлось поочередно сдерживать резкие движения мальчика. - Почему ему так больно? - не сдержав волнения, спросила Интегра. Было заметно, что пот покрыл ее лицо. Бисерины пота сверкали на ее лбу, над бровями. - Алукард был нечувствителен к боли. Глаза Пипа расширились. - Эй, так это… - Он был нечувствителен, - ответил Уолтер. – Но он просто мог терпеть боль настолько сильно, что казалось, что он вовсе не чувствовал боли. Но в данном состоянии, кажется, его сопротивляемость боли не превышает человеческую, к тому же, как вы сказали раннее, он не умеет залечивать свои раны. - Это же Алукард, так ведь? – недоверчиво воскликнул Пип. – Эй, секундочку, как же он… - Что будем делать? - Нам нужно извлечь пули, - Уолтер выпрямился. – Я схожу за инструментами. Нам нужно сделать это немедленно, прежде чем пули прожгут всё его тело. - Кто-нибудь скажет мне, что здесь происходит?! – завопил Пип. Интегра повернулась к нему, словно только что заметив, что Пип всё еще находится в помещении. - Капитан Бернадотте, - спокойным голосом сказала она. – Вернитесь к своим людям и никому не говорите то, что вы сейчас узнали. - Но… - Идите, - ее интонации не давали никакой почвы для дальнейших рассуждений. Пип вздохнул и в последний раз посмотрел на раненого мальчика. - Удачи, малыш, - сказал он, покидая комнату. Серас всё еще находилась в состоянии шока. Она посмотрела на своего хозяина, который, даже в полубессознательном состоянии, не отпускал руку своего собственного хозяина. - Ты тоже иди, Серас, - голос командира вывел Серас из транса. Интегра измождено смотрела на нее. – Иди, тебе тоже нужен отдых. - А как же хозяин? - С Алукардом всё будет хорошо. Мы с Уолтером позаботимся о нем, - в ее голосе звучали мягкие, заботливые интонации. – Иди. - Я… - Здесь ты ничем не сможешь нам помочь. Тебе нужна твоя сила. Она встала и вышла. Оглянувшись, она увидела, как Интегра гладит руку мальчика. *** Уолтер принес хирургические инструменты и продезинфицировал их. Он вымыл руки и подошел к кровати. Мальчик внимательно следил за каждым его движением. Рука Влада крепко сжимала руку Интегры. Возможно, он сам не догадывался, что бессознательно продолжает держать ее руку. На щеках мальчика были видны следы от кровавых слёз. - Мы вытащим пули, - сказал дворецкий. Интегра кивнула. – Мы не сможем сделать это иначе, как… ну, просто сделать это. Интегра погладила мальчика по щеке. - Разве нам не следует дать ему обезболивающее? Уолтер покачал головой: - Оно не поможет. Технически, Влад мертв. - Но это не облегчает его боли. - Действительно, - Уолтер снял свои обычные перчатки и одел хирургические. – Дезинфекция тоже, по сути, бесполезна, но, по крайней мере, он не подхватит какую-либо инфекцию. - Думаю, анестезия тоже не сработает. - Нет, - он сел у кровати. – Извини, дружок. Будет больно. Страх исказил лицо Влада. Он попытался отодвинуться от дворецкого, отползти в дальний конец кровати. Интегра притянула его к себе. - Лежи спокойно, - сказала она. Мальчик дернулся. - Будет немного трудно, если он не будет спокойно лежать. - Он будет, - Интегра наклонилась к Владу, почти вплотную приблизив свое лицо к лицу мальчика. Она заглянула в его красные глаза. - Алукард, - тихо сказала она, - Я знаю, ты здесь. Мальчик внимательно посмотрел на нее, когда она отодвинула прядь волос с его лица. - Лежи спокойно, пока я не разрешу тебе шевелиться. Это приказ. Он еще крепче сжал ее руку. Интегра вопросительно покосилась на Уолтера, который разглядывал их обоих, затем кивнул. Интегра осторожно забралась на кровать и легла рядом с Владом, продолжая держать его руку. Она положила подушку под его подбородок, чтобы ему было удобней лежать и, наверно, чтобы ему было за что ухватиться зубами, если боль станет невыносимой. Операция длилась двадцать шесть минут. Извлекать пули было не очень трудно, труднее было слушать стоны мальчика и смотреть, как его слезы стекают по щекам и оставляют красные следы на подушке. Уолтер прикусил губу, чтобы жалость, переполнявшая его душу, не отвлекала от работы. Осторожно он извлекал пули щипцами. Он не проронил ни слова, Интегра тоже тихо лежала рядом с мальчиком. Казалось, что время остановилось. Очень часто Уолтеру приходилось вытирать кровь с кожи мальчика. Было так много крови, что Уолтер даже немного испугался. Было очевидно, что Влад не знал, как втягивать кровь в свое тело. А его напряжение лишь увеличивало кровотечение. Уолтер извлек очередную пулу и отложил ее. Лицо Интегры было невозмутимым и бесстрастным, когда операция завершилась и Уолтер перевязал раны. Он кивнул ей и снял хирургические перчатки. Она обняла мальчика и коснулась его лица и шеи. - Влад? – она прошептала. – Влад? Мальчик был мягким и слабым, словно новорожденный котенок. Он не отвечал. - Алукард? Его веки затрепетали. Уолтер поднял бровь. Интегра издала вздох облегчения. - Спасибо, Уолтер. Дворецкий устало кивнул и протер очки. - Вам тоже следует отдохнуть, миледи. - Я отдохну. Я останусь здесь с ним. Собрав инструменты, Уолтер приготовился уходить. - Вам нужно еще что-нибудь, пока я не ушел? - Да. Бинты и шины, если не трудно. - Зачем? С трудом Интегра высвободила руку из крепкого захвата Влада. Рука была заметно деформирована. - Хотя он всего лишь мальчик, он обладает силой Алукарда, - сказала она. – Он сломал мне руку, когда ты извлекал из него вторую пулю. Бессознательно мальчик придвинулся к ней. Распятие, которое раннее висело на его шее, куда-то исчезло.

Светозарное Лео: сестры! я чуть не плакала, переводя эту часть. даже очки на уолтере не испортили общего впечатления. сломанная рука Интегры вообще убила. Она же терпела боль всё это время! насчет бетирования. с ужасом жду, что от наших с Фьоре переводов останутся рожки да ножки. иногда переводчику приходится жертвовать красотой стиля, чтобы достоверно отобразить оригинал.

Фьоре Валентинэ: Примечание переводчика: у автора Интегра – правша. Глава девятая Она просидела с ним всю ночь, подложив здоровую руку под голову. К полуночи его дыхание замедлилось, а потом и вовсе пропало – у Интегры едва сердце из груди не выпрыгнуло, пока она не вспомнила, что дышать ему, в общем-то, необязательно. Но всё же это был плохой знак – значит, он слишком ослаб, чтобы поддерживать даже видимость жизни. К ужасу Интегры ребёнок был невероятно бледен и совершенно неподвижен, словно натуральный труп. Но стоило Интегре привстать или повернуться, как ослабевшая детская рука вяло обхватывала её запястье. У девушки разрывалось сердце – она и подумать не могла, что оно не успело зачерстветь за эти десять лет. Утром Уолтер принёс немного еды, свежие полотенца, бинты и два пакета с кровью. Пока он осторожно менял бинты Влада, Интегра пыталась поесть – это оказалось довольно сложно с забинтованной и перевязанной через шею правой рукой. - Это нехорошо. - Что «нехорошо»? – с тревогой спросила Интегра. - Кровотечение не останавливается. Ночью, похоже, оно замедляется, но сейчас…, - дворецкий протянул ей бинт, только что снятый с мальчика – тот насквозь промок от крови. Местами ткань заскорузла и почернела. - Что же случится, если она не остановится? - Интегра пыталась говорить твёрдо, сдерживая дрожь – Влад слабо держал её за руку. Уолтер вздохнул. - Его кожа холодеет. Значит, случится одно из двух: один из них уйдёт, и Алукард, вернувшись, сможет себя исцелить, или ..., - он кашлянул. – Они оба умрут. У Интегры словно почва из-под ног ушла. - Как он может умереть? Он ведь уже мертв. - Теоретически никто не может его убить… кроме него самого. Власть разума Алукарда над его собственным телом за гранью человеческого понимания. Если он желает умереть или полагает, что это должно произойти ... он умрёт. - А его тело… - Распадется. Интегра медленно осела на кровать, уткнувшись лицом в здоровую руку. Уолтер с непоколебимым спокойствием начал собирать принесённые вещи. - Ты что-нибудь нашёл? - вдруг спросила она. – В архиве? То, что может помочь? Уолтер покачал головой, поставив тарелку обратно на столик. - Я нашел кое-что интересное. Если вам угодно, могу принести эти материалы чуть позже. Или мне стоит оставить их у вас в кабинете? - Нет, - она пересела поближе к Владу. – Принеси всё сюда. Я боюсь его оставлять. Уолтер кивнул, затем положил на столик два пакета с кровью. - Возможно, вы сумеете заставить его поесть. Так у него будет больше шансов выжить. Когда он ушел, Интегра взглянула на пакеты, затем встала и зашторила окна, опустив комнату в полумрак. С трудом вскрыв пакетик, она поднесла его к ко рту Влада. - Открой, - мягко сказала она. Мальчик вяло отвернулся. – Алукард, открой рот. Это приказ. Он с неохотой подчинился. Она осторожно вложила открытый пакет в разомкнутые губы и слабо нажала, позволив первой капле крови скатиться в рот ребёнка. «Вода жизни» тонкой струйкой скатилась из уголка губ – мальчик не глотал. Он мог открыть рот, но не заставить себя пить. Интегра швырнула полупустую пачку в сторону. - Чего же ты хочешь? – спросила она – получилось резче, чем хотелось бы. Мальчик просто держал ее за руку, не отвечая. Она взяла одно из полотенец, что принес Уолтер, и, вытерев ему лицо, устало присела рядом. Уолтер пришёл около полудня. Интегры было встала, собираясь сказать, что лучше мальчику не стало. Он принес, как и было приказано, несколько страниц из архива организации. Когда дворецкий положил бумаги и уже собрал пакеты с некогда кровью, она решилась озвучить ему свою идею. - Уолтер. Он остановился в дверях. - Да, госпожа. - Мне нужен нож, - потом добавила: - Продезинфицированный. Он догадался. Взглянул на Влада. - Вы уверены? - Другого выхода нет. Он принес ей нож и спросил, не стоит ли ему помочь, но Интегра отрицательно покачала головой, и дворецкий ушёл. Сперва она решила порезать и без того раненую руку, но не нашла не закрытого бинтами места. Затем, с трудом удерживая трёхдюймовое лезвие едва двигающейся рукой, резанула по запястью. Как будто уловив аромат, мальчик дрогнул. - Открой рот. На сей раз он сделал это охотно. Интегра сжала окровавленный кулак над самым его ртом – кровь сочилась, капала, и в этот раз он её глотал. - Так ты этого хотел, да? – спросила она, понимая, однако, что разговор ведёт сама с собой. Девушка устало улыбнулась. – То, чего ты хотел со дня нашей встречи, с того момента, как принял пулю, что предназначалась мне в лоб, - ласково она провела рукой по чёрным, как уголь, волосам. – Если это только игра, - сказала она. - Если всё это время ты притворялся только ради того, чтобы попробовать ещё раз моей крови, можешь прекратить. Вернись. Я не буду сердиться. Я обещаю. Мальчик не ответил. - Правда, если ты сейчас вернёшься, ты сможешь вкушать мою кровь хоть каждый день до конца моих дней. Но так ничего и не произошло. Мальчик провалился в забытьё, он был всё также холоден и пепельно-бледен. Интегра, сменив уже свои повязки, осталась с ним ещё на день, и на следующую ночь. И ещё долго она не отходила от умирающего ребёнка. *** На седьмую ночь ей приснился сон. Для Интегры не было в новинку делить сны с Алукардом. Он частенько забирался в них и любовался, пока она его не замечала. Но на сей раз все было иначе. Вампир не был в её сне – она была в его. Интегра оказалась во дворце, по крайней мере, она решила, что это дворец – там были стены из камня и роскошная старинная – для её глаза, естественно – мебель. Все вокруг пропахло ладаном и благовониями. Она шла по огромным залам – мимо, словно не замечая её, проходили стражники. Вдруг раздался грохот, дверь в конце одного из залов открылась – в него вошёл довольно полный и рослый мужчина в разноцветной одежде, усыпанной драгоценными каменьями. Он был как три Интегры по ширине и даже выше её ростом. Судя по тому, как почтительно кланялись стражники, он был хозяином дворца. Мужчина что-то говорил на своём языке шедшему позади него. Нет, он кого-то тащил за собой. Мужчина тащил за волосы невероятно знакомого Интегре мальчика. Он спотыкался и царапал колени о грубый каменный пол, казалось, не чувствуя боли. Взгляд его был до ужаса спокоен – глаза мальчика, никак не реагировавшего ни на проклятия, ни на удары, были пусты, словно он уже покинул этот бренный мир. - Эй ты! – закричала она. – Оставь его! Но мужчина не слышал, словно из её рта не вырвалось ни звука. Единственное, что она могла сделать – идти за ними, наблюдать, как мальчика тащили по полу, вверх по лестнице, к комнате с огромной кроватью, заправленной шёлком. С рычанием мужчина бросил мальчика на кровать. Ребёнок был настолько лёгок, что она почти не примялась. Интегра увидела, как сверкнул на его шее золотой крест. Мужчина прижал ребёнка к кровати, стал срывать с него одежду. Мальчик отчаянно сопротивлялся, но, получив несколько звонких ударов по лицу, сдался и позволил человеку, как она поняла, султану, сделать всё, что тот захотел… И лучше б она этого не видела. Интегра слышала голос, но не обычным слухом – он словно звучал в её голове. Это была тихая молитва ребёнка. Его насиловали невообразимо жёстоко, а он умолял о милости Божьей, кричал о помощи… потом слова стали затихать, искажаться рыданьями и всхлипами… Удовлетворившись, мужчина оттолкнул ребёнка в сторону и заснул. Мальчик был наг – всё его тело покрывали синяки. Он еле дышал, словно боясь разбудить насильника. Вдруг он повернул голову, и взгляд его тёмных глаз встретился с интегриным. Они посмотрели друг на друга, а она почувствовала, что не в силах больше терпеть, и будет кричать, плакать от боли мальчика, словно чувствовала её сама, и от его страданий. И чувствовала. Слёзы лились по щекам, более несдерживаемые. И тут он заговорил. Голосом взрослого мужчины, ее верного слуги. - Отчего же ты плачешь, Хозяйка? – спросил он своим обычным издевательским тоном. - Я ведь должен переживать это каждый день… …Она резко открыла глаза – всё вокруг расплывалось. Вытирая остатки слёз, Интегра припоминала, когда же она плакала в последний раз. У постели отца, после его последнего вздоха. Десять лет назад. Ребёнок у неё на руках был спокоен. Она всмотрелась в его лицо – такое же измученное, как было во сне. Обняв его, она тихо заплакала, скорбя по той части его, что умерла ещё задолго до смерти, оплакивая потерянную невинность ребёнка.

Annatary: Ух! Девчонки - молодцы-молодцы! Очень оперативно переводите! Сюжет закручивается. Жду продолжения.

Melissa: Светозарное Лео, Фьоре Валентинэ, чем дальше, тем всё более хорошо вы переводите. Последние две главы очень цепляют, правда. Они великолепно переданы в эмоциональном плане, шероховатости не бросаются в глаза: так увлекает повествование. Особенно понравилась очень харАктерная и живая Леди. Фьоре, прошу прощенья, что изначально неправильно указала рейтинг фика. Я по рассеянности забыла про драматичность этих двух глав и наивно думала, что в целом у фика ПГ-13. Здесь же полноценное R (не NC-17). И можно малюсенькое замечание? Договоритесь между собой, как вы пишете: Серас или Целес. Честно сказать, заметила только сейчас, когда стала перечитывать.

Светозарное Лео: Заметка автора: Английский язык не является моим родным языком, поэтому английская грамматика всегда была связана для меня с некоторыми трудностями. Приятного чтения! Глава 10 Особняк Хеллсингов, словно пчелиный улей, гудел от переполнявших его слухов. Каждый предлагал свою версию о причинах, по которым глава организации не выходит из своей комнаты уже десять дней. Только те, кто знал правду, сохранял молчание. Кто-то говорил, что это ребенок Интегры и Алукарда. Он выглядит таким взрослым, потому что может принимать любую форму, которую пожелает. Сейчас ребенок ранен, и Интегра не может оставить его, потому что она его мать. Кто-то другой опровергал эту теорию и предполагал, что этот ребенок довольно странный. Он превращает Интегру в вампира и управляет ее разумом. Выдвигались и другие предположения. Кто-то говорил, что этот ребенок – Алукард. Он принял форму ребенка и потерял память. Однако, эта версия просуществовала недолго, т.к. Пип немедленно выявил распространителя данной информации и покарал его сверхурочной тренировкой. Впоследствии он сообщил солдатам, что Снежная королева остается с мальчиком только по той причине, что она чувствует себя в долгу перед ним за то, что он спас ее жизнь. Теперь в свою очередь она пытается сохранить его жизнь, пока не вернется Алукард и не поможет мальчику. Кто-то из солдат спросил, кормит ли она мальчика кровью. Пип наказал любопытного наемника сверхурочной тренировкой. Всё это время Серас тоже почти всё время молчала. Она участвовала в тренировках, как ей было положено по уставу, делала другие необходимые вещи, но не более того. Она стала утомленной и раздражительной, плохо спала. Всякий раз, когда ей удавалось заснуть, она ощущала жизненную силу своего хозяина. Его жизнь слабо трепетала, будто пламя свечи на ветру. Несколько раз, по ночам, она пробиралась на верхний этаж, чтобы проверить, как там хозяин и Интегра, и каждый раз она видела, что Глава организации лежит рядом с мальчиком. При этом Интегра выглядела всё более изможденной и исхудавшей. Она знала, что последнее время Интегра плохо питается, и, судя по запаху в комнате, кормит мальчика своей свежей кровью. Серас была обеспокоена, даже более, чем просто обеспокоена, но она ничем не могла помочь. Она не осмеливалась даже представить особняк Хеллсингов без ее хозяина. Уолтер изо всех старался замещать Интегру на ее посту. Помимо работы, он часто забегал проведать начальницу. Пока состояние Влада не проявляло никаких признаков улучшения, Интегра отказывалась покидать мальчика. При тех темпах, с которыми девушка кормила его своей кровью, Уолтер боялся, что скоро ей самой потребуется донорская кровь. Сама Интегра была измучена. Ее нервы были на пределе из-за недостатка сна и нормального питания. Ее сломанная рука постоянно болела, а ее здоровая рука была покрыта порезами, которые наносила сама Интегра. Но она не могла оставить мальчика, она не могла даже подумать об этом. Влад цеплялся за нее день и ночь, как будто она была единственным источником его безопасности с тех пор, как его распятие исчезло. Иногда он произносил несколько слов, но на разных, непонятных Интегре, языках, и это беспокоило ее, поскольку это означало, что он всё дальше и дальше ускользал от нее. Но иногда он всё же говорил по-английски и обращался к Интегре как «Хозяйка», что давало ей надежду. Его кожа становилась всё холоднее. Интегра прочитала доклад, который приготовил для нее Уолтер. Там она не нашла ничего, что ранее было ей неизвестно. В 1444-м году, когда Владу было тринадцать, его вместе с младшим братом Раду отправили в Адрианополь, во дворец султана. Он находился там до 1448 года - тогда турки оказали ему военную поддержку как наследнику валашского престола. Младший брат Влада остался в Турции, где и вырос. Неисторический эпизод был во сне Интегры: обида и боль, что он держал в себе все эти пятьсот лет. Возможно ли, чтобы эти боль и страдания преследовали его по сей день? Кажется, это возможно. Раны, нанесенные в детстве, нелегко забываются. Интегра поняла, что именно в возрасте 13-и лет Влад испытал самые тяжелые страдания перед тем, как вырос и превратился во Влада Колосажателя. В то время Влад еще веровал в Бога, хотя его молитвы никогда не получали ответа. В то время он был способен на любовь, хотя все окружающие его люди будто сговорились изменить положение вещей. Так почему? Почему Алукард принял именно этот облик? Почему он оказался в том теле, заключенный в которое он испытал жгучую боль? А теперь он испытывает боль еще раз. Она обнимала его. Шел тринадцатый день. «Ты служил мне десять лет. Я могу вернуть долг за две недели». *** Восемнадцать дней спустя после ранения Влада, Совет двенадцати прибыл на заранее запланированное совещание, дата которого была установлена несколько месяцев назад. Никто из участников Совета не знал о состоянии мальчика, хотя до некоторых доходили слухи о его существовании. Поскольку Интегра была не в силах отменить собрание, ей пришлось принимать в нем участие. Ее рука все еще держалась на перевязи, поэтому она попросила Серас помочь ей одеться и привести себя в порядок. Полицейская не могла не заметить мешки под глазами и впалые щеки своей начальницы. Когда Серас расчесывала ей волосы, она не могла сдержать свое беспокойство. - Мисс Интегра… - Не волнуйся. Слова Интегры удивили Полицейскую. Начальница вытирала лицо горячим полотенцем. Она была спокойна и собрана, будто не происходило ничего необычного. - Я знаю, ты волнуешься, - сказала она. – Не стОит. Всё будет хорошо. Всё точно будет хорошо. В ее голосе слышались материнские интонации. Серас грустно улыбнулась: - Вы так в этом уверены. Хотела бы и я обладать такой уверенностью. - У тебя она есть. Если бы не было, ты бы давно ушла отсюда. Но ты осталась, потому что ты чувствуешь, что твой хозяин вернется к нам со дня на день. Здесь Интегра была права. Серас вспыхнула от смущения. - Я надеюсь на это. Она отложила расческу и протянула Интегре ее очки. - Что вы скажете Совету? Интегра встала и набросила пиджак на плечи. - Их никоим образом не касается то, чем мы занимаемся в пределах нашей организации. Участники Совета уже начинали волноваться, когда Интегра, наконец, вошла. Она выглядела аккуратно и безупречно, как всегда. Царапины на ее левой руке были скрыты перчаткой, но перевязь, на которой держалась ее правая рука, заставила нескольких участников Совета удивленно поднять брови. - Что случилось с вашей рукой, сэр Интегра? Занимая свое место, Интегра не удостоила спросившего даже мимолетным взглядом. - Проблемы случаются, сэр Уеллингтон, - холодно ответила она. – Особенно у тех, кто участвует в бою, а не отсиживается в стороне. Старик сразу замолчал и больше не возвращался к этой теме. Ни один из участников не обладал столь обширным опытом боевых действий, как двадцатитрехлетняя Глава организации Хеллсинг. Их деятельность ограничивалась собственными кабинетами. - До нас дошли слухи, Интегра, - сказал сэр Пембрук, - что в составе вашей организации появился новый вампир, обращенный вашим слугой. Ухмылка скривила губы Интегры. Отрицание лишь усугубит подозрения. - До вас дошла правдивая информация, сэр Пембрук. Предполагаю, вы говорите о Владе. - Вы уверены, что было мудро с вашей стороны пустить его в вашу организацию? Два вампира, которые уже работают на вас, уже вызывают немалое неодобрение. - Неодобрение среди кого? – спросила Интегра, не обращаясь ни к кому конкретно. – Лишь сидящие за этим столом и несколько моих служащих, занимающие высокие посты, обладают информацией о его существовании. Влад – лишь ребенок. Он не опасен. - Ребенок, охваченный жаждой крови. Интегра посмотрела на говорившего, который старался не уклоняться от ее взгляда. - Пока Влад не начнет доставлять нам трудности, - сказала она, - его присутствие в моей организации будет моим личным делом. И даже в случае проблем, моя организация будет обращаться с ним соответственным образом. У Совета нет никаких причин для беспокойства и распространения сплетен, достойных кучки ленивых домохозяек. - Интегра! – воскликнул сэр Айлендз. – Не говорите с таким неуважением! - С неуважением? – Интегра вытащила сигару из кармана. Уолтер подошел и зажег ее. - Возможно, правда бывает иногда довольно невежливой. Однако, может, вам следует открыто признать, что вашим источником информации был, скажем так, некий человек? Если выражаться конкретно, возможно, это был Энрико Максвелл? Никто не проронил ни слова. Продолжение собрания протекало очень медленно. Интегра едва следила за переговорами, хотя делала вид, что внимательно слушает. К счастью, разговор больше не касался Влада. Прозвучал лишь вопрос, где находится Алукард после того, как оставил мальчика в особняке. Интегра ответила, что он в другой стране на задании. Никто не потребовал подробностей. По большому счету, никто из участников Совета (кроме самой Интегры, разумеется) не владел точной информацией о работе организации Хеллсинг. Наконец, как показалось Интегре, целую вечность спустя, собрание закончилось. Девушка издала вздох облегчения, когда мужчины покинули Зал совещания. Она выпила бокал вина, который предложил ей Уолтер, но отказалась от еды. Она сразу направилась к себе в спальню, куда уже более двух недель не заглядывал солнечный свет. Она сняла пиджак и прилегла рядом с Владом. По привычке, мальчик приблизился к ней и взял ее руку. По коже Интегры пробежала дрожь. Мальчик был холодным, как лёд. Кожа Алукарда всегда была прохладной, но в данный момент мальчик был нестерпимо холодным, словно кубик льда. От прикосновения к нему рука Интегры покрылась мурашками. Девушка заметила, что мальчик пытается прижаться к ней. Он дрожал с головы до ног. - Уолтер! – закричала она. – Уолтер! Дворецкий примчался в комнату, его лицо выражало тревогу, когда Интегра попросила его потрогать руку Влада. Схватив руку мальчика, Уолтер посмотрел на начальницу с явным беспокойством. - Это нехорошо. - Я знаю! – воскликнула она. – Что с ним творится? - Это вампирская лихорадка, - Уолтер быстро укрывал мальчика всеми одеялами и покрывалами. – Подобно тому, как у людей во время лихорадки повышается температура и ее надо сбить, у вампиров температура понижается и ее необходимо поднять, иначе их тело онемеет и распадется от холода. - Я никогда об этом не слышала… Уолтер покачал головой, укрывая Влада. - Это очень необычное явление. Ведь технически, вампиры не могут заболеть, но иногда это случается, когда их тела ослаблены. А Влад очень слаб. Ведь он не знает, как исцелить свое тело после ранений, нанесенных серебряными пулями. Он выбежал из комнаты со словами: - Пусть он будет в тепле. Я принесу еще одеяла. Может, грелку или еще что-нибудь. Интегра прижала Влада к себе. Мальчик прошептал ее имя и зарылся в ее объятиях, стараясь прижаться к ней как можно сильнее. Потому что ему было очень холодно. И лучший способ согреть замерзающего человека – это… Когда Уолтер вернулся, он увидел Интегру под одеялами вместе с Владом. Ее блузка и брюки валялись на полу. Она прижимала мальчика к своему обнаженному телу. Влад больше не дрожал, а просто мирно спал. Прошло еще три дня.

Annatary: Светозарное Лео, очередная глава! Все напряженнее и напряженнее сюжет. Спасибо!

Светозарное Лео: Тари, да совершенно не за что. а по-моему автор малясь затягивает драматизм. мне лично надоело созерцать умирающего влада. где экшн?

Nefer-Ra: Гм... Интегру вообще уволить надо бы, за такое пренебрежение собой и обязанностями. Но автору, как обычно, виднее.

Фьоре Валентинэ: Похоже, голливудизм передаётся через американское гражданство ) Честно говоря, да, надоел уже умирать . Сериала какая-то. Но-таки скажу - осталось всего три главы)

Girlycard: Светозарное Лео, меня порадовала эта фраза: Ты служил мне десять лет. Я могу вернуть долг за две недели Ну вот прёт, и всё... Вообще да, что-то сюжет у автора провисает. Умирать в течение двадцать одного дня - это как-то слишком даже для вампира. Я так подозреваю, потом будет хоп! - чудесное исцеление. *ждёт продолжения*



полная версия страницы