Форум » Мал золотник да дорог » Драбблы от Helldog Tiapa » Ответить

Драбблы от Helldog Tiapa

Шинигами: Автор: Helldog Tiapa Примечание: Действующие лица, жанр и рейтинг будут указаны перед каждым драбблом. Примечание от Шинигами: разрешение автора на размещение его работ получено) Список работ: 1. Стирка 2. Собака 3. Тайна имени 4. О Диккенсе 5. О гробах.

Ответов - 9

Шинигами: 1. Название: Стирка. Действующие лица: Интегра, Алукард, ОС. Жанр: Юмор. Рейтинг: G - Будет исполнено, Хозяин, - произнес Алукард и скрылся в стене кабинета. Капитан Пикмен, только что получивший перевод в "Хеллсинг" и прибывший в кабинет главнокомандующего для получения инструкций, нервно сглотнул и пробормотал: "Матерь Божья!" - Да, - кивнула леди Хеллсинг. В глазах ее капитан заметил насмешку. - Привыкайте, Пикмен. Это наш штатный вампир и его потрясающие сверхспособности, которые вам, как новичку, он будет демонстрировать с особой навязчивостью... Вот дьявольщина! В первый момент Пикмен не понял, что привело командира в ярость, затем проследил за ее взглядом и увидел на стене, в том месте, где скрылся Алукард, некое темное пятно. Изумленный, он сунулся поближе и обнаружил, что каким-то мистическим образом на камне стен запечатлелся силуэт высшего вампира. - Дьявольщина, - повторила Интегра, также приблизившись к стене и меряя взглядом загадочный отпечаток. - Как же он задолбал... - Что это такое, леди Интегра? - спросил заинтригованный капитан. - Это, - ответила Интегра со сдержанной ненавистью, - способ, которым наш штатный вампир приводит себя в порядок. Чтобы пройти сквозь стену, он распадается на мельчайшие частицы, а все, что успело на нем осесть - грязь, пыль, кровь, порох и тому подобное - остается на стене. - О! - сказал Пикмен. Он хотел бы сказать что-нибудь еще, но ничего не придумал - слишком был удивлен. - Ну и что, что уборщицы считают эти следы темным знамением и сбегают через две недели, - продолжала Интегра звенящим голосом. - Подумаешь, на прошлой неделе он таким вот образом прошелся сквозь подлинник Рембрандта... Зато наш штатный вампир всегда чистый и отутюженный! Вы что-то хотели сказать, Пикмен? - Это потрясающе, леди Интегра! - воскликнул Пикмен. - То есть, получается, ему никогда не приходится стирать одежду? И даже носки... В голосе Пикмена слышался восторг. Феномен вампиризма открылся ему с совершенно новой стороны. Интегра вперила в него пристальный взгляд. - Глядя на вас, Пикмен, - сказала она сухо, - и не подумаешь, что вы неряха. Ее слова задели Пикмена за живое. - Я не неряха, леди Интегра, - он гордо вздернул подбородок. - Я мужчина!

Шинигами: 2. Название: Собака. Действующие лица: Интегра, Алукард (Гончая), ОС. Жанр: side-story. Рейтинг: G. Аллан гулял в парке с мамой и Тедди. По серому небу ветер тащил клочковатые серые тучи, сквозь которые с трудом пробивалось блеклое осеннее солнце. Грязь вперемешку с раскисшими листьями сочно чавкала и брызгала у Аллана из-под ног. Мама вряд ли разрешила бы ему сойти с асфальтовой дорожки, но, к счастью, на прогулку она взяла книгу, и теперь, сидя на лавочке, погрузилась в чтение с головой, так что Аллан мог преспокойно лезть вслед за Тедди в самую грязь. Сначала они бегали наперегонки, радостно хохоча и лая. Затем Тедди потыкался носом Аллану в карман куртки, давая понять, что пришло время резинового мячика. Мальчик с готовностью поддержал эту инициативу. Глядя, как пес срывается с места и несется за мячом длинными прыжками, вытягиваясь в воздухе словно золотое копье, Аллан испытывал острое, почти болезненное счастье. Вскоре счастья этого стало так много, что он почувствовал необходимость разделить его с кем-нибудь. Он огляделся и тогда-то и заметил странную девочку. По-видимому, она тоже гуляла с собакой. Во всяком случае, собака у нее была. Вот только гуляли они как-то странно. Девочка была его возраста, с длинными светлыми волосами, в сером пальто, брюках, забрызганных грязью по колено, и тяжелых тупоносых ботинках. Она стояла неподвижно, запрокинув голову, и смотрела на что-то в небе - может быть, на тучи, а может, на трех ворон, которые кружили над верхушками деревьев. Собака - крупная дворняга неопределенно-грязного цвета - сидела у ее ног и тоже, задрав морду, смотрела вверх. Длинная шерсть от влаги и грязи обвисла сосульками. Аллан еще поозирался, но других детей на аллее видно не было. Тогда, в очередной раз швырнув мячик, он приблизился к девочке и сказал: - Привет! Девочка медленно повернула к нему голову - глаза за толстыми стеклами очков показались Аллану мутными и неестественно большими - и ответила: - Привет. - Твоя собака? Девочка удивленно взглянула на собаку, словно до сего момента не подозревала о ее существовании, и сказала: - В некотором роде. - Как зовут? - продолжал Аллан. - Спроси ее, если интересно. Кто-то другой, возможно, столкнувшись с такой недружелюбной реакцией, не захотел бы продолжать разговор. Однако Аллан - счастливый хозяин породистого пса - видел подобное уже неоднократно и убедился, что за внешними грубостью и равнодушием скрывается ничто иное, как зависть. А зависть, это он знал твердо, должна быть наказана. - А это Тедди, - сказал он как ни в чем ни бывало. Как раз в этот момент Тедди подбежал к нему с мячиком в зубах: хвост хлещет по бокам, шерсть лоснится, под шкурой перекатываются крепкие мышцы - мечта любого собаковода. - Хороший мальчик Тедди, молодец! Тедди, однако, повел себя странно. Вместо того, чтобы со свойственным ему дружелюбием обнюхать новую собаку и познакомиться, он прижался к ноге Аллана и, кажется, даже заскулил. Девочкина собака взглянула на него без интереса. Аллан заметил, что глаза у нее воспаленные и розовые, и слегка встревожился, не больна ли она чем-нибудь заразным. - Твоя собака знает какие-нибудь команды? - спросил он, успокаивающе поглаживая Тедди по загривку. - Две, - ответила девочка. Помолчала немного и уточнила: - Хотя их можно считать за одну. Аллан снисходительно улыбнулся: - Ничего, если как следует заниматься с псом, его можно чему угодно выучить! Вот мой Тедди взял золотую медаль на трех соревнованиях, и еще на двух занял второе место. Девочка приподняла бровь. - Это все были соревнования по дрессуре, - продолжал Аллан, - а еще мы участвовали в Ежегодной собачьей выставке, и Тедди занял там третье место! Девочка молчала. - Чтобы собака выглядела хорошо, надо, конечно, за ней ухаживать, - признал Аллан. - Но зато результаты... После выставки Тедди пригласили сниматься в рекламе питания! - О-о, - сказала девочка. - А в рекламе его заметил режиссер, который задумал фильм про мальчика и его героического пса, и он пригласил Тедди на съемки... Девочка сунула руку в правый карман пальто и вытащила пачку сигарет. Зубами извлекла сигарету. Из левого кармана достала тяжелую хромированную зажигалку, истертую и поцарапанную. Сразу видно было, что эта зажигалка побывала не в одной передряге. Крутанув колесико, девочка прикурила сигарету и глубоко затянулась. И Аллан понял, что проиграл. Ему нечего было противопоставить противнику. Его первый и единственный опыт, связанный с курением, продолжался недолго и закончился тошнотой и противными зелеными кругами перед глазами. Как назло, именно в этот момент его мама вспомнила, что у нее есть сын, и крикнула: "Аллан! Что ты там делаешь? Немедленно иди сюда!" Девочка выдохнула большой клуб дыма и, не выпуская сигарету из зубов, процедила: - Ступай к мамочке, сосунок. И Аллан ушел, униженный и посрамленный. Тедди, странно тихий, трусил за ним следом. Девочка смотрела Аллану вслед. На ее бледных губах играла злая и торжествующая усмешка. Собака тоже проводила взглядом уходящего мальчика и его пса. Затем подняла на свою хозяйку четыре пары красных, словно воспаленных, глаз и сказала сухим и неприятным голосом: - А теперь выплюнь эту гадость!

Шинигами: 3. Название: Тайна имени. Персонажи: Интегра, Алукард. Рейтинг: PG Жанр: несколько ангст, ближе всего side-story. - Алукард, я все знаю! - гулко разнесся под сводами подвала высокий и звонкий голосок. - Проснись! - Ххххррррррр, - ответил Алукард. Без особой, впрочем, надежды: что-что, а деликатность никогда не была фамильной чертой Хеллсингов. - Проснись, Алукард! - цепкая рука схватила его за галстук и потянула. - Давай, это важно! Алукард обреченно открыл глаза и сел в гробу. Открывшееся ему зрелище не внушало оптимизма: явный избыток тощих локтей и коленей, спутанные волосы, захватанные пальцами очки, сползшие от возбуждения на кончик носа. Его новый Хозяин. - Я спал, - изрек Алукард, - ибо спать днем в природе вампира. Зачем ты потревожила меня, дитя? - Не называй меня "дитя"! Я твой Хозяин! - Чего тебе надо, Хозяин? - Алукард, - повторила Интегра, - я все знаю! Все знаю про тебя! - О, - сказал Алукард. - Ну, поскольку я тоже все про себя знаю, нам вряд ли удастся удивить друг друга. - Я знаю, кто ты на самом деле! - выдохнула Интегра и посмотрела с триумфом. - Вот как, - протянул Алукард, слегка заинтригованный. - И кто же я? - Ты - Дракула. В подвале повисла тишина. Интегра смотрела на вампира широко открытыми глазами, в которых горело пламя торжества. Ответный взгляд Алукарда, напротив, был задумчив. "Да, она, безусловно, дочь своего отца, - думал вампир. - И внучка своего дедушки. И правнучка сэра Абрахама Ван Хельсинга. Страшная все-таки штука эта наследственность..." - Не может быть! - воскликнул он, почувствовав, что молчание несколько затянулось. - Но как же ты догадалась?! Интегра слегка наклонила голову, скромно признавая справедливость его изумленного восхищения. - Это было несложно. Я прочитала роман ужасов "Застава"... Алукард посмотрел на нее с интересом. Он тоже читал роман "Застава". - Дитя, а Уолтер знает, какие книжки ты читаешь? - Называй меня "Хозяин"! - Так знает или нет? - Нет, - ответила Интегра раздраженно. - И не узнает, если кто-то не начнет трепаться. Так вот, я прочитала "Заставу", а там монстр выдавал себя за вампира и представлялся именем, развернутым задом наперед. Это называется анаграмма, - произнесение нового слова явно доставляло ей удовольствие. - И, как только я об этом прочитала, сразу поняла, что твое имя мне что-то напоминает... - Поразительно, - вздохнул Алукард. - Вы, Хеллсинги, всегда отличались умом и сообразительностью. Теперь, когда мое инкогнито раскрыто, я могу лечь спать? - Алукард, - мягко произнесла Интегра и успокаивающе похлопала его по колену. Алукард вздрогнул от неожиданности. - Я все понимаю. Но это было неосмотрительно. - Что было неосмотрительно? - спросил Алукард, аккуратно убирая хозяйскую руку с колена. - Ты хотел избежать позора, - пояснила Интегра со снисходительной и сочувствующей улыбкой. - Конечно, тебе было стыдно, что ты - великий граф Дракула - вынужден служить людям. Ты не хотел, чтобы другие вампиры узнали об этом, и потому выбрал себе другое имя. Но послушай: ты плохо замаскировался! Если я смогла догадаться, кто ты на самом деле, значит, и еще кто-нибудь сможет! Думаю, тебе следовало назваться как-нибудь попроще. Например, Смитом... Под взглядом Алукарда она постепенно смолкла. Более слабый духом человек, встретившись с подобным взглядом, незамедлительно рухнул бы в обморок. Вампир опустил руку на борт гроба, и дерево под его пальцами разлетелось в пыль. - Ты очень проницательна, - проговорил он, и от ярости, звучавшей в этих словах, казалось, задрожали стены подвала. - Ты угадала, я и в самом деле опозорен, Интегра Хеллсинг. Но позор не в том, что я служу людям. Хочешь узнать правду? Интегра слабо кивнула. Ноги у нее вдруг начали подгибаться. - Когда твой прадедушка, профессор Ван Хельсинг, победил меня, - сказал Алукард ровным голосом человека, погруженного в пучину абсолютного отчаяния, - он задумал подчинить меня своей воле и заставить служить себе и своему роду. Он знал одно подходящее заклинание, которое следовало произносить задом наперед. Ван Хельсинг записал его на бумажке, в нужном месте поставил мое имя, поднес к зеркалу и одним духом прочитал в отражении. Ты понимаешь? Произнеся слова силы и скрепив их своей и моей кровью, твой прадедушка нарек меня новым именем. Нарек меня... анаграммой! И знаешь что, дитя? - Хозяин, - проблеяла Интегра. - Так вот, Хозяин, тупость твоего прадедушки, о которой явно свидетельствует этот эпизод - она у вас семейная! Снова в подвале воцарилось молчание. - Я... - проговорила Интегра наконец. - Мне... Мне очень жаль, что так... - Мне тоже, - ответил Алукард. - Но с этим ничего не поделаешь. А теперь оставь меня, дитя... - Хозяин! - Оставь меня, Хозяин. Мне надо побыть одному. - Извини, - пробормотала Интегра и медленно двинулась к двери. На пороге она обернулась: - Послушай... Если хочешь, я могла бы попробовать повторить этот ритуал и... переназвать тебя обратно! - Нет, - быстро сказал Алукард. Интегра уловила в его голосе испуг. - "Алукард" - это не самое плохое, что можно сложить из букв моего имени. Больше экспериментов не надо. Спасибо за заботу, дитя... - Хозяин! - ...Хозяин, и вали отсюда.

Шинигами: 4. Название: О Диккенсе Персонажи: Алукард, Пип Жанр: Юмор. Рейтинг: G - Эй, Оливер... - Меня зовут Пип, лорд Алукард. - ...Пип, будь внимателен. Я чую вампира, он где-то рядом. Первое место в личном хит-параде ненависти Пипа Бернадотте занимал Чарльз Диккенс. Родители делили пополам вторую позицию, хотя, казалось бы, логичнее наоборот. Ведь именно супруги Бернадотте, а не Диккенс, позволили своей любви к "Большим ожиданиям" тяжкой тенью пасть на жизнь их сына. И вовсе не Диккенс был виноват в том, что одноклассники Пипа выбрали его имя целью для разнообразных насмешек и подколок, а час, когда в школьной программе замаячила литература XIX-го века, стал самым черным часом в жизни мальчика. Диккенс тут, строго говоря, был ни при чем. Но Бернадотте был хорошим сыном и предпочитал винить во всех горестях своего детства не родителей, а чуждого и много лет как помершего классика. - Дэвид! - Меня зовут Пип, лорд Алукард. - Ах, да, Пип. Проверь этот переулок. Впоследствии ненависть слегка притупилась - в основном потому, что Бернадотте вырос, заматерел, и мало у кого теперь возникало желание над ним посмеяться. Да и не так уж много в его новом круге общения было людей, читавших "Большие ожидания". Со временем ему даже начало казаться, что проклятое имя больше не довлеет над ним, и в этом обманчиво-утешительном заблуждении он пребывал вплоть до сегодняшнего вечера. - М-м, Скрудж... - Меня зовут Пип! - Да, точно. Я забыл. Ибо сегодня вечером леди Хеллсинг зачем-то отправила его в рейд с Алукардом. Наемнику очень не понравилось, какое у дворецкого Уолтера, когда тот передавал приказ командования, было сочувствующее лицо. И еще ему не понравилось, что ветеран "Хеллсинга", услышавший их разговор, крепко пожал Бернадотте руку и похлопал по плечу. А больше всего ему не понравилось, что Виктория, которую он встретил по дороге в арсенал, внезапно заключила его в удушающие объятия, смахнула слезу и попросила быть осторожней и не стоять с той стороны, куда Алукард будет стрелять. "Потому что в последнее время Хозяин ходил в рейды вместе со мной, и он может в бою забыть, что ты не умеешь регенерировать... Если что, учти, что он это не со зла, а по рассеянности!" От этих недобрых знаков у него появилось предчувствие. И оно полностью себя оправдало: Алукард определенно читал "Большие ожидания". Более того, судя по количеству названных им мужских персонажей, "Большими ожиданиями" его познания не ограничивались. И, что хуже всего, у него было веселое настроение. - Феджин... Бернадотте остановился. Алукад тоже остановился. Наемник определил выражение вампирского лица как выжидательное. - Я не Феджин, лорд Алукард, - произнес он тихо. - О, - сказал Алукард удивленно. - Э... Монкс? В детстве над Бернадотте часто смеялись, и зачастую это были ребята вдвое, втрое крупнее его. Но ни разу, сколь бы превосходящими силами ни располагал противник, Пип не позволил себе трусливо смолчать в ответ. "Он меня убьет, - подумал он отстраненно. - Скажет потом, что я встал не с той стороны..." Но в некоторых ситуациях честь бывает важнее жизни. - Меня зовут Пип! - рявкнул он, привстав на цыпочки, чтобы оказаться с вампиром нос к носу. - Пип Бернадотте меня зовут, запомнил, упырь недоделанный?! Заруби себе это на своем длинном остывшем носу! Пип Бернадотте, понял?! Он отступил на шаг, тяжело дыша и ожидая немедленной смерти. Алукард аккуратно протер очки, которые Пип заплевал в приступе бешенства. - Да, точно, - сказал он и улыбнулся вежливой акульей улыбкой. - Пип, ну конечно же. Я помнил, что что-то из Диккенса... Значит, тебя зовут Пип. Ну да. Мальчик с большими ожиданиями, лезущий из грязи в князи... Хорошее имя. Теперь я точно его запомню. Пошли, Пип, надо выполнять суточный план. Он неторопливо двинулся дальше. Пип задумчиво смотрел ему вслед. В его личном хит-параде ненависти Диккенс с грохотом рухнул с пьедестала, уступив первое место более древнему мертвецу.

Шинигами: 5. О гробах Персонажи: Интегра, Уолтер, ОС Жанр: Юмор. Рейтинг: G Уолтер слегка замешкался перед респектабельной дверью магазина, переживая внезапный приступ нерешительности. Он не любил посещать подобные места: они неизменно напоминали ему, что время идет, и непонятно, сколько его еще осталось в запасе – вряд ли много. А сейчас еще и разговор, он чувствовал, предстоит нелегкий. Но неприятные дела не станут приятней, если с ними тянуть. Уолтер вздохнул, поправил пенсне на длинном носу и вошел. Колокольчик над дверью тоскливо возвестил его появление. - Добрый день, добрый день... - поднялся ему навстречу владелец магазина. И нахмурился, разглядев лицо посетителя. - Мистер Кум Долнез... Это снова вы? - Здравствуйте, мистер Андетейкер, - отозвался Уолтер, придав лицу самое скорбное выражение, на которое был способен. - Как? - вопросил мистер Андетейкер, и печаль мгновенно отразилась на его лице, как в зеркале. - Неужели вы снова понесли ужасную потерю? - Увы, - ответил Уолтер трагическим голосом. - Я был бы рад сказать, что вы ошибаетесь, но – увы! Словно какой-то злокозненный рок довлеет над домом Хеллсингов. - Боже! Мне сложно подобрать слова, могущие в должной мере передать мое сочувствие. Крепитесь, мистер Кум Долнез, крепитесь! - Благодарю вас, сэр! - Уолтер взялся дрожащей рукой за пенсне, давая понять, что крепится он из последних сил. - Невозможно, просто невозможно поверить, - продолжал мистер Андетейкер. - Ведь всего лишь две недели назад вы были здесь по поводу молодой леди... Розовый атлас и позолота... - Бедное дитя... - вторил Уолтер. - И вот – снова! Снова жестокая длань провидения вырывает лучших из наших рядов! Как это печально, мистер Кум Долнез! - Невыносимо, невыносимо! - Ну, что же, - мистер Андетейкер вздохнул, и выражение скорби на его лице поблекло, сменяясь деловым интересом. - Каковы будут ваши пожелания, сэр? - Да-да, - Уолтер вытащил из кармана пальто сложенный вчетверо лист бумаги и протянул собеседнику. - Вот размеры. Прошу вас обеспечить лучшее дерево и отделку, которыми вы располагаете. Внутри гроб должен быть обтянут красным бархатом – цвета артериальной крови, как высказался наш бедный усопший, изъявляя свою последнюю волю. На крышке он хотел бы видеть серебряный крест и под ним надпись: «Я – птица Гермеса. Меня приручили, отняв крылья.» - То есть все то же самое, что вы заказывали месяц назад, - кивнул мистер Андетейкер. - Не совсем, - вздохнул Уолтер. - Видите ли... Возможно, вам это покажется странным. Но наш дорогой покойник очень настаивал перед смертью, чтоб его гроб был снабжен звукоизоляцией. - Звукоизоляцией? - переспросил мистер Андетейкер после некоторой паузы. - Именно так. - Но не кажется ли вам, что это несколько... странно? - Мне кажется, - сказал Уолтер, и в голосе его звякнул металл, - что было бы странно пренебречь последней волей покойного! - Да-да, конечно, - пробормотал гробовщик. - Разумеется. Прошу меня простить, мистер Кум Долнез. Просто мне никогда прежде не приходилось сталкиваться с таким пожеланием. Значит, звукоизоляция, - Он сделал пометку на бумаге. - Хорошо. Что-нибудь еще? - Да, - сказал Уолтер мрачно. - Есть еще одно пожелание. Хм... Гроб должен запираться изнутри. Мистер Андетейкер уставился на него с совершенно непередаваемым выражением лица. - Наш дорогой покойник – большой затейник, - пояснил дворецкий, пытаясь сгладить ситуацию. - Был, я имею в виду. - Леди Интегра, - сказал он осторожно двумя часами позже. - Боюсь, у нас может возникнуть проблема. - Хм? - спросила глава организации «Хеллсинг», на мгновение выглянув из-за очередной папки с отчетом. - Это касается гробов, - продолжал Уолтер. - Андетейкер, похоже, начинает что-то подозревать. За этот год я посещал его уже восемь раз. Розовый гробик с рюшечками и зайчиками произвели на него сильное впечатление... - Рюшечки? - рассеянно переспросила Интегра. - Гроб для мисс Виктории, который мы заказывали пару недель назад. Так вот, этот гроб его впечатлил, а сегодняшний заказ, похоже, довел до ручки. Боюсь, он может обратиться в полицию, а то и вовсе откажется с нами работать... - Откажется – обратимся к другому гробовщику, - равнодушно провозгласила Интегра, снова углубляясь в отчет. - Все другие гробовщики давно уже нас бойкотируют! - вскричал Уолтер. - Леди Интегра, нужно что-то делать, иначе мы рискуем остаться совсем без гробов! - Ну и что ты предлагаешь? - спросила Интегра. - Нанять плотника? - Я предлагаю... - Уолтер помедлил, собираясь с духом. - Я считаю, что вам, возможно, следует перестать пинать гробы лорда Алукарда. Интегра уставилась на него в изумлении. - Я ни в коей мере не критикую вашу манеру вести дискуссию, - поспешно продолжил дворецкий. - Но мне кажется, что пинание гроба как аргумент себя не оправдывает. Осмелюсь заметить, что ваши действия не производят на лорда Алукарда ни малейшего впечатления – когда гроб приходит в негодность, он просто требует, чтобы я немедленно заказал новый, так что проблемы возникают скорее у меня, чем у него... Интегра моргнула. - Может быть, вы могли бы пинать что-нибудь другое? - предложил Уолтер. - Не такое ценное? То, что не так сложно достать? Интегра задумчиво почесала подбородок. - Знаешь, - протянула она, - а ведь пожалуй ты прав. Да, мне определенно нужно пинать что-нибудь другое. Да! - ее очки сверкнули зловещим огнем. - Уолтер, ты гений! Я буду пинать Алукарда! - Э-э... - сказал Уолтер. - И начну прямо сейчас, - вдохновенно воскликнула Интегра. - Потому что это, - она потрясла отчетом, - это никуда не годится! Когда наконец этот болван научится... Чему именно следует научиться лорду Алукарду, Уолтер не понял – леди Хеллсинг, воодушевившись новой идеей, пулей вылетела из кабинета. - Вы только ему не говорите, кто вас надоумил, - пробормотал старый дворецкий ей вслед. - А если все-таки скажете... Я предпочел бы простой дубовый гроб, без всяких излишеств.

Урсула: Очень понравились первые три. "Тайна имени" несказанно порадовала и я все время хихикала. последняя фраза вызвала просто гоиерический хохот

Salkarda: Шинигами пишет: Розовый гробик с рюшечками и зайчиками произвели на него сильное впечатление... На меня тоже. Мне больше всего два последних драббла понравились. Предпоследний я помню, читала.

Фьоре Валентинэ: - Вы только ему не говорите, кто вас надоумил, - пробормотал старый дворецкий ей вслед. - А если все-таки скажете... Я предпочел бы простой дубовый гроб, без всяких излишеств. Зачёт, однозначно

Воительница: Шинигами пишет: Нет, - быстро сказал Алукард. Интегра уловила в его голосе испуг. - "Алукард" - это не самое плохое, что можно сложить из букв моего имени. Больше экспериментов не надо. Хм "начала пробовать составлять"



полная версия страницы